Утонуть в тебе (ЛП) - Уэст Хармони - Страница 45

Я захлопываю ноутбук.

— Я собираюсь занести свои вещи в общежитие, а потом встретимся в «Виллидж».

Джульет кивает, но ее глаза прикованы к изображению Трея Ламонта на экране телефона. Клянусь, она уже влюблена.

На улице наконец-то расцветает весна. На этой тихой, заброшенной части кампуса пробиваются пучки травы и распускаются маленькие бутоны листьев.

Когда я прохожу, малолюдный участок парковки, раздается гудок. Я подпрыгиваю и уже собираюсь обматерить водителя, пока не замечаю одинокую машину.

Красный "Кадиллак".

Окна слишком темные, чтобы разглядеть, кто внутри, но мне и не нужно. Водитель со скрипом открывает дверцу и выходит.

Маркус.

Глава 21

Люк

«Дьяволы» несутся по льду, перекликаясь друг с другом. Все они полны энергии, но я уже выдохся и едва держусь в вертикальном положении перед сеткой. Ранее в спортзале я слишком сильно перенапрягся. Мне следовало бы подумать, прежде чем доводить себя до изнеможения перед тренировкой, но все, о чем я мог думать, поднимая штангу за штангой, это о том, как долго нам с Сиенной придется скрывать наши отношения.

Если я признаюсь маме в том, что происходит между мной и моей сводной сестрой, она только разлучит нас. Она не отправит Сиенну обратно домой, как Сиенна боится, но она разлучит нас. Может, отправит Сиенну в какой-нибудь частный университет на другом конце страны. Может, отправит мою задницу в Канаду. А может, она снова разыграет денежную карту — либо я буду держаться подальше от сводной сестры, либо она перестанет платить за мое обучение.

Перед тем как появилась Сиенна, я был убежден, что ничто не встанет между мной и хоккеем. Между мной и моим будущим. Мной и папиной мечтой.

Но ради Сиенны я бы все бросил. Я бы собрал вещи и переехал в Европу, если бы это означало, что она будет в безопасности. Если бы это означало, что она останется со мной. Папа провожал бы меня с улыбкой.

Наконец-то она доверилась мне настолько, что рассказала правду о том, что произошло в Уэйкфилде, но теперь моя собственная тайна не дает мне покоя. Слишком поздно признаваться в правде. Если она когда-нибудь узнает, что я ее обманул, если она когда-нибудь узнает истинную личность Десятого, она никогда меня не простит. И я не стану ее винить.

Боковым зрением я замечаю черно-красную вспышку, приближающуюся ко мне, но не успеваю среагировать.

Дэмиен врезается в меня, сбивая с ног и отбрасывая на неумолимый лед, боль пронзает мои конечности.

Под моим шлемом мой мозг кружится.

Остальные “Дьяволы” настигают его в считанные секунды. Финн наносит удар Дэмиену первым, за ним следует Нокс, который кричит:

— Не связывайся с моим вратарем!

Дэмиен, прижатый спиной к стене “Дьяволами”, кричит:

— Он бы остался на ногах, если бы был внимателен!

— Прочь со льда, Валентайн! — Требуется секунда, чтобы осознать, что приказ тренера адресован мне.

Я поднимаюсь на ноги, колени готовы подогнуться, но моему ноющему позвоночнику удается удержать меня в вертикальном положении.

— Я в порядке, тренер.

Он сокращает расстояние между нами за считанные секунды, кладет руку мне на спину и уводит меня со льда.

— Твоя сестра сказала, что ты переусердствовал с физическими нагрузками. Тебе нужно успокоиться, чтобы хватило сил на тренировки и игры, понял меня? — Он подталкивает меня к выходу. — Ломай свое тело, когда будешь в НХЛ, не сейчас.

— Но Тренер…

— Я не хочу этого слышать, Валентайн. — Он уже повернулся ко мне спиной. — На сегодня все.

Тренер не сдвинется с места, если уже принял решение. Я направляюсь к скамейке запасных, и, хотя зол на тренера за то, что он выгнал меня со льда, на моем лице расплывается улыбка. Сиенна рассказала тренеру о своих опасениях за меня. Она больше не скрывает, как сильно я ей небезразличен.

В раздевалке я проверяю свой телефон, прежде чем отправиться в душ. Она отправила Десятому электронное письмо. Моя грудь сжимается, когда я читаю его, с каждым словом ненавидя себя все больше.

Она понятия не имеет, как долго я мечтал увидеть ее на этих трибунах, болеющей за меня. Как это заставляет меня чувствовать себя самым счастливым парнем на планете, когда я замечаю ее в толпе в моем джерси с этой великолепной улыбкой на лице.

Она счастлива, что поговорила со своим отцом, и считает, что я помог ей. Наконец-то упомянула мое имя в разговоре со своим другом, с которым они знакомы пять лет. Она скучает по нему. Скучает по нашей дружбе так же сильно, как и я.

Надеюсь, у тебя все в порядке. Через что бы ты ни проходил прямо сейчас, я буду рядом, когда ты будешь готов.

Чувство вины съедает меня заживо, и я не уверен, сколько, блядь, еще смогу его выносить.

Но, возможно, мне и не придется признаваться. Она уже начинает что-то подозревать.

Я думаю, вы двое действительно поладили бы. На самом деле вы очень похожи.

У меня плохо получается хранить в тайне свою личность. Я постоянно проговариваюсь. Рассказываю вещи, которые может знать только Десятый. Она сказала, что хочет меня, но это изменится в тот момент, когда она узнает правду.

После того, как я принимаю душ и переодеваюсь, кто-то толкает меня локтем. Капли с иссиня-черных волос Финна стекают ему на подбородок. Он протягивает мне свой телефон, сдвинув брови.

— Что? — Я смотрю на экран его телефона, на котором отображается карта. Требуется минута, чтобы осмыслить то, на что я смотрю, пока до меня не доходит.

Финну удалось отследить номер мудака, который угрожал Сиенне.

Но, судя по карте, он не в Уэйкфилде.

Я судорожно достаю телефон и набираю номер Сиенны. Блядь, блядь, блядь. Телефон звонит. И звонит.

— Дерьмо. Она, блядь, не отвечает. — Я засовываю телефон в карман, хватаю сумку и бегу к двери. — Нам нужно идти.

Этот ублюдок в Даймонде. Он, блядь, в кампусе.

Глава 22

Сиенна

Мое сердце падает к ногам. На этот раз Маркус не в маске, скрывающей его личность. Солнце еще не село, он не стал бы нападать на меня средь бела дня на пустынной парковке у кампуса. Правда?

Как, черт возьми, он нашел меня? Он следил за мной с тех пор, как я заметила его красный “Кадиллак”, и ждал момента, чтобы наброситься. Эти карие глаза под маской на вечеринке “Сигма Чи” действительно принадлежали ему.

Что бы со мной случилось, если бы не появились Нокс и Дэмиен, чтобы заманить меня наверх?

Что теперь со мной будет?

С каждым шагом, который он делает ко мне, узел в моем животе затягивается все туже и туже.

Маркусу нечего терять. Я уже лишила его шанса на НФЛ и шанса c Джульет. Его места в футбольной команде колледжа, его способности ходить без хромоты. Я разрушила его жизнь.

Как и в ту ночь в домике на дереве, у меня нет с собой никакого оружия. Ничего, что я могла бы использовать для самообороны, кроме рюкзака, набитого позаимствованными учебниками, и древнего ноутбука.

Тогда он позволил мне взять верх. Но не позволит этому случиться снова.

Воспоминания о той ночи в парке стремительно возвращаются. Маркус бьет меня кулаком в живот, толкает на замерзшую землю и ложиться верхом, дергая молнию на моих джинсах.

Ты думаешь, что можешь обвинить меня в каком-то отвратительном дерьме, которого я не совершал? Ты думаешь, тебе сойдет с рук разрушение моей жизни? Если уж ты решила обвинить меня, то с тем же успехом я могу быть виновен.

— Садись в машину. — От его шипящего голоса у меня по спине пробегают мурашки. От того голоса, который я слышу в своих кошмарах, так четко, как будто он шепчет эти слова мне на ухо.

Я отступаю на шаг, сердце бешено колотится о грудную клетку. Даже прихрамывая, он поймает меня, если я побегу. Но я должна попытаться.

— Нет.

Глубокая хмурая гримаса превращает его лицо в монстра, которого я помню.

— Ты думаешь, что можешь просто сбежать? Спрятаться, как будто ничего не случилось? Нет, ты не заслуживаешь того, чтобы тебе сошло с рук то, что ты сделала.