Амурные увлечения вождей - Веденеев Василий Владимирович - Страница 14

Его кандидатура – Цдян Цдн, в прошлом провинциальная театральная актриса, сыгравшая несколько ролей в антияпонских фильмах в середине 30-х гг. Она родилась в 1912 г. в провинции Шандун, и ее настоящее имя – Ли Цдюнь. В 1938 г. она появилась в Яньани, где тогда располагалась ставка командования армии и размещалось Политбюро. В том же году актриса вступает в КПК – будущая жена вождя не может оставаться вне партии!

Она приехала с целой группой литераторов и актеров, разделявших революционные взгляды. Тогда Цзян Цин – Ли Циюнь, исполнилось 26 лет. Фотографии того периода запечатлели молоденькую симпатичную женщину с нежной кожей и пухлыми губами.

– Тонкая, гибкая и прекрасная, как лотос! – говорили о ней. – Обратите внимание, какие у нее тонкие, нежные маленькие ручки с изящными пальчиками.

В Яньани деятелей искусств встретили с воодушевлением, а Цзян Цин вообще пользовалась повышенным вниманием как настоящая кинозвезда. Несомненно, Мао не мог ее не заметить, тем более что его третья жена Хэ Цзычжень в этот период находилась очень далеко: она лечилась в Советском Союзе.

Вскоре Мао объявил о желании развестись и жениться в четвертый раз. Кто была его новая избранница, догадаться совсем не трудно. Дело дошло даже до обсуждения на Политбюро КПК, где многие члены бюро выступили против расторжения брака и женитьбы вождя на женщине с очень сомнительной репутацией. Однако Мао Цзэдун сердито заявил:

– Свою личную жизнь я в полном праве устраивать сам, без указаний Политбюро! Так, как я хочу, несмотря ни на что!

Серьезную роль сыграл здесь Кай Шэн, который был земляком, а в Китае это практически родственники, Цзян Цин. Он сказал:

– Я готов поручиться перед Политбюро за эту женщину: она не станет вмешиваться ни в какие политические вопросы. В этом отношении вы можете оставаться совершенно спокойны.

Действительно, актриса пока не намеревалась заниматься политикой: эту опасную роль с удовольствием брал на себя сам Кай Шэн, который вскоре очень приблизился к Мао и стал чуть ли не его правой рукой, самой заметной фигурой в окружавшей будущего «великого кормчего» группировке.

Цзян Цин оказалась последней, четвертой официальной женой Мао, которая стала не только его пылкой подругой в любви, но и помощницей в делах. Честолюбивая и хитрая актриса ловко сумела в скором времени занять совершенно особое положение в партии коммунистов Китая и приобрела небывалое влияние на недоверчивого и хитрого Мао: она буквально привязала его к себе незримыми узами, и он начинал капризничать как ребенок в ее отсутствие. Но… не забывал обращать внимание и на других женщин!

В 1964 г. жена Мао активно ринулась в политику. Она стала депутатом, а в период «культурной революции» (1966–1969) часто выступала перед хунвейбинами, призывая «трудом перевоспитать гнилую интеллигенцию». Она пережила мужа и стала известна как одна из заправил политической «банды четырех», осужденной КПК. Конец ее бесславен.

Видимо, не зря даже спустя тридцать лет очень одинокий Мао с непреходящей болью писал в своих стихах, посвященных Ян Кайхуэй: «Я лишился своего гордого тополя…»

Двух дочерей, которых родила ему хитрая и волевая Цзян Цин, «великий кормчий» никогда не любил…

Роковая страсть товарища Че Гевары

Его часто называли «несгибаемым революционером» и «беззаветным борцом за дело освобождения трудящихся Латинской Америки», «товарищем Че» и «товарищем Эрнесто».

«Правая рука» Фиделя Кастро Рус, несгибаемый революционер «товарищ Че», полное имя которого Эрнесто Гевара де ла Серна Линч, родился в 1928 г. в Аргентине, в довольно состоятельной семье и рано проникся идеями коммунистического революционного движения. Стремление реализовать их на практике привело его в 1956 г. в ряды кубинских революционеров и повстанцев, лидером которых стал Фидель.

Хорошо знавшие Эрнесто Че люди отмечали, что он придерживался довольно экстремистских левых взглядов, проповедовал идеи «экспорта революции» и кроме одной всепоглощающей страсти – стремления «к всеобщему светлому будущему», которое намеревался устроить насильственным путем, – имел и другую. Как большинство латиноамериканцев, он обожал красивых женщин и обладал способностью совершать ради них истинные безумства. Эти качества Че Гевары привлекли в свое время внимание ряда спецслужб разных стран…

Хейди

Она тоже родилась в Аргентине, в семье потомков немецких эмигрантов, некогда покинувших Европу и навсегда оставивших фатерлянд. Однако в отличие от множества эмигрантов-нацистов, обосновавшихся в этой латиноамериканской стране после Второй мировой войны, семья Хейди придерживалась прямо противоположных политических взглядов: ее отец-профессор искренне разделял коммунистические убеждения и сумел привить их дочери, заразив ее опасным вирусом романтики классовой борьбы.

Хейди Тамара Буйке – таково полное подлинное имя девушки – оправдала надежды отца и еще в период обучения в школе примкнула к молодежному коммунистическому движению, существовавшему в стране. Именно там на нее обратили внимание вербовщики из внешней разведки Германской Демократической Республики – тогда Германия была разделена на две части: Восточную и Западную – и существовали два разных государства. Федеративная Республика Германия, член НАТО, полностью ориентировалась на Запад и США, а ГДР – Германская Демократическая Республика, разведка которой работала в самом тесном контакте с КГБ СССР, – «успешно строила социализм».

– Ты хочешь поехать для продолжения образования в Восточную Германию? – предложили однажды юной Хейди. – Своими глазами увидишь первое социалистическое государство на территории фатерлянда.

– Чему я там смогу учиться?

– Языкознанию, – неопределенно ответил вербовщик.

Девушка рано стала стремиться к полной самостоятельности и уже в пятнадцать лет сделала свой выбор: она дала согласие отправиться для продолжения учебы на другой берег Атлантики, в Европу, в первую немецкую социалистическую державу – ГДР. Разведка Восточной Германии и специалисты на Лубянке в Москве поставили напротив фамилии юной Буйке жирный восклицательный знак: с ней стоило продолжать активную работу.

– Это отличный потенциальный агент для дальнейшей работы в странах Латинской Америки, – заметил один из экспертов Комитета государственной безопасности СССР, и немецкие коллеги выразили полное согласие с его мнением.

Хейди Тамару Буйке устроили в школу языкознания – рыцари плаща и кинжала свято выполняли свои обещания! – и стали исподволь, не слишком торопясь, не нажимая, потихонечку готовить к работе по реальному претворению в жизнь идеалов светлого коммунистического завтра, естественно, в понимании советской и германской спецслужб.

После детального изучения и наблюдения за будущим агентом шефство – естественно, пока совершенно негласное! – над Бунке взяла служба контрразведки Восточной Германии. Довольно скоро ее эксперты решили, что «объект» вполне созрел и с ним можно говорить открыто, называя вещи своими именами.

– Ты прекрасно знаешь, какая напряженная борьба идет в области идеологии, какие жаркие бои разворачиваются на незримом фронте, – сказали Хейди «старшие товарищи» из спецслужб Восточной Германии. – Хотела бы ты встать в ряды борцов тайного фронта?

Конечно же Бунке страстно желала этого, поскольку ее уже обработали в психологическом и в идеологическом плане: она считала работу шпиона очень важной и крайне романтичной.

– Я согласна, – ответила она не задумываясь.

– Тогда тебе официально предлагают стать секретным агентом Комитета государственной безопасности СССР, – ничуть не смущаясь, заявили «старшие товарищи». – Естественно, это не означает, что связь с нами полностью прервется.

Работать на СССР? Это давно было заветной мечтой успевшей пройти все стадии тайно осуществлявшейся идеологической обработки Бунке, и она с радостью дала свое согласие. Очень скоро ее направили в один из секретных разведцентров КГБ, где опытные преподаватели начали готовить девушку к работе на тайном фронте. Кроме обучения приемам тайнописи, контактной и бесконтактной связи, ухода от наружного наблюдения противника и прочих тонкостей шпионской деятельности, серьезное внимание уделялось подготовке из Хейди высококлассного секс-агента, способного с полной отдачей использовать свои внешние данные для добывания секретной информации и успешного выполнения заданий руководства Центра.