Шанс на прощение (СИ) - Валентеева Ольга - Страница 12

Макс понимал: Нэйтон узнает! И вполне способен открутить ему голову за самоуправство. И даже будет прав, потому что сам Максимилиан вряд ли стал бы рисковать жизнью родного человека. Хотя… Сама его профессия предполагала этот риск. А Дея сама способна выбирать, как ей поступить. А пока подруга ехала через полгорода, Макс заперся в лаборатории и проводил исследования. И то, что он видел, не укладывалось в голове: вирус оказался настолько живучим, что на него ничего не действовало. Макс пробовал разные способы, добавлял свою силу, но не работало! Добавлял температуру, убавлял — ничего. И только когда асситентка сообщила, что приехала Дея, Макс оставил бесплодные попытки.

Подруга ждала его в коридоре. Она выглядела взволнованной. Еще бы! Непростые выдались дни…

— Спасибо, что приехала, — сказал Макс. — Только прежде, чем мы пойдем к пациенту, выслушай.

И он увлек Дею в свой временный кабинет. Она встревоженно смотрела на него, но задавать вопросы не торопилась. Дея всегда была очень чуткой, и Макс ценил в ней это.

— Присаживайся, — пригласил он. — Не то чтобы разговор обещает быть долгим, но… В общем, никто не должен знать, по какой причине ты сегодня была здесь.

— Макс, откровенно говоря, твои слова немного пугают, — призналась Дея.

— Поверь, меня это все пугает не меньше. В Тассете вспышка новой болезни, Дея. Она поражает только ай-тере. За два-три дня человек сгорает, и никакие лекарства, даже сила его иль-тере, не способны помочь.

— Подожди… Как это возможно? Когда началось?

— Судя по документам, около месяца назад. Счет жертв пока идет на десятки, но что, если вскоре пойдет на сотни или даже тысячи? О самом вирусе пока неизвестно ничего определенного. Откуда он взялся? Как передается? Как вообще происходит заражение? Я приехал в Тассет по приглашению Джефри, потому что в Эвассоне другие методы работы. Морган надеялся, я найду лекарство. А на это нужно время, которого у нас нет. Сегодня привезли мужчину, он умирает, и я чувствую себя совершенно беспомощным. Твоя сила велика, возможно, у тебя получится ему помочь. Только ты ведь больше, чем иль-тере, Дея. Я боюсь, что для тебя тоже есть риск заразиться.

— И все же я не ай-тере, — тихо сказала подруга. — А вот ты — да, Макс. О чем думал Морган, приглашая тебя в Тассет?

— О том, что малые жертвы возможны для общего блага, наверное, — невесело усмехнулся Макс. — И я пока не буду у вас появляться. Все-таки Эжен ай-тере, и если я…

— Прекрати! — Взгляд Деи опасно сверкнул. — Идем, я постараюсь помочь.

Макс протянул ей защитную маску, и они прошли на территорию больницы. Сердце было не на месте. Не покидало ощущение, что он может совершить ошибку, допустив Дею к больному, однако если бы у него был выбор!

Супруга пациента сидела у его койки и сжимала безвольно повисшую руку. Мужчина был без сознания, болезнь развивалась стремительно, и Макс чувствовал, что времени осталось мало. Куда меньше двух-трех дней.

— Оставьте нас ненадолго, — попросил он заплаканную женщину, и та вышла.

Тогда Дея подошла к койке пациента. Она занесла руки над его телом и замерла. Макс чувствовал, как она тянется к его целительской силе, и делился резервом, насколько мог. Черноты медленно становилось меньше. Неужели получится?

И вдруг мужчина забился в судорогах. Дея отшатнулась, попыталась снова призвать силу, но она больше не действовала. Макс призвал свою, судороги прекратились, только чернота теперь окутывала тело ай-тере полностью. У них не получилось.

— Он умрет? — безжизненно спросила Дея.

— Я сделаю все, чтобы этого не случилось, — пообещал Макс. — Спасибо, что попыталась. Поезжай домой. И информация о болезни должна остаться между нами, Дея.

— Хорошо, Макс. Ты… уж постарайся.

И она тенью выскользнула из палаты, а Макс остался. Он продолжил процесс исцеления, подлатал дыры. Нет, он так просто не сдастся! Нужно пробовать любые методы.

А за окнами палаты серело, показывая: близится светлая Тассетская ночь. Что же, сон Максу точно не грозил. Надо собрать других врачей, обсудить, что можно сделать прямо сейчас, продолжить исследования. Он ведь не единственный целитель в Тассете.

Только время! У него банально не хватало времени. От злости на себя и бессилия все внутри кипело. Магия уходила слишком быстро, резерв раскалялся, и это не добавляло спокойствия. Что делать? От этого вопроса хотелось лезть на стену.

И все, что он мог: исцелять. Прописывать новые лекарства, смотреть на реакцию пациента, облегчить его боль, насколько это возможно. Одновременно исследовать анализ крови и чувствовать, как руки опускаются от бессилия. И когда за окном ярче разгорелся свет Инга и Форро, Макс проиграл. Мужчина был мертв.

Макс вышел из палаты, чувствуя, как подкашиваются ноги от бесконечной усталости. Ему навстречу поднялась вдова пациента, все поняла по его лицу и глухо разрыдалась. К ней подбежала медсестра, усадила, протянула стакан с успокоительными.

— Я сочувствую вашей утрате, — сказал Макс женщине и пошел прочь.

Ему стоило бы поехать домой, только надо найти автомобиль, а сил на поиски не осталось. Он не помнил, как дошел до кабинета в медицинском центре, устроился на небольшом диванчике и закрыл глаза. Не спал, просто завис где-то между сном и явью. В последний раз таким беспомощным Макс чувствовал себя в бытность ай-тере Хайди эо Лайт. Отвык… Отвык, что не все решает баланс сил ай-тере и иль-тере. И не каждую жизнь можно вырвать из объятий смерти.

Тихо скрипнула дверь. Макс не стал даже открывать глаза. Он подозревал, кто пожаловал к нему в этот час. Видимо, Хайди вернулась на работу и решила взглянуть, как он справляется.

Стук каблуков остановился рядом с диванчиком, чужие прохладные пальцы коснулись лба.

— Ничему-то тебя жизнь не учит, Макс Айлер, — прозвучал голос Хайди. — Знаешь, если бы Джефри поделился со мной своими планами пригласить тебя в гости, я бы отговорила его от этой безумной затеи. Только он не делился. Поставил перед фактом, как и всегда.

— Эта болезнь может распространиться дальше, Хайди, — ответил Макс, все так же не глядя на нее. — Надо найти лекарство, пока не стало слишком поздно.

— Ты ищи лекарство, а я, пожалуй, займусь источником, — проговорила госпожа эо Лайт. — Откуда-то ведь пошла эта зараза. И совпала с покушением на Джефри. Кому-то не нравится равновесие в Тассете, Макс.

— Точно не тебе? — Макс все же приподнял голову.

— Мне на него плевать, — усмехнулась Хайди. — Я больше не иль-тере. Моя дочь тоже не будет обладать силой, она родилась не в Великую ночь. Так какое мне дело до всех ай-тере мира?

— Ты жестока.

— А ты слишком мягок. Люди умирают, Макс. Это нормально. Закон природы, если пожелаешь. И ты ничего не сможешь с этим сделать. Мне казалось, целители должны быть более толстокожими.

— Почему?

— Ко всему привыкаешь. Даже к смерти. Это ведь не первый потерянный тобою пациент.

— Не первый. — Макс смотрел на Хайди снизу вверх. — Но тебе не понять. Разве чьи-то жизни хоть когда-нибудь имели для тебя значение, Хайди эо Лайт? Кроме твоей собственной.

— Нет, — заверила его собеседница. — Что же, за минувшие годы список подрос, теперь в нем целых четыре имени. Кстати, пока я шла сюда, мне доложили, что Джефри пришел в себя. Поэтому пойду, проведаю бывшего мужа. А ты отдыхай, прикажу тебя не беспокоить.

И Хайди вышла из кабинета, а Макс смотрел ей вслед и думал: почему четыре? Если он насчитал только три.

Глава 8

Джефри Морган

Открыв глаза, Джефри не сразу понял, где находится. Поначалу испугался: собственное тело не слушалось. Он едва мог поднять руку. Зато, когда разглядел подключенные к ней проводки, осознал, что попал в больницу. Но вот как?

Закрыл глаза, полежал немного, открыл снова. Кому бы задать интересующие вопросы? Покосился влево и разглядел одну из его ай-тере, дремавшую в кресле. Стоило сосредоточиться на ней, как девушка встрепенулась и бросилась к Моргану.