Мир, где мне очень рады (СИ) - Кири Кирико - Страница 81

— Да⁈ Так значит⁉ Я держу всё под контролем уже много лет!

— И при этом позволяешь такому происходить! Кричишь под каждым забором, что ты за добро, но при этом позволяешь гибнуть людям и быть съеденными другими! Это пиздец! Ты лишь прогнившая падаль! А если наша дочь станет следующей⁈ Если она попадёт в следующий раз на стол⁈ И уже будут жрать её руки и ноги? Её органы скармливать свиньям и из её кишок делать колбасы⁈

— Не смей так говорить, больной ублюдок! Ты убил столько людей ради своей жалкой жизни и не тебе осуждать меня, подонок!

— Но я это не скрывал никогда, потаскуха! И я никогда не строил из себя рыцаря, при этом продавая людей на мясо! Я никогда не лицемерил и не был таким отбросом как ты! Как ты и Эви! Спелись две бляди, что позволяют такому происходить!

— И это говорит тот, кто просто исчез! Просто бросил на нас всё! Мы подняли многих с колен! Многие живы благодаря нам и многие сейчас живут, потому что Эвелина не покладая рук работала всё это время!

— Да блять оно и видно! В одном графстве пиздец, в другом пиздец, всё разваливается! Охуительно поработали. И к этому привёл ваш компромисс! Вместо того, чтоб под корень вырезать всех, чтоб давить их нахуй, вы позволили себе стать зависимыми от них, так ведь проще и совесть чище! Можно по утрам самой себе хвалебные песни петь!

— Да пошёл ты! Ты не знаешь, что нам пришлось пережить и через что мы прошли!

— Да похуй! Я вижу, до чего вы дошли блять! Всем насрать, что вы делали, если результатом стал такой пиздец!

— Тогда сделай лучше, позорный отброс! — заорала она. — Сделай хоть что-то, чтоб потом поднимать свой голос на нас! Сделай!

— Да блять без проблем!

И, выхватив револьвер, я выстрелил ей в колено. Констанция вскрикнула и упала на пол.

— Сделать⁈ Сделать хоть что-то⁈ На нахуй! Получай!

Я выстрелил ей в локоть. Потом прострелил второе колено.

А потом вообще разрядил весь револьвер ей по основным суставам, с наслаждением наблюдая за её болью на лице. После чего подошёл к ней, схватил за волосы, приподнял и от души несколько раз ударил её кулаком по лицу. Расхуярил ей нос, губы, выбил два передних зуба, подбил хорошенько глаз. Бросил на пол и от души проебашил ей ногой по груди и животу.

Да, я её отпиздил. Отпиздил за то, что она лживая лицемерная сука, которая, прикрываясь благими намерениями, просто не хотела пачкать руки. Именно так я это вижу. Вижу, что она не хотела брать ответственность, предпочитая отдавать на откуп человеческие жизни. От этого мне было больно. Не такой я её помнил.

Уже глядя на тяжело дышащее, хрипящее и окровавленное тело, я присел напротив ей головы. Её полные молчаливых слёз глаза смотрели на меня без злобы. В них была лишь боль и отнюдь не физическая, а душевная. Каждый выбирает свой путь и каждый потом пожинает последствия своего выбора.

— Ты просто глупая трусливая лицемерная шлюха, Констанция, — тихо сказал я. — Ты предала свои идеалы, ты предала себя, ты предала всех. Столько людей погибло лишь из-за твоей трусости и нежелания связываться с этим. Кричала о том, что борешься за добро, всё знала и ничего не сделала. Да, я монстр и убиваю людей. Но я не скрывал свои поступки под громкими словами, никогда не отрицал этого, не приписывал им псевдоморальный смысл. Я не пытаюсь выйти сухим из воды, хоть и не стремлюсь подохнуть. В отличие от тебя.

Я похлопал её по голове.

— Это пиздец, Коня. Ты такая грязная и трусливая мразь, что даже мне стыдно за тебя. Скажи, а Эви знала об этом?

Не сразу, но Констанция покачала головой, не издав ни звука.

— Пиздишь. Эви, раз добралась до такого поста, должна была это знать.

— Я её глаза и уши. Она наши мозги. Я ей докладываю, она всё решает.

— И всё же она знала.

— Знала, что в нашем городе мафия? Знала, да. Подробности? Нет. Я тоже не знала подробности.

— Но догадывалась. А всё равно даже проверять не стала. А ведь там и дети были, Коня, — я вздохнул. — Остаётся надеяться, что наша дочь не такая трусливая лицемерная мразь, как ты, и не аморальная тупая сука, как я. Страшно представить, что она только унаследовала от нас двоих.

Вставая, я пнул её в прострелянное колено, заставив издать тихий стон.

— Констанция, я тебя не убью, не бойся. И не убью Эви, если ты этого боишься. Однако знай одну простую вещь: компромисс — это уступки в конфликтных ситуациях вопреки своим желаниям в нормальных вещах. Но компромисс со злом — это лицемерие. Ты противоречишь своим принципам, давая им возможность творить зло. Ты противоречишь самой себе, говорящей, что борешься за добро. Позволив злу делать своё дело, плевать, на каких условиях, ты уже не за добро.

— Но если ты этим спасёшь жизни? Ты об этом не думал?

— Спасать жизни — это прекрасно, Констанция, — вздохнул я. — И когда ты жертвуешь своими принципами ради людских жизней, это героизм. Но, — я внимательно посмотрел на неё, — это не твой случай. Когда для тебя такое норма, и ты живёшь с этим, то это уже двуличие. Ты прекрасно понимаешь, что есть что.

Я повернулся ко всем, кто был в комнате и наблюдал этот цирк.

— Юсуф, ты пойдёшь со мной. Плюс ещё несколько скрытниц. Клирия за главную. Следи, чтоб Констанция случайно не померла, а то мало ли. Плюс скоро придёт посылка с подарком для гостей. Так что…

Так что после крыс из Фракции Дня, с которыми я надеюсь разобраться быстро, мы пойдём в гости к Эви. Хотя я уже и не рад этому.

Глава 350

Найти супостатов не оказалось сложной задачей, как выглядело изначально. Куда сложнее было к ним подобраться незаметно и избавиться сразу ото всех. Неизвестно было, имеют ли они какие-либо сигналы или же связаны списком, однако после недолгих обдумываний было решено брать всех живыми. Абсолютно всех, чтоб, если они в списках, у нас была фора до того, как их хозяева узнают реальное положение дел. А там пока они пришлют новую партию шпионов, пока выяснят, почему пропали те, и смерть всех графов, изменить что-либо уже будут не в силах. Да и не до этого им будет уже.

Попутно Констанции надо будет подготовить всё для нашей встречи с Эви. Меня гложут подозрения, что она ровно такая же вредная девушка, как и Констанция, и не согласится с моим планом, так как он «слишком жестокий». Слишком долго пробыв у руля, вряд ли Эви прислушается ко мне, привыкнув к единственному правильному мнению — своему. Да и мои слова будет ей слишком сложно принять.

Ну а что? Приходит парень, что мёртв уже как двадцать лет, и говорит: всему пиздец, скоро война, поступай, как я скажу. Именно так оно для неё и будет выглядеть. И как бы Эви ко мне не относилась, с этим она не согласится. А за несогласием последует сопротивление.

Как раз-таки от этого сопротивления я и собираюсь избавиться. Ради неё самой. В крайнем случае, к ней всегда можно будет пришить конечности обратно. Главное не сильно уродовать тело.

Ладно, шутки шутками, а это будет довольно муторно, так как надо будет ещё и в замок попасть потом. Констанция поможет естественно, но есть люди, которые верны исключительно Эви. И конкретно они будут для меня проблемой. И тут, боюсь, мне придётся решать эту проблему, так как к своей госпоже они вряд ли меня подпустят, а Эви вряд ли обрадуется их смерти. Ещё одна причина ей злиться на меня, а мне обезвредить её.

Когда начинают действовать шпионы обычно?

Многие скажут, что ночью, однако не всё так просто. Как раз-таки ночью все важные структуры охраняются куда сильнее. Да, на улицах пусто, никого нет, но и днём никто не будет сильно обращать на них внимания. Можешь разгуливать в толпе спокойно и с этой же толпой подбираться к нужным людям и местам.

Да и кто обратит в той же ратуше внимание на человека, когда через них проходят тысячи каждый день в таком городе? А тут зашёл между делом, словно бывал не раз, сделал, украл или ещё что, после чего ушёл.

Потому мы так же вышли днём.

Улицы выглядели куда жизнерадостнее, когда светило солнце. Да, готик-стайл всё равно преобладал, но не выглядел уже таким жутким, как ночью. Да и людей стало в разы больше. Здесь куда неудобнее было реагировать на опасность, которая исходить могла от каждого прохожего.