Эвис: Повелитель Ненастья (СИ) - Горъ Василий - Страница 5

— Сестричка[1], если ты не возьмешь себя в руки, то никакой инициации не будет!

— Не поняла? — растерялась Найта. — Почему⁈

— Помнишь, когда я была совсем маленькой, ты постоянно говорила, что Дарующая — это женщина, которая контролирует себя всегда и везде?

Старшая Дарующая виновато потупилась:

— Я просто боюсь — вдруг что-нибудь пойдет не так?

— «Что-нибудь» может пойти «не так» только в том случае, если ты продолжишь рвать себе душу неуверенностью в себе и глупыми страхами! — неожиданно зло рявкнула Вэйлька. И тут же заставила себя успокоиться: — Хотя нет, если ты не уймешься, то Нейла я к тебе не подпущу. Ни за что на свете!

— У нее все получится. Вот увидишь! — уверенно сказал я и передвинул седло так, чтобы оказаться вплотную к Найте.

Та благодарно улыбнулась, коснулась плечом моего плеча, а затем решительно тряхнула распущенными волосами:

— Все, я уже не дергаюсь. Слышишь⁈

Вместо ответа «старшенькая» обожгла «младшенькую» теплом своего Дара, а затем протянула ей еще один кусок истекающего соком мяса:

— Тогда живи текущим мгновением. Как летом. Вспомни: ВСЕ, чего ты тогда панически боялась, через какое-то время начало доставлять тебе радость, а те страхи, которые тогда пугали — вызывать смех.

— Да уж! — слабо улыбнулась женщина. — Скажи мне кто-нибудь еще прошлой зимой, что я буду нырять в озеро в полной темноте, да еще и в сотне шагов от берега, рассмеялась бы ему в лицо!

— А помнишь, как прыгнула с большого валуна головой вниз? — напомнила Вэйлька.

— Еще бы: я висела под водой и чувствовала себя такой счастливой… — мечтательно выдохнула Найта.

— А мне показалось, что ты вот-вот лопнешь от гордости! — усмехнулся я.

— Могла и от нее. Но упивалась своей храбростью, жаждала поделиться ею с вами как можно быстрее, поэтому, еще не вынырнув, попыталась тебе показать, что во время падения почувствовала себя птицей!

— Ах вот оно что! — притворно удивился я. — А я-то думал, что ты висишь над дном, раскинув в стороны руки, для того чтобы я как можно лучше оценил последние изменения!

Смущаться Старшая Дарующая и не подумала. Наоборот, весело рассмеялась и посмотрела мне в глаза сияющим от восторга взглядом:

— В тот момент я была такой счастливой, что не заметила бы даже Преддверия Бездны, открывшегося прямо под ногами, а уж о каком-то там стеснении и не вспоминала! Кстати, я до сих пор считаю тот миг одним из самых ярких и приятных за всю прожитую жизнь.

— Вот сейчас ты в том настроении, которое нам требуется! — предельно серьезно сказала Вэйлька и мотнула головой в сторону «шатра»: — Иди, пока не испугалась снова…

— Уже не испугаюсь! — пообещала Найта, но распоряжение выполнила — встала с седла, приподняла тяжелую лапу и скользнула под нее.

Я последовал за ней всего через несколько десятков ударов сердца. Но, оказавшись в приятном полумраке, удивленно услышал перестук зубов:

— Д-давай б-быстрее — тут ужас-с, к-как холод-дно!!!

На то, чтобы раздеться и забраться под гору меховых одеял, потребовалось совсем немного времени, но старшая Дарующая встретила меня с такой радостью, как будто мерзла в одиночестве не менее суток. Мало того, не успел я улечься на спину, как она порывисто обняла меня за шею, прижалась к боку порядком окоченевшим телом и простонала:

— О-о-о, какой ты горячий!

— Сестричка, держи себя в руках! — тут же донеслось от костра. — Я одолжила тебе мужа только для инициации!

— Болтушка! — беззлобно отозвалась женщина и пробудила Дар в полную силу. Жаркий, ощущающийся намного ярче, чем раньше, и кружащий голову предвкушением чего-то яркого и светлого. А потом как-то уж очень храбро и безрассудно ткнулась губами в мое ухо: — Прижми меня к себе, пожалуйста…

Я ухмыльнулся, перевернулся на бок, положил ладонь на чуть прогнутую поясницу, легонечко надавил и обрадовался — самая пугливая из моих женщин осторожно подалась вперед. Сначала коснулась грудью и прислушалась к моим эмоциям. Не обнаружив в них ни желания, ни похоти, пару мгновений колебалась и… перешагнула через свой страх. Нет, не перешагнула, а перепрыгнула — обняла за талию и решительно прижалась всем телом. А когда убедилась, что похоти во мне не появилось даже после «такого жуткого бесстыдства», окончательно расслабилась — немного поерзала, чтобы найти положение, в котором меня «слышно» лучше всего, и «толкнула» навстречу свой Дар. Решительно, бесстрашно и целиком!

В голове мгновенно помутилось, и мы стали единым целым. Только превратились не в Ати и не в ветер Вэйльки, а в тысячу небольших ручейков, стремительно вливающихся в могучий водный поток, несущийся к далекому морю!

Чувствовать себя неудержимой стихией было настолько здорово, что я тянул и тянул в себя все новые ручейки, и в какой-то момент почувствовал себя всесильным. Улыбнулся, охватил взглядом весь мир, услышал где-то на краю общего сознания два «брошенных» тела и осторожно потянулся к ним парой ручейков-рук. А когда ощутил, как колотятся их сердца, вдруг вспомнил о Вэйльке и тихонечко позвал.

Меньшица отозвалась, но почему-то с легким испугом. Когда поняла, кому принадлежит «голос», то на несколько мгновений разорвала образовавшуюся связь. А затем скользнула по поверхности нашего с Найтой потока теплым, ласковым и знакомым до последнего дуновения ветром. Но мне… не понравилось. Расстояние между нами и ею. Поэтому я потянулся ко второму Дару, растворил его в нас и превратился в бурю! Но — в добрую, то есть, не разрушающую все на своем пути, а радующуюся возможности принести в окружающий мир Жизнь!

Не знаю, что бы я натворил в этом состоянии, если бы не тихий, на грани слышимости, выдох какой-то части меня:

— Нейл, хватит, я больше не могу!!!

В реальность я вылетел практически мгновенно. Прислушался к Найте, обмякшей в моих объятиях, почувствовал, что со спины ко мне прижимается Вэйлька, полная сил, и, наконец, понял, что именно не так. Поэтому «забрал» часть силы у младшей Дарующей и передал старшей. Как — не знаю. Просто взял и сделал.

Через три или четыре десятка ударов бешено колотящегося сердца женщина легонько вздрогнула и открыла глаза. Некоторое время смотрела невидящим взглядом куда-то вверх, затем пробудила Дар и растерянно охнула:

— О, Бездна, что это⁈

— Результат инициации! — довольно мурлыкнула Вэйлька, закинула колено на мой живот, обняла за шею и положила щечку на грудь. Но обратилась не ко мне, а к Найте: — Слышь, младшенькая, ползи-ка сюда, у меня появился вопрос.

— Сейчас, только с силами соберусь! — негромко прошептала женщина, но зашевелилась почти сразу же — переползла чуть выше, так, чтобы ее лицо оказалось напротив лица «старшенькой», и, уже не чувствуя никакого внутреннего сопротивления или страха, обняла меня за талию. Но на этом не остановилась — закинула колено мне на бедро, положила ладошку на грудь и требовательно повела плечами. А когда я притянул ее к себе, нежно прикоснулась губами к щеке и окатила волной благодарности, в которой можно было запросто захлебнуться: — Спасибо! То, что ты для меня сделал…

— … далеко не все из того, что он может! — хихикнула ее дочь. И тут же объяснила свою мысль: — Меня, вот, опять усилил, хотя еще стражу назад я была уверена, что это невозможно. Кстати, сестричка, а ты можешь прикоснуться к моему Дару так, как это сейчас сделаю я?

Найта тихо ойкнула, тут же заставила себя полностью успокоиться, и снова чуть-чуть напряглась:

— Так?

— Ага! Только лучше расслабься. Вот, теперь получилось! Скажи, ты чувствуешь, насколько мы так, вдвоем, становимся сильнее⁈

— Конечно!

— Нейл, а ты можешь подхватить одновременно оба наших Дара? — спросила меньшица. — Только без ухода в бурю, ладно? А то младшенькая еще не восстановилась.

Я попробовал. Вернее, сделал это без особого труда, сразу же услышал обеих женщин в разы сильнее, чем раньше, и ощутил короткую вспышку боли между бровей. Забавно, но я, не задумываясь, плеснул в переносицу исцеляющей волной и, кажется, попытался остудить ее еще и ветром. А когда боль испарилась, словно прозрел — увидел Найту в несколько раз ярче, чем обычно, да еще и в цветной дымке, окутывающей голову и тело!