В моем счастье прошу винить амнезию (СИ) - Дэвлин Джейд - Страница 36

— Знаешь, братец… — Такого голоса у своего будущего мужа я еще не слышала. Сама удивился огненному бешенству, которого никак не ожидаешь от обычно спокойного и выдержанного человека. — Я долго закрывал глаза на то, что ты без конца лезешь в дела, которые тебя не касаются, более того — портишь и уничтожаешь все, до чего дотронешься. Твои бесконечные банкротства, сомнительные знакомые… Да, мама! — Это он отреагировал на свекровушку, совсем уж мертвенно побледневшую и открывающую рот в немом ужасе. Еще бы, до этой минуты ни один из почтительных сыновей не разговаривал с ней в подобном тоне! — Твое воспитание дало неприятные плоды с моими младшими братом и сестрой! И с этим я еще разберусь!

— Сынок! — ахнула мадам Зинин и начала крениться набок, явно собираясь отбыть в спасительный обморок.

Что у нее за привычка в любой ситуации притворяться умирающей? Но, поскольку никто не кинулся ее поддерживать, свекровь быстро выровнялась и приготовилась стартануть с насеста, чтобы изобразить жертвенную курицу между сцепившимися сыновьями.

Мне пришлось еще сильнее вцепиться в мужа, удерживая его на месте — только драки не хватало! Без всяких сомнений, Санджей размажет брата по стеночке, и хорошо, если не убьет. А мне что тогда делать? Арестовывать собственного будущего супруга? Хорошо, магия пока в ход не пошла!

Поэтому успокаиваем, гладим и дышим. И лихорадочно решаем, что же делать дальше. Неужели тот час, которого я откровенно побаивалась, настал? Придется принять ответственность за наследство? Сейчас узнаем, действительно ли мы с Ниджен сестры-близнецы с одинаковой ДНК.

А если нет? Что я стану делать? Предъявлю удостоверение? «Всем успокоиться, ведется расследование!» Спугну преступника…

Ладно, прорвемся! В первый раз, что ли?

— Дорогой, — не отпуская пояса Санджея, я встала и поцеловала мужчину в щеку, — не надо так сердиться. Я согласна, что твой брат несколько бесцеремонно вторгся на чужую территорию. Думаю, ты сумеешь объяснить Ранджару неуместность таких действий. Но не сию минуту, согласен? Сейчас я просто решу этот вопрос одним прикосновением, как и хотела моя дорогая свекровь. Господин Фахатай, давайте ваш артефакт, я забыла, куда надо приложить палец? Простите, я такая несобранная… всю жизнь привыкла полагаться на других, ведь обо мне так хорошо заботились, особенно родственники мужа… — и улыбнулась. Так мило, нежно и ласково, что Ранджар, а заодно и господин поверенный попятились.

Правильно, бойтесь меня. А нечего было выводить капитана полиции Дженин Альгита в боевой режим.

Ладно, блефовать — так с музыкой! Тем более я почти уверена в победе!

Глава 42

Глава 42

Ниджен:

— И что показал артефакт? — Пусть я и была почти уверена в ответе, но у меня все равно тряслись руки, когда ставила на стол блюдо с бараниной в чесночном соусе.

Наверное, все прошло хорошо, ведь наши мужчины, хотя и выглядели усталыми, не рвались никого убивать. А Дженин светилась мрачным юмором, будто сделала кому-то заслуженную гадость и очень этим гордилась. Я даже догадывалась кому и искренне жалела, что не откусила излишне шустрому деверю руку возле лавки специй. Поверенного он в дом привел! А кто его просил⁈ Наследство дяди — это мое дело, моего мужа и моей сестры! Но никак не Ранджара!

И все же червячок сомнения шевелился где-то внутри. Вдруг я зря напридумывала себе, что теперь у меня есть семья? Вдруг?

— Ну а что он мог показать? — хмыкнула Дженин и во все глаза уставилась на большое блюдо, расписанное гранатами и занятое сейчас бараниной. — Откуда такая шикарная тарелка?

— Из твоего шкафа, — вздохнула я. — Из посудного.

— У меня есть посудный шкаф⁈

— Представляешь, какой сюрприз, — насмешливо фыркнул Эльмин.

До этого он помалкивал, блаженно жмурясь и увлеченно налегая на дымляму.

Я разлила всем свежевыжатого гранатового сока и принялась нарезать баранину. А сама выжидающе поглядывала на всех по очереди. Мне нужно было услышать подтверждение! Прямое, чтобы словами так и сказали…

— Мы с тобой не просто родные, мы однояйцевые близнецы. И ДНК у нас идентична, — произнесла наконец Дженин. — Так что…

Ничего больше добавить она не успела. Я бросила нож, взвизгнула и кинулась ее обнимать. Сама от себя такого не ожидала!

— Ну ладно, ну чего ты… — смутилась сестра, обнимая меня в ответ. — Реветь-то зачем? — ворчала она, украдкой вытирая слезы о мое плечо.

Мужчины смотрели на это представление с усталым сытым удовлетворением — мясо они под шумок сами порезали и съели. А потом Эльмин, несмотря на благостный настрой, все равно слишком уж опасно-хищным тоном выдал:

— Ваш Ранджар теперь наш главный подозреваемый в деле о покушениях. Улик, правда, против него нет. Но это временно. Я к нему слежку прикрепил — все выясним! И что он задумал, и кто исполнитель, и как он связан с Гюльджан.

Мысленно я возмутилась. При чем тут вообще моя подруга⁈ Единственная до недавнего времени? Гюльджан совершенно точно не желает мне зла! В этом я уверена!

Но перебивать любимого именно сейчас было очень не к месту, и я только вздохнула. Успею еще заступиться.

— Да уж, хотелось бы знать, они только любовники или еще и сообщники по контрабандным делишкам, — процедила Дженин, как только дожевала баранину.

О том, что у Гюльджан отношения с моим бывшим деверем, слышать было неприятно, но и возразить нечего.

— Что поделать, — тяжело вздохнула я. — Она молодая красивая девушка без постоянного мужчины. Могла и соблазниться. Ранджар умеет пустить пыль в глаза. Козел такой! Заморочил бедняжке голову! И жене рога наставил! Это так непорядочно!

— Да уж, нашел с кем изменять. — Дженин сыто прижмурилась, но тут же снова открыла глаза, с тоской и жадностью глядя на ореховую пахлаву. Потом посмотрела на меня и торопливо поправилась: — Ладно-ладно, твоя подруга достаточно хороша для измены! — Схватила-таки с пододвинутого блюда сладкий рассыпчатый кусочек и сменила тему: — Кстати, я же сегодня перерыла сервера с архивами всех отделов дорожной полиции и нашла отчеты об обеих авариях. И когда родители выжили, и когда отец погиб. Если не вчитываться, то вроде бы все банально.

Пожав плечами, она отхлебнула горячего чаю, а мне вдруг сделалось зябко. Я понимала, что для Дженин наши родители — чужие люди, строчки текста в старых отчетах. У нее есть свои, живые… мне не в чем упрекнуть сестру. Зато можно выдохнуть и пересесть, забравшись на руки Эльмину.

Мой любимый сразу обнял, согревая, и, думая, что я не вижу, выразительно покрутил пальцем у виска в сторону Дженин.

— Моя напарница отличается умом и сообразительностью, — процедил он. — А также деликатностью падающего топора! Имей в виду, — предупредил он Санджея.

— Меня все устраивает, — улыбнувшись, тот сам перетащил к себе на колени смутившуюся сестру и поцеловал ее в плечо, — и другая не нужна.

— Все в порядке. — Согревшись, я улыбнулась Дженин. — Продолжай, мне интересно!

— В первый раз машина родителей столкнулась с другой, выскочившей неизвестно откуда и сразу умчавшейся прочь, — тут же продолжила сестра, увлеченно сверкая глазами. — Струсили, наверное. Номера никто не запомнил, только то, что водитель был один и вроде бы женщина.

— А камеры? — тут же влез Эльмин.

— Камер поблизости не было. Вообще чудо, что этот отчет сохранился, потому что ничего не известно, жертв нет. Может, потому, что пригород, там полицейским скучно, — пожала плечами Дженин. — Зато во второй раз виновница сбежать не пыталась, сопротивления не оказывала, приговор не оспаривала.

— Тоже женщина? — даже не пытаясь скрыть полицейскую паранойю, уточнил Эльмин.

— Да. Через год она умерла в тюрьме, но ее родители еще живы. Приличная семья из высшего общества. — Дженин скривилась, как будто лимон съела. — Надо бы съездить к ним, пообщаться. Может, что-то интересное выясним.

На этом деловые разговоры и закончились. Все, не сговариваясь, перешли на легкую болтовню и заодно обсудили ближайшие планы. Я похвасталась, что отправила первые тесты для поступления на факультет криминалистики. Поскольку у меня за плечами «приличное» для девушки из хорошей семьи образование, то первые полтора курса общей направленности я могу пропустить, и если поступлю — сразу после зимней сессии на второй курс. Именно тогда начинается специализация.