В моем счастье прошу винить амнезию (СИ) - Дэвлин Джейд - Страница 39

— Пэри небесные! — дошло до Эльмина. — Хочешь сказать…

— Лучше самим явиться с повинной как можно скорее, — кивнула я. — Тогда есть надежда, что мои родители не сразу открутят нам головы. Сначала выслушают!

Уже в машине, по дороге в загородный дом родителей, я вдруг заметила, что Ниджен странно притихла. Собственно, она перестала веселиться почти сразу, как я заявила о необходимости поставить в известность о свадьбе семью. А теперь и вовсе спряталась под мышкой у Эльмина и тихонечко там сопела, словно напуганный тушканчик.

Когда мы доехали до неприметного поселка в оазисе и прошли пост охраны — а в поселке в основном селились бывшие сотрудники правоохранительных органов, знающие толк в пропускной системе, — я воспользовалась моментом, подмигнула парням, отправив их шагать через небольшую карагачевую рощицу, мимо светлого арыка в сторону дома родителей. А сама отстала и подхватила Ниджен под руку, нарочно тормозя шаг:

— Чего ты боишься? — Сама не ожидала, что прозвучит так… нежно.

Ничего не могу поделать. Не знаю, кто из нас первой родилась, но я воспринимала близняшку как младшую. Всегда хотела кого-нибудь маленького в семье, меньше меня. Лучше сестренку! Все детство ныла родителям. Но они, как потом выяснилось, вообще детей иметь не могли, может потому я и стала для отставного генерала юстиции и его жены, следователя особого отдела, светом в окошке.

— Боюсь, — согласно выдохнула Ниджен и сама прижалась ко мне, как озябший воробушек. — Ты не понимаешь, конечно… и это правильно — они твои мама и папа. А мои… то есть наши… Я их даже не помню. Только фотографии, которые тетя Дариман от меня прятала.

— Понимаю, — я кивнула, — но и ты пойми. В жизни не была жадиной. А мои родители никогда не откажутся иметь еще одну дочь! Не трясись, все будет хорошо. Вот увидишь!

Сказала я это уверенно. Хотя сама нервничала. Нет, в том, что Ниджен у нас в семье примут как родную, у меня сомнений не было! Но… тайны прошлого бередили душу. И родители наверняка разнервничаются, и вообще. Волнительно, в общем. Свадьба еще эта — признаваться придется!

Родительский дом прятался в тени одного особенно гигантского карагача со множеством стволов. Помню, прохожие повадились называть его святым и повязывать на нижние ветки разноцветные ленточки. В детстве меня это очень веселило, я даже спрашивала папу: а точно в нашем дереве поселилась пэри?

Папа усмехался в густые усы и говорил: кто знает, дочка, кто знает… Я радовалась и бежала загадывать карагачу желание. И чаще всего почему-то просила сестренку. Мне казалось, что она обязательно должна у меня быть!

Обоих мужчин я оставила в саду оказывать моральную поддержку Ниджен, а сама пошла в дом, чтобы хоть как-то подготовить родителей к невероятным новостям.

— Надо же, не иначе где-то песчаный ифрит вылупился, если наша доченька вспомнила о родителях и явилась в гости в будний день! — с улыбкой поприветствовал меня папа, отрываясь от шахматной партии, которую он разыгрывал через сеть со своим другом, бывшим министром юстиции.

— Что ты несешь, Шахрар, радоваться надо, что дочь приехала! — Мама выглянула из кухни.

Выйдя на пенсию, она стала проводить там целые часы. Готовить ей всегда нравилось, просто раньше мешало отсутствие времени. В этом Ниджен на нее больше похожа, чем я! Смешно…

— Дочка, что случилось? Шахрар, ты ослеп, не видишь, какое у нее лицо⁈ Точно что-то произошло!

— Мам, пап… — я остановилась посреди гостинной и растерянно пожала плечами, — у меня и правда новости…

— Так, девочки, — папа, как всегда, взял ситуацию под контроль, — идите ко мне под крылышко. — Он похлопал по дивану рядом с собой, и мы послушно устроились по обе стороны от нашего самого главного и сильного мужчины. А он сразу обнял нас обеих, словно укрывая от всего света. — Теперь рассказывай, дочка. Хатиин, перестань нервничать, я чувствую, что новости у девочки серьезные, но приятные.

Глава 46

Глава 46

Дженин:

— Да-а, вот это история. — Папа озадаченно почесал в затылке, глядя на внезапно расплакавшуюся маму и на меня. — Хатиин, да прекрати ты сырость разводить! Радоваться надо! Ты же всегда хотела еще одну дочку!

— Так я от радости, — шмыгнула носом мама. Суровая, собранная и грозная на работе, дома она всегда была на удивление мягкой, нежной, а иногда даже излишне сентиментальной. Мы с папой особенно сильно любили ее именно за это. — Дженин, если бы я знала, что ты дочь семьи Янзита…

— То что? — не поняла я.

— Отобрала бы вторую девочку! — мгновенно выпрямилась мама, показав из-под мягонькой домашней «шерстки» железную броню крутого следователя. — Нашла бы способ!

— Угу, — усмехнулся папа, — а я бы потом отстреливался от представителей закона и драпал верхом на верблюде в дальний оазис через смертельную пустыню, таща вас четверых на закорках!

— Ты смог бы, — улыбнулась мама. — Кстати, я же тогда тоже интересовалась этим делом, когда забрала тебя из дома ребенка. Тебя нашли в доме той сумасшедшей, устроившей аварию, в которой погиб Аршан Янзита.

— Где⁈ — поразилась я. — Ничего себе! Вот это поворот…

— Сделали генетический тест, выяснили, что она не является твоей биологической матерью, и тебя отдали… ну можно сказать, что сразу мне в руки. — Мама немного смутилась. — Но все документы мы оформили как полагается, через дом ребенка, где ты провела все время, пока шло следствие. Просто ты была такая маленькая, такая миленькая… а мы так хотели дочь! Я сразу поняла, что ты моя девочка, как только тебя в первый раз увидела! — И мама снова пустила слезу, качнувшись, чтобы поцеловать меня в лоб.

— Это дело прошлого, — хмыкнул папа, обнимая ее за плечи. — Давайте вернемся в настоящее. К ифриту не ходи, это не все новости. И где гости? В саду оставила ждать? Зови! Считай, что ты нас ко всему подготовила!

— Ну, не ко всему еще… — Я поежилась и скороговоркой выпалила: — Пап-мам, я замуж вышла! И… и не только я!

Выпалила, подскочила и сбежала. В сад. За подкреплением! Пусть уши накручивают всем четверым, тогда каждому меньше достанется!

Когда мы с сестрой вернулись в дом, сопровождаемые своими мужьями, родители все так же сидели на диване и лица у них были… ну, почти спокойные. Я сразу воспрянула духом и подхватила под руку Санджея, а Ниджен, по-прежнему трясясь и отчаянно пытаясь не разреветься, взяла и спряталась за Эльмина.

Папа молча обозревал эту картину, усмехаясь в усы, мама, пару раз моргнув, внимательно вгляделась в Санджея, посмотрела на моего напарника… а потом вдруг подхватилась с дивана, одним движением снесла Эльмина с дороги и схватила Ниджен в объятия!

— Девочка моя! Какая ты красивая! Какая взрослая! Солнышко! — и без всяких сомнений принялась расцеловывать парализованную таким приемом сестру в обе щеки. — Шахрар, иди сюда скорее, обними дочь!

— Главное, не задуши девочку с разбегу, — ласково и насмешливо прогудел отец, тоже вставая. — Отпусти ребенка, ты ее пугаешь.

Но он ошибался: испуг у Ниджен как-то внезапно и очень быстро прошел. Она только первые несколько секунд стояла столбом, ошарашенно глядя в пустоту над маминым плечом. А потом взяла и заревела, уткнувшись в это самое плечо. Обняла родительницу в ответ и прямо в голос зарыдала в него!

— Мама…

Естественно, ее тут же обняли еще крепче, и одной рыдающей женщиной в комнате стало больше. Да я сама сердито насупилась и быстро-быстро вытерла намокшие глаза о рубашку Санджея, пока никто не заметил. Фу, рассиропилась, тоже мне — капитан полиции! Натуральная мелодрама посреди гостиной, хоть беги!

К счастью, у меня есть папа, который прекрасно умеет разруливать такие ситуации. Пяти минут не прошло, как он успокоил обеих плакальщиц, усадил маму обратно на диван, обнял и поцеловал Ниджен:

— Добро пожаловать домой, дочка. Давай-ка, садись рядом. Дженин, ты тоже иди сюда. А вы, дорогие зятья, погодите. Вам еще ответ держать, а мне решать — отдавать ли своих девочек! Одного оболтуса я как облупленного знаю, а второму неплохо бы представиться!