Шанс на прощение (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 33

— Выглядишь паршиво, — припечатал Эжен, изучая лицо Макса.

— Есть немного, — отмахнулся тот. — Возьмешь бокалы? Я видел в шкафчике на кухне.

— Возьму.

Эжен исчез ненадолго, а затем вернулся с бокалами и уже откупоренной бутылкой. Темно-вишневое вино напоминало кровь, зато на вкус было приятным и некрепким. Максу хотелось забыться, но он помнил, чем могла закончиться такая попытка: очередным визитом к Хайди. А он сейчас не мог этого допустить.

— Рассказывай, — потребовал Эжен.

А Макс не знал, как обрисовать словами все, что творилось в его душе, поэтому произнес только:

— У меня есть дочь.

Эжен удивленно замер. Затем уточнил:

— От Хайди?

— А от кого же еще? — Макс отставил пустой бокал. — И я об этом узнал час назад. Или два… Не в этом суть.

— Может, Хайди врет? — прищурился брат, напомнив свою кошачью ипостась.

— Не врет. Я уже познакомился с девочкой, и она… точно моя. Даже не знаю, как сам не понял. Мы очень похожи.

— Дела…

Эжен покачал головой. Традиционные бусины, которые носили все эвассонцы, колыхнулись в его светлых волосах. Макс принял Эвассон, но так и не последовал его традициям в области прически. И больше всего его смущали бусины.

— Я не знаю, как быть, — тихо сказал Макс.

— А что тут знать? У тебя есть дочь, и это замечательно. — Эжен улыбнулся. — И потом, кажется, Хайди не против, чтобы ты присутствовал в ее жизни. Иначе не стала бы рассказывать.

— Но я понятия не имею, что делать с самой Хайди!

— Прости, но в это я не верю.

Макс не сразу осознал, что Эжен имеет в виду. А когда до него дошел весь смысл сказанных слов, он мучительно покраснел и отвел взгляд.

— Ты все еще ее любишь, — спокойно продолжил брат. — Да, мне это не нравится, и я уверен: твоя любовь еще заставит тебя страдать. Но это твой выбор. А свой я давно уже сделал. Поэтому не мне тебя учить, Макс. Ты взрослый человек и способен решать сам.

— И вы смиритесь с моим выбором?

— Главное, чтобы с ним смирился ты, — с легкой грустью ответил Эжен.

— Спасибо, братишка.

На душе стало легче. Действительно, в чем проблема? У него есть дочь. Родная душа, к которой он за эти дни успел привязаться. От любимой женщины. И вместо того, чтобы радоваться, он сидит и пьет, оплакивая свою никчемную жизнь. Эжен был прав: Макс давно сделал свой выбор, только боится его последствий. Но пора перестать бояться. Он больше не тот мальчишка, которого Хайди превратила в свою любимую игрушку. Но и Хайди уже не та женщина, в которую его угораздило влюбиться. Оба изменились.

— Почему-то мне кажется, что ты сейчас сорвешься и уедешь, — усмехнулся Эжен.

— Пожалуй, да. Только сначала расскажу тебе главное. Хайди пытались убить. Какой-то ядовитый ай-тере. И она распустила совет, все его члены арестованы.

— Ого! — Голубые глаза Эжена стали прямо-таки огромными. — Впрочем, у нас тоже новости. Нэйт вернулся. На Джефри было очередное покушение, но они отделались легким испугом и возвращаются со свидетелем, Лалли поехала за ними, потому что от их автомобиля ничего не осталось, а для полета на драконе их слишком много.

— Ничего себе! Не зря Дея волновалась.

— Да. Кстати, когда в следующий раз заглянешь в гости, хотя бы поздоровайся. Мы с Ари скоро забудем, как ты выглядишь.

— Мне… было стыдно перед вами, — честно признался Макс. — Вы сделали все, чтобы избавить меня от влияния Хайди, а я снова с ней связался.

— И что? Ты все еще мой брат. Родители расстроятся, конечно, если ты не вернешься в Эвассон, но ты и не обязан жить у них под боком. Кстати, если собираешься к Хайди, я могу тебя подвезти. Не садись за руль после вина.

— Подвези, — решился Макс.

Интересно, сама Хайди осталась в больнице? Или поехала домой? Ну, сейчас и узнает. Во всяком случае, сможет провести время с Николь.

Вино отправилось прочь с глаз, Макс переоделся, и Эжен, как и обещал, подбросил его до особняка эо Лайт.

— Удачи, — пожелал Эжен. — И не пропадай, хорошо? Мы волнуемся.

— Обещаю, — ответил Макс. — И спасибо.

— Да не за что.

Макс выбрался из автомобиля, и Эжен поехал домой, а сам он направился к дому. Ему открыли почти сразу. К сожалению, не Хайди, а ее служанка.

— Госпожа только что вернулась и отдыхает, — сообщила она. — Просила ее не беспокоить.

— А Николь?

— Маленькая госпожа в игровой. Пройдете?

— Да.

Видимо, Хайди приказала впускать его в дом, потому что служанка тут же проводила Макса к дочери. Та действительно играла: усадила своих кукол и делала им уколы игрушечным шприцем.

— Макс! — заметила она гостя и радостно подбежала к нему. Айлер с легкостью подхватил девочку на руки. Его дочка! С ума сойти.

— Здравствуй, Николь, — сказал он, стараясь ничем не выдать всей бури эмоций, которая им владела. — Во что играешь?

— Лечу кукол, — бесхитростно поделилась она. — Ты ведь врач?

— Да.

— Расскажешь, как делать уколы?

И Макс рассказал. Потом о том, зачем нужны прививки. И чем отличается обычное лечение от того, которое применяет он. А ведь его дочь тоже может стать ай-тере. От одной этой мысли мороз пробежал по коже. Хотя… У Николь есть мать и отец, которые никогда не дадут ее в обиду. И есть Дея, она может урегулировать резерв даже без клятвы. Опять-таки, это лишь возможность, а не нечто обязательное.

— И почему мне не сообщили, что у нас гости? — раздался за спиной голос Хайди.

Макс обернулся. Его любимая женщина все еще выглядела слишком бледной, и его сила потянулась к ней, проверяя, все ли в порядке.

— Прекрати, — Хайди тут же нахмурилась. — Я тебя не приглашала.

— Мам, ты чего? — изумилась Николь. — Это же Макс. Вы поссорились? Миритесь поскорее.

— Мы не ссорились, Николь, — ответил Макс.

— Да. Просто воспитанные люди не приходят в гости, когда их не ждут.

— А друзья приходят. — Николь насупилась и недовольно поглядывала на мать. — Макс ведь наш друг?

— Друг.

— Ну, вот видишь!

Хайди молчала. Макс подошел к ней, чувствуя себя неловко. Кажется, днем он перегнул палку.

— Нам надо поговорить, — сказал он.

— Хорошо, идем.

— А я? — Николь тут же возмутилась.

— Тебя ждет ванна и черничный пирог, — улыбнулась Хайди. — Беги, не заставляй Грету ждать.

Видимо, Гретой звали новую гувернантку. Дочь тут же умчалась, а Хайди пошла прочь, и Макс последовал за ней. Они миновали гостиную и вошли в кабинет. Понятно, разговор будет тяжелым и официальным, но Макс был к этому готов. Сам виноват.

— Я тебя слушаю, — холодно проговорила Хайди, усаживаясь в кресло. Теперь их отделял друг от друга стол. Макс тоже присел. Он не умел плести разговоры, но сказать хотелось многое. Только с чего начать?

— Прости.

Хайди удивленно приподняла брови. Весь ее вид выражал недовольство и скептицизм.

— Я виноват, — продолжил Макс. — Твои слова выбили почву у меня из-под ног. Ты права, если бы я не покинул Тассет, а остался и разобрался в своих чувствах, все сложилось бы иначе. И Николь росла бы у меня на глазах и знала, что я ее отец.

— Надо же, до тебя все же дошло.

И лед из голоса никуда не делся. Айлер тяжело вздохнул.

— Я рад, что она есть, — сказал он. — И надеюсь, что ты не будешь против, если я… Если я стану ей полноценным отцом.

— Спасибо, ей хватает Джефри. Он считает Николь своей, пусть и знает правду. Они прекрасно ладят. А ты можешь возвращаться в Эвассон к любимой работе, семье, друзьям. Только поезжай сейчас, Макс, пока Николь к тебе не привыкла. Я не хочу, чтобы моя дочь грустила.

— Хайди, я… не уеду.

Теперь это решение казалось простым и ясным. Сомнений не осталось. Раз здесь его ребенок, то и сам Макс останется. И не из-за одной Николь.

— Отрадно слышать, — откликнулась Хайди. — Тогда заглядывай, когда будет время. Я не стану мешать вашему общению. Ты нравишься Николь, она будет рада видеть тебя чаще.