Утонуть в тебе (ЛП) - Уэст Хармони - Страница 38

В тусклом освещении он поворачивает дверную ручку, и Нокс хватает меня за задницу, заставляя подпрыгнуть.

— Какого черта…

Дэмиен заводит меня в темную спальню, единственным источником света в которой является уличный фонарь снаружи и мерцающий светофор на ближайшем перекрестке, заливающий остальную часть комнаты жутким сиянием.

Кто-то уже сидит в изножье кровати. Еще один “Дьявол” в маске.

Но это не Люк.

У меня скручивает живот.

— Сиенна хочет немного повеселиться с нами, Финн. — Положив руку мне на поясницу, Нокс подталкивает меня дальше в темную комнату.

Финн медленно встает, и у меня внутри все переворачивается. Три раза подряд.

— Подождите… — Прежде чем я успеваю отступить, Дэмиен прижимает меня к стене, выбивая воздух из моих легких. Я задыхаюсь, когда моя голова ударяется о штукатурку. Вся комната кружится.

Дэмиен отходит в сторону, держа меня прижатой к стене рукой за плечо.

Нокс хватает меня за другое плечо, успокаивающе проводя круговыми движениями по обнаженной коже.

— Ты готова к тому, что наши руки и губы будут на тебе, красавица?

До встречи с Люком от подобных слов у меня бы подкосились колени. Но мое тело не реагирует на сладкие слова, потому что они исходят не из уст моего сводного брата.

— Я лучше пойду. — Мои пьяные слова выходят дрожащими.

— Ты никуда не пойдешь. — Голос Дэмиена резкий.

Финн движется как тень, пока не оказывается прямо передо мной. Когда мой взгляд наконец-то приковывается к нему, он проводит пальцем по моему подбородку и поднимает его, чтобы я встретилась с глазами, которых не вижу под его маской. Но он видит все.

В моем горле образуется комок, и я перестаю дышать, когда Финн опускается передо мной на колени.

Боже мой.

— Что ты…

Мозолистые руки Финна опускаются на мои бедра, постепенно поднимаясь вверх, и от них по коже бегут мурашки. Я не могу подобрать слов, чтобы остановить его.

Мое сердце бешено колотится. Руки Финна потрясающе, до боли нежные, когда они касаются моих бедер и поднимаются выше, дюйм за дюймом, пока не скользят под подол моего платья.

Когда он сжимает пальцами края моих трусиков, мое сердце останавливается.

— Я не…

— Нам будет очень весело с тобой, — обещает Нокс.

В мгновение ока Финн стягивает мои трусики по ногам.

Прохладный воздух целует меня между ног, и прежде чем я успеваю остановить его, пара губ касается моей шеи.

— Тебе понравится чувствовать нас всех троих внутри себя.

Дверь с грохотом распахивается, ручка ударяется о стену. Свет из коридора проникает в комнату, как ведро ледяной воды, пробуждающей нас от крепкого сна.

Еще один парень в маске приближается к нам. Через пару отверстий в его маске видны горящие серые глаза.

Взгляд Люка пронзает меня насквозь, как будто я собираюсь предложить ему присоединиться к веселью.

Он вырывает меня из их хватки, и его пальцы впиваются в мою руку.

— Она моя сводная сестра, кретины. Пьяная сводная сестра.

Нокс икает.

— Мы все пьяны.

— Правило “никаких сестер”, — огрызается он.

— Не прерывай вечеринку, Валентайн, — протестует Дэмиен. — Твоя сестра наконец-то решила повеселиться.

Не говоря ни слова, Люк вытаскивает меня из комнаты.

— Куда ты ее ведешь? — Спрашивает Нокс.

— Протрезветь.

По крайней мере, я почти уверена, что он так сказал. Образы и звуки кружатся вокруг меня, искажаясь, когда доходят до меня, как будто их произносят сквозь воду.

Он тянет меня в крошечную ванную, включая яркий флуоресцентный свет. Я прикрываю глаза от этого, как вампир, сгорающий под солнцем, и гашу свет обратно.

Люк разворачивается ко мне, подхватывает и опускает на раковину так быстро, что я вскрикиваю. Раковина ледяная и упирается в мою задницу, прикрытую лишь тонкой тканью платья.

— Какого черта ты делаешь? — Визжу я.

— Какого черта ты делаешь с этими тремя? — Его рычание искажается маской, закрывающей его лицо. И я ненавижу, как от этого у меня сжимается низ живота.

— Нокс сказал: “он хочет, чтобы ты поднялась наверх”. Я предположила, что он имел в виду тебя.

Люк грубо хватает меня сзади за шею.

— Ты собиралась подняться наверх ко мне?

Я прикусываю губу. Я лгала и хранила от него так много секретов. Мне нужно, наконец, быть честной.

— Да.

Люк срывает маску и притягивает меня к себе, наши губы сталкиваются.

Я не дышу, не двигаюсь, пока его губы прижимаются к моим.

Когда его язык скользит по моим губам, я стону ему в рот. Он берет меня за бедро и притягивает ближе, а моя киска ударяется об него.

Я всхлипываю, и он стонет мне в рот. От этого звука мои конечности слабеют.

Мое сердце бешено колотится, когда Люк впивается зубами в мою нижнюю губу, и я ахаю. Мои руки сами собой перемещаются с его груди к воротнику рубашки и притягивают его ближе.

Он набрасывается на меня. Он посасывает мой язык, а мои бедра дрожат вокруг его бедер. Мои высокие стоны смешиваются с его хриплыми, создавая непристойное эхо звуков в крошечной ванной.

Когда он трется молнией ширинки у меня между ног, задевая чувствительный пучок нервов, я вскрикиваю.

Он проглатывает мой крик, притягивая меня еще ближе, так, что я прижимаюсь к нему вплотную. Пока он не прерывает поцелуй и не опускается передо мной на колени.

Палец Люка скользит вверх по моей щели к клитору, вырывая низкий стон из моего горла.

— Кто-нибудь из них прикасался к тебе здесь? — рычит он.

Я быстро качаю головой. Даже если бы кто-то из них и прикоснулся ко мне, признаваться в этом Люку сейчас кажется невероятно опасным. Может, он и не причинит мне вреда, но прикончит всех трех “Дьяволов” в той спальне.

— Я не хотела, чтобы они прикасались ко мне. Только ты.

Он скользит пальцем внутрь меня и сгибает его. Я задыхаюсь, а бедра сжимаются вместе.

— Ты моя, Сиенна. — Он добавляет второй палец, и я хнычу от растяжения. — Никогда не забывай об этом.

Я не смогла бы, даже если бы захотела.

Вопросы, которые я умираю от желания задать ему, вертятся у меня на кончике языка. Ты парень под маской? Парень, который был моим другом много лет? Почему ты все еще прячешься?

Но что, если он не Десятый? Он будет оскорблен и обижен тем, что я надеюсь, что они — один и тот же человек. Нет, мне нужно больше доказательств, прежде чем я заговорю с ним об этом. Что-то более конкретное, чем догадки.

Тихий скрип. Мой взгляд падает на дверь. Закрыта ли она? В темноте не могу разобрать.

Губы Люка находят мой клитор и посасывают его. Мои бедра прижимаются к нему, потому что наслаждение мучительное. Никто не сравнится с мужчиной, стоящим передо мной на коленях. Никто не сравнится с Люком Валентайном.

Я зажмуриваюсь. Рот и пальцы моего сводного брата у меня между ног. И я позволяю ему.

Мой клитор пульсирует, когда он всасывает этот пучок нервов, а его пальцы становятся все более скользкими, с легкостью входя и выходя из меня. Он удовлетворенно мурлычет, глядя на возбуждение, скопившееся на его пальцах.

Неважно, насколько это неправильно, я никогда никого так не хотела. Он заставляет меня жаждать его во всех отношениях.

— Ты утонешь. — Слова слетают с моих губ в пьяном экстазе.

— Я бы с радостью утонул в тебе, — бормочет он.

Моя киска сжимается вокруг его пальцев, когда первая волна оргазма прокатывается по моему клитору.

Я зажимаю рот рукой, чтобы подавить крик, и изо всех сил хватаюсь за край раковины.

Люк погружает свои пальцы в меня, в то время как его рот продолжает пожирать меня, посылая ударные волны удовольствия по всему моему телу. Мои глаза слезятся, удовольствие слишком велико, чтобы я могла с ним справиться, пока он не выпускает мой клитор изо рта и его пальцы не замедляются.

Выпрямляясь, он хватает маску и натягивает ее на голову. Одной рукой он сжимает мое бедро, в то время как другая тянется к его серым спортивным штанам.