Амурные увлечения вождей - Веденеев Василий Владимирович - Страница 26

С отцом Светлана виделась нечасто: обычно она звонила и просила разрешения навестить его на даче. В этот раз, когда дочь приехала в Волынское, «вождь народов» выглядел недовольным и даже несколько подавленным. Светлана хотела объясниться с отцом – видимо, ей требовалось высказаться, излить наболевшее, – но вождь остановил ее легким движением руки с зажатой в кулаке знаменитой трубкой:

– Не нужно… Я все знаю.

Конечно же он все прекрасно знал о жизни дочери: у вождя не возникало недостатка в источниках самой достоверный информации, которую он мог получать в любое время.

– Ты поступила неправильно! – тяжело бросил дочери Сталин после долгой, томительной паузы и вышел из комнаты, где происходил разговор.

Фактически это был приговор отца дочери. Тем не менее семья все-таки распалась, но дочь Катя не осталась с матерью, а предпочла жить с Юрием Андреевичем.

Несмотря ни на что, скорее всего усилиями доброжелательного и обходительного Юрия Андреевича – у Светланы Иосифовны характер всегда отличался жесткостью, некоторой непредсказуемостью и сложностью, – отношения между разведенными супругами сохранились нормальные. Тем не менее после смерти Сталина в 1953 г. Жданов уехал, как в ссылку, из Москвы, аппарата ЦК, в Ростов-на-Дону – ректором местного университета. Стараниями Юрия Жданова за много лет упорной работы университет превратился в самый крупный научный центр на юге России, в котором работают множество известных ученых.

Говорят, сам Никита Сергеевич Хрущев предлагал Юрию Андреевичу Жданову вернуться в Москву, но тот… отказался. Являясь делегатом знаменитого XX съезда партии, на котором Хрущев в докладе объявил о культе личности Сталина, Юрий Жданов после окончания заседания поспешил не в гостиницу, а… к Светлане Аллилуевой, чтобы поддержать ее, быть рядом в этот трудный для нее час. Но его опередил Анастас Микоян, который успел предупредить Светлану Иосифовну о том, что должно на нее обрушиться в эти дни.

Говорят, чужая душа потемки. Так же, как, по утверждению англичан, в каждой семье спрятан свой скелет в шкафу. Кто имеет право судить бывших супругов – Юрия Жданова и Светлану Аллилуеву, дочь «вождя народов» Иосифа Сталина? Кому дано право решать, кто прав, а кто виноват?

Славянская нимфа

История преступной с точки зрения национал-социализма бешеной страсти одного из вождей Третьего рейха доктора Геббельса к чешской актрисе Лидии Баровой до сего времени остается малоизвестной. Один из ближайших соратников, считавшийся личным другом Адольфа Гитлера, если, конечно, коварный и весьма непоследовательный в отношениях с людьми фюрер вообще мог иметь настоящих друзей, Пауль Йозеф Геббельс родился в конце 1897 г. в городе Рейдте земли Рейнланд в набожной семье бухгалтера. Родители будущего вождя и идеолога национал-социализма мечтали видеть сына римско-католическим священником. Однако Йозефом всецело владели иные страсти: литература и женщины!..

Исполнение желаний

В двадцать лет Геббельс начал изучать гуманитарные науки, переходя из одного старинного немецкого университета в другой, – у него, как у многих калек, выработался неуживчивый, довольно злобный характер. Йозеф постоянно чувствовал себя неполноценным: он не мог принимать участия в Первой мировой войне по причине колченогости. А всю Германию насквозь пропитал милитаристский и шовинистический дух.

Геббельс никогда не пользовался популярностью у противоположного пола, хотя явно ощущался недостаток мужчин, отбывших в действующую армию. Говорят, даже проститутки, которых он нанимал для занятий с ним продажной любовью, ущемляли его самолюбие и презрительно дразнили «мышиным доктором» – за большие, оттопыренные, похожие по форме на мышиные уши.

К мучительным унижениям от врожденной хромоты и полного невнимания вожделенных им красоток добавлялись еще и мучения непризнанного автора. Геббельс писал одну за другой разные пьесы, статьи и даже поэмы, которые упорно отвергали все издатели, театры и редакции газет и журналов.

– Это обычный графоман, – прямо говорили о будущем гауляйтере Берлина воспитанные на старых литературных традициях издатели. – Причем графоман довольно откровенный и к тому же агрессивный.

Спасительным убежищем для Геббельса стала политика: в 1922 г. он вступил в национал-социалистическую рабочую партию Германии, где ему наконец предоставили возможность стать журналистом и редактором нацистской газеты «Народная свобода» – «Фолькише фрейхейт», выходившей в Руре. После того как Йозеф объявил Гитлера новым мессией немецкого национал-социализма, Геббельса сделали гауляйтером Берлина и Бранденбурга и одновременно главным редактором еженедельной нацистской газеты «Агриф». После прихода нацистов к власти в 1933 г. уже больше никто не осмеливался назвать Геббельса графоманом – его книги выходили огромными тиражами! Одно из его заветных желаний наконец исполнилось.

Но женщины, женщины! Йозеф был не настолько глуп, чтобы не понимать, насколько он непривлекателен: увечный мужчина небольшого роста, болезненно худой, с бледным некрасивым лицом и длинным носом. А пропаганда, которой он сам занимался, всячески прославляла образ белокурой бестии, самца расы – белокурого голубоглазого красавца высокого роста с атлетической фигурой.

В двадцатые годы Геббельс пережил жестокое крушение любви – у него возникло серьезное любовное влечение к одной журналистке, весьма привлекательной внешне. Но она решительно отвергла уродца. И неугомонный Йозеф стал лихорадочно искать удовлетворения. Кстати, стоит отметить, что, получив огромную власть в Германии, он не мстил отвергнувшей его женщине. Возможно, он ее действительно любил?

Вскоре на его жизненном пути встретилась Магда Квант – жена богатого еврейского финансиста. Непонятно, как они сошлись с Йозефом, но тем не менее вскоре после знакомства Магда стала любовницей будущего рейхсминистра просвещения и пропаганды. А затем согласилась на его предложение развестись с мужем и разделить судьбу Геббельса, какой бы она ни оказалась.

Вполне вероятно, в данном случае будущий гауляйтер преследовал собственные корыстные интересы. Как высокопоставленный нацист, Йозеф прекрасно знал, какая судьба ожидает евреев после прихода к власти Гитлера, поэтому рассчитывал, что все имущество бывшего мужа Магды должно достаться семье Геббельсов, где один за другим народилось шестеро детей.

Позднее, уже став рейхсминистром, Геббельс продолжал самоутверждаться, постоянно и почти открыто изменяя жене с актрисами театра и кино – кто теперь мог осмелиться отказать ему во взаимности и пренебречь вниманием колченогого, зато всесильного уродца? Это было равносильно самоубийству. Все молчали, терпели и делали вид, что абсолютно ничего не происходит. Йозеф даже получил прозвище Бабельсбергский бычок – в Бабельсберге располагалась ведущая киностудия Германии, а дачная местность неподалеку, где стояли виллы кинозвезд, стала как бы одним большим гаремом рейхсминистра, который старательно делал вид, что посещает любовниц тайно. Магда столь же старательно закрывала глаза на блудливые похождения мужа и занималась семьей.

Славянская нимфа

С очень интересной внешне чешской актрисой Лидией Баровой рейхсминистр познакомился во время Берлинской Олимпиады в 1936 г., на роскошном приеме, устроенном в пропагандистских целях в столичном пригороде Шваненвердере. Красивая славянка сразу привлекла внимание Геббельса – пышные русые волосы, брови вразлет, большие выразительные глаза, нежная кожа мягко очерченного лица с высоким лбом и отличная фигура как магнитом притянули рейхсминистра, и он подошел к актрисе.

Очень быстро Йозеф выяснил: Лидия сожительствует в гражданском браке с популярным актером Густавом Фролихом. Но для ослепленного страстью и сгоравшего от вожделения рейхсминистра это обстоятельство не имело никакого значения. Он уже торопливо готовил новое свидание с актрисой, которое в обстановке таинственности состоялось на личной яхте Геббельса «Бальдур». За первой встречей последовали вторая, третья, и вскоре свидания стали регулярными. В то время очевидцы бурно развивавшегося романа с ехидством отмечали: Геббельс совсем одурел от страсти и стал похож на околдованного, словно Барова была волшебницей, сумевшей заставить его постоянно стремиться к близости с ней.