Ключ к счастью попаданки (СИ) - Машкина Светлана - Страница 55

Барон поймал на себе гневный взгляд графа и сбился. Ага, съел? Нашёл девку. Хоть ты и старше годами, мой граф таки граф, а не мальчишка! Думай, с кем говоришь!

Из объяснений графини я знала, что барон — самое простенькое дворянство, низший ранг. А граф, при наличии большого участка земли и военных отличий, мог присутствовать и имел право голоса на королевском совете.

— Девушка утверждает, что она принадлежит нашему роду? Она может это доказать? — спросил барон.

— Неприятный у меня дед, — шепнула я графине.

— Твой дед давно на небесах. Прадед, — поправила она.

Ого! Сколько же ему лет? Хотя, учитывая долгожительство и ранние роды, здесь можно и прапрадеда застать.

— А чего женился на молоденькой?

— Овдовел и вновь женился.

Старый греховодник! Она же ему в правнучки годится!

Я внимательно посмотрела на барона — вопрос, сколько ему лет, не давал мне покоя. Выглядит на семьдесят, но ведь ему явно больше. Потом обязательно выясню, когда с моим вопросом разберёмся.

— Ульнирика носит метку вашего рода, — спокойно ответил граф Венсан. — Она может поклясться милостью великих богов, что получила метку при рождении.

Точно могу? Я бы не была столь уверена. Момент рождения я не помню, да и ещё много чего. Вдруг это всё-таки шрам? Или чья-то чужая метка.

— Мы должны посмотреть метку.

Граф напрягся.

— Разумеется, это сделают женщины! — добавил барон.

Обе женщины встали, взяли меня за руки и повели куда-то за тяжёлые портьеры. Я не сопротивлялась. В случае чего буду орать, как резаная — граф меня спасёт.

Глава 71

Ничего ужасного не произошло.

Мы зашли в просторную светлую комнату, женщина, та, что постарше, сказала:

— Покажи нам метку, дитя.

Я приподняла юбку, стянула смешной, сшитый из нескольких деталей, шелковый чулок, показала метку.

Старая женщина наклонилась, молодая присела — обе внимательно разглядывали мою отметину. Старшая даже свечой посветила для надёжности, это в солнечный-то день!

— Никогда не видела метку у женщины, — прошептала молоденькая жена барона. — Но у мужа точно такая же, на том же месте. Я уверена.

— Да, у моего сына и моих внуков тоже, — кивнула старуха. — Ты помнишь свою мать, дитя?

— Нет.

Кое-что помню, конечно. Она была нежной, ласковой и пахла полевыми цветами. Но вам рассказывать не хочу.

— Пойдём! Барон не любит ждать, — старуха потянула нас с женой к выходу.

— Всё равно она не может быть из нашего рода! — зло заявила жена барона и повернулась ко мне. — Зачем ты явилась, девка? Думаешь урвать от наших угодий кусок земли? Ещё и приданое запросишь! Не надейся, никто не примет тебя в великий род Рон Тахэти.

Я не успела ответить — старуха отвесила жене графа звонкую оплеуху.

— Заткнись, — спокойно посоветовала она.

Мамочки мои, куда я попала? Да тут покруче, чем на подворье у подсвинка Саввы!

Мы вернулись в зал. Я торопливо опустилась на диван рядом с графиней — только с ней и с Венсаном я чувствовала себя в безопасности. Не нравился мне этот род, не надо было сюда ехать.

Но как же тогда наши с Венсаном планы? Хоть он и готов стать моим мужем, но я не готова оскорбить графиню нашим неравным браком. Она ко мне хорошо отнеслась и не заслуживает неуважения. Великих богов я тоже побаивалась — если своих они карают жестоко, то мне, попаданке, точно придётся тяжело. Помру, наверное, во цвете лет. Или сыром подавлюсь, или таки к реке притащат.

— Метка рода на девице есть, — громко сообщила старуха барону.

Тот буднично кивнул, словно и не удивился, повернулся ко мне:

— Расскажи, Ульнирика, как ты попала к крестьянам. Я хочу знать всё.

Конечно, так и выложила тебе всю подноготную! Прям вот всё-всё сейчас тебе расскажу, от рождения до сегодняшнего дня!

Подготовленная графиней, я коротко сообщила сухие факты. О смерти обоих родителей, о том, что меня воспитали дед и его жена. Хватит для вас, родственнички, информации.

Барон махнул рукой, приглашая меня подойти ближе. Графиня едва заметно кивнула и улыбнулась. Угу, значит, ничего страшного.

Я встала, подошла к барону и присела в реверансе.

А вот тут начинается самое интересное!

По этикету я должна довольно низко присесть, отставив назад одну ногу, и замереть, ожидая разрешения подняться. Давалось оно обычно либо жестом, либо словами. Барон должен был сказать что-то вроде «приветствую тебя», «встань», «рад видеть». Короче, любая фраза даёт мне понять, что поклон окончен.

Я, как учила графиня, чуть опустила голову и смотрела на руки барона, сложенные на подлокотник кресла. Они не шевелились!

Сидеть в полуприсяде стало тяжело, я слышала, как отрывисто выдохнул за моей спиной граф Венсан и громко задышала, пытаясь не вмешаться в ситуацию, графиня.

Правую икру начало сводить судорогой, и я встала. Идите вы, барон, лесом с вашими кулуарными играми! Я что тут, скукоженной бабочкой до утра стоять буду? Над молодухой своей злобной командуй!

Я подняла голову и смело посмотрела на барона. Ну, что скажешь? Могу уйти, между прочим. Не очень-то и хотелось стать твоей правнучкой.

Быстро кинула взгляд на своих и поняла, что встала вовремя — ещё несколько секунд и граф Венсан вмешался бы в ситуацию. Не думаю, что он догадался о моих страданиях — реверансы графу делать не приходилось, но наверняка решил, что меня хотят унизить. Точнее — нас.

Барон смотрел на меня без эмоций, а его окружение — потрясённо. Нет, они всерьёз, что ли, думали, что буду висеть в присядке, дожидаясь его позволения? Да он даже не король!

— Если ты та, за кого себя выдаёшь, то должна знать семейную легенду, — ожил, наконец, мой старичок-прадед.

— Откуда? — спросила я. — Кто бы мне её рассказал?

Графиня за моей спиной аж зашлась в кашле. Да знаю я, ваше сиятельство, что веду себя непозволительно, но ведь он первый начал!

Надоело мне играть в его игры и притворяться покорной и недалёкой. Хватит с меня, лучше крестьянкой останусь! Да, потеряю Венсана и не смогу ничего изменить в королевстве. Но хотя бы не потеряю себя.

— Я расскажу, — усмехнулся барон. — В северной башне моего замка есть комната, в которой хранится шкатулка.

Ой, ну я вас умоляю! Не надо себе льстить! Домина, конечно, у барона большой и угрюмый, но до замка ему, как моей земной квартире до апартаментов номера-люкс.

— Твой отец, Ульнирика, и мой внук, оставил её для той или того, кто придёт сам и заявит, что одной с нами крови. Понимаешь меня?

Вот прямо нет, ни разу не догадываюсь, о чём вы, милый прадедушка! Я же умственно отсталая и вообще девка деревенская, мне мозги по статусу не положены!

Я кивнула. Графиня опять закашляла, напоминая, что кивать старшим нельзя, а надо отвечать на вопрос. Обойдётся барон, понял же.

— Тогда я приглашаю всех пройти в башню, — сообщил барон.

Первым из зала вышел барон, за ним, повинуясь его приглашающему жесту, пошла я. Потом баронская «свита» и, последние — графиня с графом.

Мы прошли анфиладу комнат, свернули и поднялись по винтовой лестнице.

Дверь в башню открыла ключом старуха.

В комнате бы мы все, конечно, не поместились. Размером она была не больше моей кухни в прошлой жизни, а свою маленькую кухню я в шутку называла домиком для хомяка.

Свита и граф с графиней остались на лестнице, а барон вынес из комнаты небольшую пыльную шкатулку.

— На, — протянул он мне. — Только потомок твоего отца может её открыть!

Я взяла шкатулку в руки. А где замочная скважина? Куда ключ-то вставлять?

По лицу барона пробежала ироническая улыбка. Наслаждается ситуацией?

Я решительно стряхнула рукавом пыль и поднесла шкатулку ближе к узкому окну. Мне нужен свет! Перевернула, рассматривая со всех сторон. Поняла! У шкатулки нет крышки, она открывается, как спичечный коробок! Тогда отверстие для ключа, скорее всего, где-то сбоку.

Обе стороны шкатулки украшала резьба из цветочного орнамента. В самом мелком цветке я увидела небольшой зазор.