Эвис: Неоднозначный выбор (СИ) - Горъ Василий - Страница 30

Увы, подобные вспышки страха повторились еще дважды — сначала минут через тридцать, а затем через двадцать две. И я, обнаружив с помощью дронов более-менее подходящее место для ночлега, с большим трудом дождался, пока мы до него доберемся. А там, толком не успев обиходить лошадей, сообщил спутникам, что тренироваться и ужинать отряд будет без меня с Найтой, и на пару с ней скользнул в лес, в сторону еще одной полянки, расположенной метрах в семистах от первой.

Пока шли по чаще, Дарующую прихватило еще раз. Судя по ощущениям, значительно сильнее, чем прежде, и я, разозлившись на самого себя, вдруг понял, что в таком состоянии ничего хорошего не сотворю. Поэтому остановился, огляделся по сторонам, нашел взглядом на здоровенный кряжистый дуб, вцепившийся в землю мощными корнями, и направился к нему. А когда добрался — сел, прислонился к стволу, посадил перед собой Найту, закрыл глаза и принялся перебирать ее волосы. Краем сознания отметив, что можно было прихватить расческу.

— Чего ты пытаешься добиться? — тихо спросила женщина.

— Хочу перестать на себя злиться. И успокоиться… — ответил я.

Меня тут же обволокло мягким и теплым жаром, а сама Дарующая пододвинулась поближе, вжалась спиной в грудь, откинула голову на плечо и прижала мои ладони к своему животу:

— Кажется, совсем недавно я боялась всего и вся. А сейчас самым тихим, спокойным и уютным местом на свете я считаю твои объятия. Ведь в них настолько тепло и хорошо, что мои ощущения можно передать только вот так…

Тут она открылась и толкнула ко мне свой Дар. Я его привычно подхватил, добавил к нему немножечко своей души и вернул обратно.

— А еще я вросла в твоих женщин… — продолжила она, ласково перебирая мои пальцы. — Во всех, кроме Ланы. И люблю их так же сильно, как Вэйльку или тебя. Знаешь, пока мы мотались на Окраину с Террейлом, им было очень плохо, и они старались не расставаться…

— Да, знаю, Тина говорила… — подтвердил я, не открывая глаз.

— Так вот, оказалось, что прикосновения требуются и мне. Когда я чувствую кого-нибудь из вас — чем угодно, хоть рукой, хоть пальцами ноги, хоть затылком — хочется делиться любовью, радостью и счастьем. Нет, не делиться, а отдавать… — внезапно поправилась она. — И единственное, чего я боюсь…

— … ты не боишься никого и ничего! — как можно мягче и без всякой воли выдохнул я, прижав женщину к себе. — У тебя все получится. А мы будем рядом. Так же близко, как я сейчас. Чувствуешь?

Легкое напряжение, которое в ней начало появляться перед словом «боюсь», стало чуточку слабее. И я продолжил говорить:

— Пока мы мотались на Окраину, я настолько привык к тому, что ты всегда рядом, что действительно стал ощущать тебя своей Тенью. Я постоянно чувствую твой Дар, слышу каждый оттенок эмоций, любуюсь лицом и фигурой, и словно живу с тобой одной жизнью…

— Ну да, ты реагируешь на любое изменение в моих мыслях и чувствах, я реагирую так же на изменения в тебе… — согласилась Найта и вжалась в меня спиной еще сильнее. — А границ между нашими сознаниями нет!

— Мало того, когда я накидываю на тебя свою петельку, я не только слышу, но и чувствую… — продолжил я. — Вот сейчас ты сидишь на какой-то палочке, но не хочешь шевелиться, потому что тебе уютно… Теперь улыбаешься… морщишь носик…

— Палочка, определенно, мешает… — хихикнула Дарующая, избавилась от досадной помехи, вновь накрыла мои ладони своими и расслабилась. А я, добавив голосу самую чуточку воли, попробовал отменить мучивший ее приказ.

Увы, получилось только с восьмого раза, и только тогда, когда воли в голосе оказалось больше, чем в момент отдачи приказа. Правда, нешуточное облегчение, которое испытала Найта после того, как ее сознание перестали жечь те самые слова, сподобило ее озаботиться следующей «проблемой»:

— Нейл, а ведь и тебе не мешало бы разобраться в том, как работают твои навыки! — заявила она, завалила меня на бок, улеглась рядом и прижалась щекой к груди. — А то оружие, вроде бы, есть, а пользоваться им ты не умеешь!

— Не мешало бы! — согласился я — Только между моими и вашими способностями есть разница. Вы можете использовать свои абсолютно бесшумно. А мне почти для всех воздействий требуется говорить. Значит, в присутствии посторонних их особо не поотрабатываешь.

— После возвращения домой отловим пару-тройку грабителей, утащим их к Сарджу и будем использовать, как тренажер… — предложила женщина. — А между тренировками их можно будет держать в стазисе.

— Можно. Сделаем… — кивнул я, а затем обратился к тактику, терпеливо «висящему» в оперативном канале: — Стеш, с Найтой, вроде бы, все в порядке.

— Отлично! — отозвалась она. — А со мной все плохо…

— Что случилось⁈ — выдохнул я, одновременно с Найтой оказываясь на ногах, и выводя на большой экран тактического комплекса изображение с дрона, висящего прямо над тактиком. К моему удивлению, ничего «плохого» в лагере не чувствовалось: девушка сидела на куче лапника и невидящим взглядом смотрела в темноту, а мои вассалы, Магнус и «мстители» тренировались.

— Ничего! Просто чувствую себя не тактиком, а полной дурой!!! — через пару мгновений ответила Стеша. — На базе ноль-два имеется несколько десятков ботов различных модификаций, а рядом с нами — ни одного! А ведь случись что с кем-нибудь из вас…

— Ну, наконец-то, додумалась! — сварливо воскликнул Сардж. — Тактик семьи, поглоти тебя Бездна!

Там, на поляне, у девушки еле заметно дрогнули плечи, и искин тут же сменил тон разговора:

— Ну-ну, не расстраивайся, все нормально: МБПСО[3] следовал за отрядом Нейла даже во время операции «Прогулка». А тактик ты отличный, просто поторопилась ограничить свое обучение лишь теми возможностями, которые доступны в Поздней Эпохе Стали. А если бы слушалась меня…

— Была неправа. Исправлюсь… — пообещала Стеша. Потом развернула плечи, подняла голову вверх, чтобы посмотреть в направлении камеры «невидимого» дрона и добавила. Уже для нас с Найтой: — Идите к той полянке, к которой бежали с самого начала — бот будет там через двадцать секунд.

— Зачем? — не поняла Найта.

— Если вы вернетесь в лагерь прямо сейчас, то поставите под сомнение легенды о невероятной выносливости женщин нашего рода! — ехидно улыбнулась меньшица. — Значит, обязаны провести время, оставшееся до рассвета, либо в лесу, либо…

— … дома? — догадался я.

— Угу… — кивнула она. — Триста семнадцать километров — это менее десяти минут лету. И потрясающий сюрприз для тех, кто скучает.

— А ты? — хором спросили мы с Найтой.

— Слетаю при следующей возможности…

[1] Крыса — дезертир, самовольно покинувший ряды Пограничной стражи.

[2] Орел — ветеран, прослуживший в Пограничной страже не менее десяти лет. Филин — элита, то есть, тот, кто прослужил двадцать.

[3] МБПСО — малый бот поддержки специальных операций.

Глава 10

Третий день четвертой десятины первого месяца лета.

От границы ехали по тракту, который тут, в Торрене, назывался Лайвенским. Двигались так же быстро, как и по территории Маллора, продолжали ночевать в лесу, но с куда большим интересом вглядывались в лица всех встречных и поперечных. Точнее, вглядывался, в основном, Магнус, пытавшийся найти «розу со стальными шипами». И иногда находил. Хотя и не так часто, как хотелось бы: как оказалось, для того, чтобы найти одну-единственную инеевую кобылицу, требовалось встретить четыре-пять обозов и внимательнейшим образом рассмотреть лица и уши всех бодрствующих охранников.

Почему так? Да потому, что отличить сумасшедших полуночниц от других воинов, просто мазнув взглядом по фигурам, было нереально — большинство дам были такими же рослыми и широкоплечими, как и мужчины. А вот лица почти у всех выглядели более-менее ничего. Увы, в ушах у большинства встреченных нами «роз» красовались «кольчужные кольца» — серьги, используемые кобылицами вместо привычных любому маллорцу брачных браслетов. Ну, а те две, которых до сих пор никто не объездил, Магнусу как-то не приглянулись.