Война и миръ (СИ) - "Пантелей" - Страница 58

Но блаженный - не святой, спорить с его назначенцами можно. И даже нужно, если за Родину, конечно, только теперь тут все за Родину, но у некоторых есть «банхаммеры» - слово новое, но всем сразу понятное. Спорьте – не спорьте, а мы всё равно пойдём путём Витте и Хилкова.

«Всё, что они сделают – сделано по моему благоволению, или прямому приказу и на благо России». Именно так, почти прямой цитатой из Дюма, подтвердил полномочия нового кабинета Николай в «Имперском вестнике», перед экскурсией в Антарктиду.

В феврале 1915 года Парад Победы прошёл в Пекине. Очень торжественно, очень медийно, очень дорого.

Китай стремительно богател, Мишкин уже вернул взятые у Николая двести миллионов рублей (долю Курильского дайме в японской контрибуции с Китая), хотя и давались они не в долг, это был чисто братский подгон. Но тем приятнее ответ.

Китайцы работали по всему миру, от Северных высоких широт до юга Африки, очень хорошо работали, а большую часть заработков они переводили в рубли и отправляли на родину. Только этот денежный поток уже превышает миллиард в год, а ведь и местное производство растёт по десять плюс процентов ежегодно, вдвое быстрее, чем остальная совокупная мировая экономика «в среднем по больнице».

Китайцам не пришлось ничего перестраивать, индустриализация в Поднебесной Империи производилась с нуля, поэтому они первыми оседлали выпуск совсем новых товаров – электрической бытовой техники, оборудования для малого бизнеса (например – минипивоварен, привет Рейху), а также крупносерийное производства в лёгкой промышленности – одежды, обуви, постельного белья, матрацев, подушек, одеял, спальных мешков, палаток и так далее. Оседлали в рамках инвестиций Русско-американского и Русско-китайского банков, но это уже детали, о которых, может быть, расскажем позже.

С этого китайцы и в другой истории начинали, только там им пришлось завоёвывать уже занятые рынки, а здесь они создают новые. Да и стартовые условия теперь у них намного лучше, чем после тридцатилетней гражданской войны, японской оккупации и культурной революции.

Канцлер Зубатов строит железные и автомобильные дороги, каналы, дамбы и электростанции, а на развитую инфраструктуру с удовольствием приходит уже частный капитал со всего мира. В общем, быть Китаю мировой фабрикой и здесь, а остальным придётся думать - за счёт чего развивать свои экономики. Мы это предвидели и готовились, нам развитие Китая выгодно – ширпотреб станет дешевле, а вот остальных ждёт настоящий шок.

В марте 1915 года Николай выдал замуж старшую дочь – Великую Княгиню Марию Николаевну. Жених (или здесь уместнее зять?) светлейший князь Олег Фёдорович Дубасов-Босфорский во время Великой войны служил во флоте, в должности старшего помощника капитана линейного крейсера «Меньшиков» поучаствовал в обоих сражениях на Доггер-банке и в набеге на Атлантическое побережье САСШ, награждён множеством орденов, и союзнических, и наших, в том числе «Георгием» третьей степени. Досрочно, за отличие, произведён в чин капитана первого ранга, но после войны с флота ушёл. В науку!

Теперь он действительный статский советник, действительный член Императорской Академии наук (с докторской степенью по океанологии) и ректор университета в Романове-на-Мурмане. Не молод, под сорок уже, но для семейного счастья возраст не помеха.

Светлейший князь Олег Фёдорович Дубасов-Босфорский очень богат, как единственный сын, он унаследовал всё состояние легендарного генерал-адмирала, а скопил покойный Канцлер Фёдор Васильевич около пятидесяти миллионов рублей (пятьдесят тонн, если считать в золоте), на эти деньги можно Новую Зеландию купить и ещё останется. Но не будет светлейший князь Олег на глупости тратиться. Он мечтает построить дамбу и железную дорогу на Сахалин, к городу, носящего имя его отца. Достойное устремление. В общем – совет, да любовь. И детишек – побыстрее и побольше. У Николая ещё ни в одной жизни не было внуков, ни разу не дожил до их рождения, но на этот раз точно получится (тьфу-тьфу-тьфу через левое плечо).

В июне 1915 года, в Кронштадте спустили на воду первый линкор нового проекта «Александр Третий». В отличие от остальных, мы свои военные корабли облегчали. На «Александре» и его последователях, у нас теперь двухорудийные башни, правда с пушками длиной в пятьдесят пять калибров. А как следствие этого, меньший возимый боезапас, облегчение почти на пять тысяч тонн и увеличение скорости на три узла (почти до двадцати восьми).

По сути, это теперь тоже крейсера, только для охоты на целые конвои (которые обязательно будут), в линейные бои флотов мы ввязываться больше не планируем. Задача у нашего надводного флота в будущей войне – заманивать броненосные силы противника на позиции наших подводных лодок. И, конечно, грабить караваны, мы ведь Орда.

Глава 31

Весь мир строит мегалинкоры с восемнадцатидюймовыми орудиями главного калибра типа «Гогенцоллерн». Не типа, конечно, проекты у всех разные, но смысл один – больший вес залпа, большая скорострельность и лучшая броневая защищённость. Рейх уже достраивает третий корабль этой серии из четырёх, четыре киля заложили янки, три британцы и один (пока один) японцы, хотя Николай и отговаривал Ёсихито от этого безумно дорогого и бесполезного по сути строительства.

Ведь разогнать такого монстра (без малого в сто тысяч тонн водоизмещением) быстрее двадцати четырёх узлов не получится, он будет тормозом для всего флота. Базы и без него отлично защищают авиация, береговые батареи и минные поля, так на кой он нужен? Только как новая игрушка для моряков. Но в Японии не было своих Витте и Хилкова, а дзайбацу моряков поддержали. Ещё бы, выпускать такие игрушки очень выгодно, это не винтовки «Арисака» и даже не танки. И вообще - если у нас будет такой флот, то и армия станет не нужна – получится сплошная экономия. Ну-ну…

Авианосцы тоже все строили большие и медленные. В нынешней военно-морской доктрине всех великих держав, они являются вспомогательными кораблями в линейных эскадрах, для обеспечения разведки и противовоздушной обороны главных сил.

Впрочем, это не удивительно. На Россию ведь никто теперь внимание не обращает, по вполне понятным причинам, мы ведь свои военно-морские силы даже сокращаем, да и вообще всячески «хвостом крутим» (теми-же наёмниками помогаем), так что к войне на море Британия и САСШ готовятся с Рейхом и Японией и наоборот.

А мы, свой видимый флот, сокращаем и довольно существенно. Линейные силы с двадцати до шестнадцати кораблей, причём со значительным уменьшением веса залпа, а авианосцы с пяти до четырёх. Нового «Иерусалима» в составе Русского Императорского флота не будет, нет для него задач в будущей войне, а после неё, всё, сегодня самое новое, уже безнадёжно устареет. В том числе, и подводные лодки. Но они и стоят копейки, как бы цинично это не звучало. Подводники – это диверсанты, если напоролись, то ни пленных, ни раненых не будет, лодка – это общий гроб. Но зато, если сработали чисто, тут уж наград… Ведь такой расчётной результативности надводным «гиппопотамам» и не снилось.

При должной сноровке, можно в одиночку целый конвой «вырезать», всё-таки боезапас тридцать две торпеды на электрическом ходу, с незаметным гидравлическим пуском и наводящиеся (скорее, чуть подруливающими один раз) на шум винтов. Акустическую систему наведения удалось реализовать быстрее и дешевле всех. Средство противодействия достаточно простое, но торпеды мы расстреляем раньше, чем они успеют принять «глушилку» на вооружение.

А торпед у нас даже на ваши пограничные катера хватит, как вы эти рыбацкие баркасы с пулемётами, способные отразить только атаку мексиканских идиотов на плоту, называете. Даже торпед хватит, а ведь на лодках ещё и пушки имеются – лёгкая сорокакалиберная шестидюймовка (для прямой наводки более чем достаточно) и трёхдюймовая (гладкоствольная) «машинка» Максима-Норденфельта. Для противодействия одиночным самолётам – очень эффективная, да и баркасы эти пограничные пугать – более чем.