Заклинатель тьмы - Сушкова Ольга А. "SushkaOlga" - Страница 34

Но теперь уже было поздно. Мы попали в западню.

Я сражался как мог. Магические атаки не пропускал, но стоило этим парням достать мечи, как моя уверенность в собственных силах сильно поубавилась. Я пропустил режущий удар по плечу и выронил меч, следом мне достался колющий удар в поясницу. Я сжался от боли, почти теряя сознание. В глазах все поплыло. И я наверняка был бы повержен, если бы Рэмис вновь не применил магию.

– Нет! Не смей! – закричал я из последних сил, понимая, что вор воспользовался самым сильным из своих камней – красным турмалином.

Да, магия турмалина окружает своего владельца непробиваемым щитом, превращающимся во все уничтожающую волну, но как камень наливается цветом при свете солнца и теряет его сразу после заката, так и человек, воспользовавшийся им, тут же теряет физическую силу.

Вокруг нас не осталось никого живого. Все противники были повержены. Я поднялся с земли, зажимая рану на боку и направился к Рэмису. Мой учитель еще какое-то время стоял на ногах, а затем упал на колени.

– Рэмис!

– Малец… – выдохнул он, как только я сам упал перед ним на колени. – Ну ты и идиот. Сказал же, сам справлюсь.

– Да ты чуть не погиб!

– Не погиб же.

– Что им было нужно? Мы что-то у них украли? Перешли дорогу? Почему именно мы?

Рэмис не ответил, опустил голову и уставился в пространство между нами.

– Я не говорил тебе, но Искатели ищут не только светлые души, но и…

Он снова поднял взгляд на меня, но ответа я так и не успел услышать, лишь заметил, как расширились глаза моего учителя. И тут же Рэмис, резко толкнув меня плечом, заставил упасть лицом в песок, а сам рухнул сверху. Раздался вопль боли, и только теперь я понял, что произошло.

– Нет!

– Бе-ги… – просипел Рэмис с пробитой грудью. Стрела прошла насквозь, но я не был уверен, что не задето сердце.

– Сейчас, подожди… Я исцелю тебя! – Я потянулся к мешочку Рэмиса с волшебными камнями.

– Нет. Позд-но…

– Я не брошу тебя! – закричал я, и тут же прямо рядом с моей ногой в песок вонзилась еще одна стрела. Следом за ней пролетела третья.

Я испугался. Запаниковал. Да, я мог взвалить себе на плечи Рэмиса и унести с открытого пространства, но вдруг заметил, что помимо лучника к нам приближались еще несколько… Теперь это были не Искатели, а самые настоящие демоны. Нам обоим было не справиться с ними.

И я убежал. Помчался со всех ног, оставив его умирать. Своего учителя, своего брата, своего лучшего друга! Того, кто заменил мне семью. Единственного, кто мог отдать за меня жизнь. Я бросил его демонам на растерзание. Оглянувшись один-единственный раз, я успел заметить, как один из демонов с огромной темной аурой взял тело Рэмиса и просто отшвырнул в сторону. Рана моего друга была смертельной, а после такого удара не уцелел бы даже совершенно здоровый человек. Я знал это, был уверен. Или сам себя в этом убедил.

Но я ошибся.

Каким-то образом Рэмис выжил, он выбрался с самого дна, в котором оказался. А загнал его туда именно я. На следующее утро я даже не вернулся проверить то место, где должен был лежать Рэмис, даже не похоронил его как подобает. Не попрощался. Я не сделал ни-че-го! Просто уехал из столицы, заставил себя забыть о том, что случилось. В гильдии же рассказал, что Рэмиса забрала стража Алариаля, он оказался в столичной тюрьме. В тюрьме, из которой не сбегал еще ни один человек. Я соврал, зная, что спасать его никто не решится. Его заклеймили неудачником, и через какое-то время все о нем просто забыли.

Вся история Рэмиса была ложью. Правда выяснилась лишь сейчас – Рэмис жив. И теперь он хочет мне отомстить. С той ночи прошло уже двенадцать лет, но он не может меня простить. Насколько я знаю, Рэмис считает, что во всем, что случилось, виноват только я и что я его предал.



– Осуждаешь меня? – закончив свой рассказ, после небольшой паузы спросил я.

– Мне кажется, Рэмис очень дорожил тобой, – искренне сказала Джоанна, глядя мне в глаза.

Мы сидели в самом сердце пустыни, снова предоставленные самим себе. Кроме лошадей, вокруг не было никого – лишь мы и пламя белого огня, дарящее этой темной ночью покой и уют. Джоанна выслушала меня, позволила выговориться, ни разу не перебив за все время моего рассказа и не отрывая от меня взгляда, а сейчас она взяла меня за руку и ждала, что же я скажу дальше.

– Может, и так, – ответил я, – но теперь он хочет меня убить. Наверное, он считает, что, не появись я там тогда, он бы не растратил свою силу и выбрался бы как-нибудь сам. Но, забери его тьма, почему он пошел один, ничего не сказав мне?! До сих пор этого не понимаю. Да, признаю, что должен был вернуться с исцеляющими камнями, проверить, что с ним стало, но я просто исчез. Спасать мне стало уже некого. Так я решил. Получается, что я действительно предал его. А потом, когда я уже вырос, до меня дошли слухи, что он жив и ищет меня с весьма недобрыми намерениями. Да, я виноват. И сейчас не поступил бы с ним так, как когда был подростком.

– Вот и объясни ему это, – с упреком произнесла девушка. – Вы же были как братья.

– Скорее он отрежет мне голову, чем станет слушать. Знаешь, однажды он мне сказал одну вещь – никогда не доверять людям. И раз он так говорил, значит, его предавали. А я тогда ответил, что всегда буду доверять ему, мне так хотелось, чтобы и он почувствовал себя счастливым. Но и с этим у меня как-то не задалось. Кстати, я почти уверен, что сейчас за мной идет действительно он, а не кто-то, кто прикрывается его именем.

– Почему? – удивилась Джоанна.

– Год назад, когда заканчивалась война, я был сильно ранен. И, если я не ошибаюсь, именно он спас меня, когда меня хотели добить. Он тогда назвал меня «глупым мальчишкой» – он всегда меня так звал. А может, я просто сошел с ума и это все мне померещилось от сильной кровопотери.

– Мне кажется, он давно простил тебя, Натан.

– Ага, как же! Я бы себя за предательство не простил. Думаю, он просто хочет сразиться со мной на равных, а не когда кто-то из нас ранен.

Джоанна подвинулась вплотную и положила голову мне на плечо. Я же слегка приобнял девушку за талию.

– О чем ты задумалась? – спросил я, заметив, как взгляд Джоанны замер на пламени костра.

– Кто мог на вас напасть? Кто-то из демонов тогда правда вышел на твой след, но кто в итоге забрал Рэмиса? Ими же кто-то командовал?

– У вас же наверняка есть какие-то банды, группировки? – предположил я, представляя, что у демонов все устроено примерно так же, как и у людей.

– Да, но я не слышала в то время ничего ни о тебе как о Видящем, ни о новом обращенном по имени Рэмис.

– А должна была? Ах, ну да, ты же близка к верхушке. Забыл, – с ехидством сказал я. – Ну и к чему ты клонишь?

– Считаю, что такого сильного воина действительно обратили. Он жив.

– И ищет меня.

– Он действительно может быть демоном, Натан.

– Я уже догадался. Но не встретившись с ним, мы не узнаем правды. Нечего сейчас об этом думать. Поверь, после всего, что произошло, я просто хочу побыть в объятиях любимой женщины и ни о чем не переживать.

– Да, мне тоже на душе сейчас очень спокойно, – согласилась со мной Джоанна. – Прямо как тогда, в оазисе. Именно там я впервые ощутила себя как дома.

– Скучаешь по нему?

– Да, хотелось бы еще когда-нибудь встретиться и с Амоном, и с Шанти, и с Джаем, и с Канти. Надеюсь, с ними все в порядке.

– Обязательно увидимся! Я уверен, что они будут нам только рады. И при следующей нашей встрече я хочу, чтобы мы приехали к ним уже как настоящие муж и жена, – тихо произнес я и тут же заговорил более громко. – Ты не подумай! Это не потому, что я знаю, что Амон оторвет мне голову за вранье!

– Вообще-то ты еще наврал, что я в положении, – она с прищуром посмотрела на меня.

– Ну так и это можно поправить, – игриво улыбнулся я.

– Что-то я не помню, чтобы ты делал мне предложение.