Тонущая женщина - Хардинг Робин - Страница 49

– Джордж узнает, сколько Бенджамин заработал за годы вашего супружества. Наверняка эти деньги спрятаны… осели на офшорных счетах, вложены в разные предприятия, потрачены на приобретение предметов искусства и антиквариата. А Джордж – большой мастер по выкапыванию трупов. – Сообразив, что ляпнула не то, она тихонько похлопывает меня по ладони. – Нет, не в прямом смысле.

Грудь налилась свинцовой тяжестью – не продохнуть. Я не представляю, как это можно сделать. Нанять адвокатов, бухгалтеров, бороться за то, что по праву принадлежит мне. Глаза заволакивает пелена слез.

Ванесса потирает мне спину.

– Конечно, сразу все это очень трудно осознать. Но я не могла безмолвно наблюдать, как Бенджамин губит тебя. Так же, как погубил и свою первую жену.

– Первую жену? – резко вскидываю я голову.

– Он что – не сказал тебе про Каролину? – И так ясно, что нет. – Боже мой, – бормочет Ванесса, качая головой. – Нам велели никогда не упоминать о ней. Якобы тем самым мы поставим Бенджамина в неловкое положение. А Дэвид говорил, что тот брак был просчетом. Ошибкой. Что Бенджамин не должен всю жизнь страдать из-за глупости, совершенной много лет назад.

С тех пор, как я вышла замуж за Бенджамина, Ванесса стала мне почти что подругой. Тем не менее она считалась с желаниями моего мужа. Хранила его тайны.

– Так теперь расскажи, – в изумлении выдыхаю я.

– Они были женаты всего пару лет. Она приехала из Польши. Причину их расставания он объяснил тем, что она затосковала по родине. Сказал, что все дело в культурных различиях. – Ванесса закатывает глаза. – Но он обращался с ней ужасно. Унижал. Контролировал каждый ее шаг. Вел себя с ней так же, как с тобой.

Я утратила дар речи. Значит, до меня у Бенджамина была другая жена. Другая жизнь, о которой я слыхом не слыхивала. Когда мы познакомились, Бенджамин постарался, чтобы у меня создалось впечатление, будто он трудоголик, этакий плейбой, который никак не мог остепениться… пока не встретил меня. И я поверила в то, что я особенная, единственная. Но, конечно, это была просто уловка. Он не хотел, чтобы я знала про его первую жену. Потому что ее он тоже пытался растоптать, как меня.

– Она вернулась в Польшу. Бенджамин позаботился о том, чтобы при разводе она осталась ни с чем. Но она ответила ударом на удар. Дэвид говорил, что она из Польши подала против него иск.

Кем же была та женщина, которой хватило смелости уйти от Бенджамина? Хватило решимости и самообладания, чтобы отстаивать свои интересы? Как ей удалось не допустить, чтобы он сломил ее дух, подавил ее, как меня? В отличие от Каролины Лаваль, я слаба и ничтожна. Безропотная раба своего мужа. Глупышка, легко поддавшаяся на манипуляции такого мошенника, как Картер Самнер.

– Я не была близка с Каролиной. Никто из нас с ней не сблизился. И когда она уехала, мы просто… забыли о ней. С тех пор она не давала о себе знать. – Ванесса вдруг смотрит на свои часы. – Мне надо бежать. Нужно везти дочку к зубному. – Я провожаю ее к выходу. У двери она поворачивается ко мне. – Позвони Джорджу. И адвокату по разводам. А я по электронке пришлю тебе контакты консультанта по оценке имущества.

Я киваю, хотя ничто из этого не проникает в сознание сквозь ураган новой информации.

– Береги себя, ладно? – Ванесса обнимает меня. От нее исходит тепло и успокоение, но она быстро отстраняется.

– Спасибо тебе! – кричу я ей вслед. В ответ она взмахивает ухоженной рукой, блеснув лаком на ногтях, и быстро удаляется, цокая каблуками по асфальту подъездной аллеи.

Я закрываю дверь. Снова одна.

Глава 54

Компьютеры Бенджамина изъяли, но все они были запаролены. Слава богу, мне вернули мой айфон. Я нахожу его на кухонном столе и уношу с собой на диван. Поджав под себя ноги, я набираю пароль: по требованию мужа, это – дата его рождения. Возможно – даже вероятно, – что Каролина Лаваль вернула себе девичью фамилию. В этом случае я не смогу ее найти. Но я молю Бога, чтобы она по-прежнему оставалась Лаваль. Потому что мне необходимо связаться с ней. И поговорить. Я должна выяснить у нее, как одолеть мужа.

Мне кажется, наиболее логично начать поиски с соцсетей. Я набираю адрес одной из них, жду, когда загрузятся обновления, затем открываю сайт. Печатаю имя первой жены мужа. Поиск выдает три варианта. В одном случае фамилия пишется несколько иначе. Еще одна Каролина живет в Чили. И одна – здесь, в Сиэтле.

Я захожу на страничку Каролины Лаваль из Сиэтла. Ее аккаунт неактивен. Последний пост – ссылка на сайт для сбора средств в помощь ребенку, больному раком, – был размещен восемь лет назад. Должно быть, Каролина перестала появляться в соцсетях тогда же, когда ушла от мужа. Содержание ее аккаунта недоступно для посторонних, и в этом чувствуется рука моего мужа. Бенджамин очень хорошо «опекал» и «защищал» своих жен. Наверняка он знал все пароли Каролины, периодически проверял ее странички. Я всматриваюсь в маленькое фото профиля: миловидная блондинка в обнимку с французским бульдогом. Значит, это и есть Каролина, моя предшественница? Женщина, которой удалось освободиться от Бенджамина?

Значок «Сообщения» выделен, и я нажимаю на него. Открывается окно – портал, ведущий к той женщине, которая сбежала, вернулась к прежней жизни в другой стране, на другом континенте. Но с этой женщиной меня многое связывает. Конечно, если она больше не заходит на эту страничку, мое сообщение она никогда не прочтет. Но если есть шанс, что она увидит мое обращение, я должна попытаться.

Держа палец над крошечной клавишей, я пытаюсь подобрать правильные слова:

Привет, Каролина.

Полагаю, некогда ты была замужем за Бенджамином Лавалем из Сиэтла (штат Вашингтон). Я – его нынешняя жена. Недавно я узнала, что мой муж планировал меня убить.

Я останавливаюсь, стираю последнюю фразу. Звучит слишком бредово, чтобы быть правдой. Звучит слишком бредово, но это чистая правда. Тряхнув головой, чтобы избавиться от этой мысли, я сосредоточиваюсь на своем послании. Снова печатаю:

Я развожусь с мужем. Мне очень хотелось бы узнать, как тебе удалось вырваться от него. Если ты готова поделиться опытом, пожалуйста, пришли свой телефон. Или позвони мне по номеру 206–555–2722.

Ниже я добавляю:

Каролина, прошу тебя, не откажи в любезности. Мне очень нужна твоя помощь.

Отправив сообщение, я воспрянула духом. Мысль о том, что на свете есть женщина, которая сумела уйти живой от Бенджамина Лаваля, дарит надежду. Воображение рисует мне, как Каролина живет в своей квартире на красочной площади в Варшаве. Или в Кракове, где много украшенных позолотой костелов. Она заново отстроила свою жизнь – замечательную жизнь. Она получила то, что заслужила после долгих лет мучений под игом Бенджамина. Может быть – чем черт не шутит! – и у меня получится.

Приободренная, я надеваю кардиган, хватаю сумку и спешу к охраняющему меня полицейскому. Увидев, что я направляюсь к нему, он выбирается из машины.

– Доброе утро! – Я награждаю его благодарной улыбкой. – Вам что-нибудь нужно? Кофе или чай?

– Нет, спасибо. – Молодой парень, он беззаботен, даже весел. Это может означать одно из двух: либо мне не о чем беспокоиться, либо он не слишком серьезно относится к возложенным на него обязанностям.

– Мне нужно в банк, – сообщаю я ему. – Могу я сама туда поехать?

– Я вас отвезу, – настаивает он. – В какой банк?

Боже, я даже понятия не имею. Мне стыдно в этом признаться. Но я достаю кредитную карту и называю ему ближайшее отделение.

Я подъезжаю к банку в полицейском автомобиле. То еще удовольствие. Мало того что это непривычно, так еще кажется, что все смотрят на меня, когда я выбираюсь из машины. Хорошо еще, что полицейский не увязался за мной. Я торопливо вхожу в здание, встаю в хвост небольшой очереди. В банке я, конечно, не впервые, но последний раз заходила много лет назад. По примеру других клиентов я принимаю спокойный скучающий вид, читаю объявления о срочных вкладах и процентных ставках по закладным. Наконец подходит моя очередь. За стойкой сидит молодая женщина с чистой кожей, гладко зачесанными волосами, в модном деловом костюме. По виду она совсем девчонка, только что из колледжа, вся жизнь впереди.