Наперстянка - Грейс Аделин - Страница 50

– Той ночью я видела твоих родителей со жнецом. Им не удалось остаться в этом мире, но я смогла. Мне нужно было убедиться, что тебя найдут и спасут. Когда я услышала, что когда-нибудь Фоксглав перейдет к тебе, я решила остаться и посмотреть, какой женщиной стала дочь моей подруги. Как приятно иметь возможность поговорить с тобой.

Как странно было узнать об этой женщине только сейчас. Сигна отдала бы все, чтобы встретить Эмити много лет назад, когда хотела знать, что в мире есть кто-то, кто думает о ней, ее безопасности и благополучии.

И все же не следовало заводить дружбу с духом, особенно когда другой только что напал на нее. Поэтому Сигна отвернулась от Эмити, пытаясь переварить новость о том, что эта женщина предположительно была ее крестной матерью. Вместо этого она посмотрела за спину Эмити, мимо бродившей Бриар, туда, где танцевали несколько духов. Там были две пары – мужчины и женщины, кружащиеся в бесконечном вальсе, в то время как три дамы сидели и сплетничали за столом, накрытым скатертью, которая давно пожелтела от времени. Еще двое гордых на вид молодых людей – близнецы, судя по всему, – спорили в углу. Время от времени один из них поглядывал на женщин за столом. Все призраки были одеты самым изысканным образом. Хотя их наряды устарели на два десятилетия, платья были сшиты из тончайших тканей, а в ушах и на шеях дам сверкали драгоценные камни. Ни у кого не было таких явных увечий, как у Бриар, и все они выглядели великолепно даже в голубоватом сиянии.

Сигна молчала уже больше минуты, но даже когда Эмити беспокойно зашевелилась рядом с ней, она ничего не сказала, пока не прошлась еще раз по комнате, наблюдая, как духи воспроизводят одни и те же движения и разговоры раз, другой, а затем и третий. Прошло время, прежде чем Сигна наконец спросила:

– Они все такие?

Эмити вздохнула и села рядом с Сигной. От ее близости пол стал холоднее, и Сигна спрятала руки в складках юбки, чтобы не отморозить пальцы.

– Я перепробовала все, но ни один из них не сдвинулся с места. Они в таком состоянии уже двадцать лет.

От Сигны не ускользнула тоска в голосе женщины, когда Эмити повернулась, чтобы посмотреть на Бриар. Сигна прекрасно знала, что такое одиночество. Двадцать лет Эмити находилась в ловушке, в окружении знакомых, которые ее не замечали.

Сигна хотела бы проникнуться симпатией к Эмити, но сдерживала себя. Она вспомнила Таддеуса, который был самым обаятельным духом на свете, пока его любимые книги не сгорели при пожаре. Он потерял контроль над собой настолько, что овладел ею, и Сигна никогда не избавится от этого воспоминания. В случае с духами иногда достаточно незначительной мелочи, чтобы вывести их из себя.

– Этим утром меня пытался убить призрак. – Сигна поднялась на ноги и отошла от Эмити. – Правильно ли я понимаю, что никто из них не представляет угрозы?

– Надеюсь, что нет. Есть те, кто винит в случившемся твоих родителей, но большинство просто застряли в одном и том же событии, даже не подозревая, что умерли. Если они когда-нибудь освободятся, я думаю, многие захотят покинуть это место навсегда. – Эмити вздохнула, и хотя Сигна усвоила урок, было трудно не доверять такому искреннему лицу или глазам, которые горели от волнения, что наконец-то можно с кем-то поговорить.

– Не все в Фоксглав такое унылое, – немного подумав, заметила Эмити с интригующими нотками в голосе. – На самом деле я хочу кое-что показать. Думаю, тебе понравится. – Не переставляя ноги, она направилась к двери, перебрасывая через плечо локоны цвета имбирного пряника и проверяя, следует ли Сигна за ней.

Возможно, это была ошибка. Ловушка, расставленная умным духом. Сигна знала, что сказал бы Ангел смерти, если бы увидел ее сейчас, но после стольких лет грез о семье, желание иметь родного человека в одночасье не исчезало. Оно все еще сжимало сердце Сигны, и она поспешила вслед за Эмити из бального зала, вниз по лестнице и к парадным дверям поместья.

С моря надвигался плотный, как вата, туман, окутывая скалы соленой дымкой, от которой у Сигны пересохло во рту. Небо было таким темным, что невозможно было разглядеть, что происходит вдали, и Сигне приходилось держаться поближе к Эмити. Хотя обычно она не обращала внимания на погоду, завывающий ветер и заходящее солнце не помогали привести мысли в порядок. Эмити впереди покачивалась на ветру, с каждым порывом ее волосы развевались. Чем дальше они удалялись от бального зала, тем чаще она то вспыхивала, то растворялась в тумане.

– Сюда. – Ее голос был маяком, указывающим путь всякий раз, когда Сигна теряла ее из виду. Почва была такой влажной, что при каждом шаге норовила провалиться под сапогами. Девушка изо всех сил старалась не отставать, все время задаваясь вопросом, не слишком ли поздно сбежать обратно в поместье. Лихорадочно пыталась придумать способы проникнуть за завесу жизни, чтобы получить доступ к своим способностям, – и гадала, стоит ли рисковать – если Эмити попытается напасть.

В голову так и не пришло ни одной разумной идеи, когда Эмити остановилась, зависнув над землей, усеянной желтыми маками и розмарином. Пучки лаванды пробивались сквозь окутанную туманом почву, обвиваясь вокруг цветов, названия которых Сигна не знала. Она не могла видеть, как далеко простирается земля, только что та сплошь заросла яркими полевыми цветами. Похоже, в саду могли расти овощи и, возможно, можжевельник, хотя точно сказать было трудно, учитывая, что на кустах почти не было листьев и не росло ни одной ягоды.

– Это место далеко не то, каким было прежде. – Эмити присела на корточки, проводя пальцами по макам. – Твоя мама плохо ладила с растениями, но отец настоял на том, чтобы разбить сад. Я думаю, он хотел дать ей что-то, о чем она могла бы заботиться до твоего появления, что-то, что успокоило бы ее и остепенило. У него были большие планы на этот счет, но все, что им удалось, – это разбросать несколько семян. Как видишь, многие из них прижились.

Сигна стянула перчатки и присела, чтобы прижать ладонь к плодородной почве, перебирая пальцами стебли и лепестки. Едва ли что-то в жизни сравнится с ощущением земли на голой коже.

Она не знала, почему первым делом подумала о том, подходят ли здешние условия для белладонны. И тут же выбросила эту идею из головы, отложив на потом, когда Рок судьбы уйдет и Ангел смерти больше не будет так беспокоиться о ее способностях.

– У отца были планы насчет сада? – переспросила Сигна, заставив себя встать, чтобы не испачкать ночную рубашку. Нужно будет подобрать более подходящий для работы в саду гардероб, поскольку она рассчитывала проводить здесь много времени. В этом месте таился огромный потенциал, и ее душа трепетала от предвкушения.

– В его кабинете есть наброски будущего сада, – сказал Эмити, довольная рвением Сигны. – Эдвард все зарисовывал, никогда не строил без плана.

При звуке имени отца у Сигны кровь застыла в жилах. Как давно она слышала его в последний раз? Пять лет? Десять? Произносил ли кто-нибудь его вслух с тех пор, как умерла бабушка?

Сигна не скрывала, что хотела остаться в Торн-Гров как можно дольше. Она боялась приезда в Фоксглав, но, оказавшись здесь, в своем собственном доме, поняла, что ей было нужно именно это – побыть наедине с собой там, где она полностью контролировала ситуацию. В месте, где могла бы сосредоточиться с горсткой земли в руках. Где она наконец могла просто… быть. Не прятаться. Не притворяется. И не быть при этом чудовищем в чьих-то глазах.

Сигна пересекла сад и осторожно коснулась пальцем увядшего куста можжевельника. Возможно, наконец пришло время проявить свои новые способности – не потому, что кто-то от нее этого ждал, а потому, что она сама этого хотела. Этот сад мог бы стать ее игровой площадкой, где она будет делать все, что пожелает, без осуждения.

Девушка откинула голову, наслаждаясь запахом моря и ветром в волосах. С ее стороны было глупо бояться перемен – и поместья, ведь оно было чистым листом. Странным, непонятным местом, которое она могла исследовать сколько душе угодно. Подобное притягивалось к подобному. Здесь Сигна сможет пустить корни, и никто никогда не заставит ее уехать. Возможно, одиночество не всегда так уж плохо.