Попаданка в мир мужчин. Легенда о Единой (СИ) - Гуда Хелен - Страница 29

— Ваше Величество, вы..., — я хочу возразить и сказать, что он меня не правильно понял, но король меня перебивает.

— Шаарша, зови меня Шаарша, — мужчина трется носом о мою скулу и, выпустив змеиный язык, проводит им за ушком. Описать словами как я испугалась? Ну так вот словами этот ужас я описать не смогу. И, видимо, король правильно понял мои расширившиеся от страха глаза, осторожно  отстранился и усадил на кресло, а сам присел передо мной на корточки и заглядывает преданно в глаза. — Я испугал тебя, да?

— Не то слово, — я осторожно пытаюсь освободить свои руки из захвата короля змей, и он переводит растерянный взгляд с моего лица на кисти рук.

— Я что-то не так понял? — до змея постепенно доходит информация и на лице такое разочарование, что мне даже стало неловко за свой отказ, но я беру себя в руки. Нельзя идти на поводу у своих чувств, Шаарша может запросто ими  манипулировать.

— Ваше Величество, вы действительно меня не так поняли. Я не хотел подавать ложных надежд, — я запнулась. Опыта отказывать мужчинам у меня не было, и я пыталась подобрать слова, чтобы не задеть такое чувствительно  мужское эго.

— Но ты хотя бы подумаешь над моими словами? — снова на лице змея искусителя написана надежда и я, сдавшись, кивнула. Знаю, я не правильно делаю, что соглашаюсь подумать, тем самым давая надежду, которая, не оправдавшись, может вылиться в агрессию в мою сторону, но сейчас я не в силах ответить «нет».

Король так и стоит на коленях передо мной, а я не знаю, куда деть глаза и руки, которые только что освободила  из его загребущих лап.

— Что у тебя было с Эдуардом?? — совершенно не ожидала этого вопроса, это что за выяснение отношений? Ревнует или прощупывает почву? В том плане, буду ли я стучать на короля оборотней.

— Ничего, — мямлю от растерянности.

— Ты вчера плакал из-за него? — Шаарша не меняет позы, не отводит глаз. Я готова сама перелезть через спинку стула, только бы он был подальше от меня.

—   Я же сказал, соскучился по родным, — я вжалась в спинку стула.

— А раньше ты говорил, что у тебя нет родных, — я судорожно вспоминаю, кому я что говорила, и понимаю, что ему-то я как раз об этом ни слова не сказала. А кому? Королю? Моргу? Гарри? И кто из них шпион Шаарши? Явно не король Эдуард. Логичнее предположить, что Гарри. Молодого мальчишку перекупил новый хозяин, повелся на дорогие подарки. Гарри точно не по карману приобрести дорогие часы после недели служения в замке.

— Я хотел бы вернуть, — я вынимаю часы из кармана и протягиваю их змею, держа за цепочку. — У меня нет родственников в этом мире, но это не означает, что мне не по ком тосковать, нет родных мне существ, — ответ был максимально правдив, а голос холоден. Заметив изменившееся настроение, король молча сел на своё место, но часы у меня не взял, а я так и держала их в протянутой руке.

— Часы забери. Думаешь, я хотел купить тебя? Ошибаешься, — мужчина оскалился в какой-то хищной улыбке. — Стоит мне приказать, как мои люди скрутят тебя, и я сделаю все, что снится мне в эротических снах. Да мне даже не нужно сюда никого звать, я и сам справлюсь, и ты не посмеешь обвинить меня в насилии. А если обвинишь, то только усугубишь свою ситуацию. Первое: тебе никто не поверит; в моем распоряжении дюжина на всех готовых мальчишек и милее, и краше тебя, и, думаю, опытнее уж точно. Второе: ни один король, даже влюбленный в тебя, не станет развязывать войну из-за одного подданного, о связи с которым даже не решается объявить, — Шаарша смотрел, не мигая.

Слова мужчины больно хлестали меня по щекам, как пощечины.

Он опустил меня с небес на землю, попутно унизив и указав на мою никчемность. Слёзы стояли в глазах от обиды, но я держалась из последних сил. Шаарша медленно встал с кресла и подошёл ко мне в упор. Мое лицо на уровне его паха и его не смущает это, он специально стоит так близко.

— Расстегни. Проверим, настолько ли ты неопытен, как хочешь показать, — мужчина решил унизить и добить меня до конца.

Да, он не двусмысленно указывает взглядом на свои брюки и выпирающий бугор в штанах. Он возбудился еще тогда, когда прижимал меня к себе. Вот мне и расплата за поданные надежды. Мгновенная карма, как говорится. Я протягиваю руки к его достоинству, а в глазах ярость, злость, ненависть.

— А не боитесь, что откушу? — я показательно клацаю зубами и скалюсь. Реакция мужчины меня поразила и обезоружила. Он громко и утробно рассмеялся. Вот только мне было несмешно. Снова опускается на колени, обнимает мои ноги, кладёт голову на мои бедра и прижимается ко мне щекой.

— Боюсь. Каждый раз, когда ты приходишь ко мне, я на волосок оттого, чтобы не изнасиловать тебя. Но ни я, ни змей не сделает ничего, что причинило бы тебе боль. И сейчас этими словами я сделал больнее себе, чем тебе, — мужчина замирает, я опускаю руки ему на голову и глажу его как ребёнка по шелковистым волосам. — Змей признал в тебе пару. Вот такая превратность судьбы. Почему же ты не девушка?

— И что это изменило бы? — я замираю и стараюсь, чтобы подрагивающие пальцы меня не выдавали.

— Все. Я бы объявил тебя своей королевой, своей парой, — король горестно вздыхает и поднимает голову, заглядывая мне в глаза. -  Хочешь, я буду сопровождать тебя в суде? Тебе страшно? — Шаарша так тонко чувствовал мои эмоции, что мне стало страшно. А еще страшно оттого, что он может узнать, что я девушка. Нет, я не боюсь, что он меня изнасилует или сделает больно, но он заберет меня в свое королевство, и буду жить я без права голоса, сама себе не принадлежать. А когда этот ветреный мужчина наиграется мной, поймет, что наследника я ему дать не смогу, выбросит на улицу за ненадобностью. Нет, это слишком больно, я так не хочу.

А еще меня пугали перепады настроения: от угроз до признаний в любви. Я не уверена, что если я признаюсь, что девушка, эти скачки настроения не прекратятся. А быть несчастной женой абьюзера, хоть и королевой при этом, в мире, где у женщины нет никаких прав - то еще удовольствие.

Он будто был в разладе с самим собой и искал во мне утешения, но я не могла дать ему того, чего он искал.

— Хочу, — я одним словом дала ему надежду и выразила своё отношение к этому странному и противоречивому мужчине. Сама не понимаю себя. Голова решает одно, а сердце тянется к мужчине и говорит другое.

Он сгрёб меня в охапку и усадил к себе на колени. При этом я чувствовала себя довольно неловко, в бедро мне упиралась внушительного размера мужская гордость.

— Боги, а как же я хочу, — и Шаарша сейчас говорил далеко не о суде. Я перестала ерзать, от его укачиваний мое тело расслабилось, а голова опустилась на плечо короля, я задремала. А мужчина убаюкивал меня, как ребёнка.

Проснулась я от лёгких поглаживаний по спине, от которых мурашки разбегались по всему телу. Это было очень приятно и будоражило воображение. Но, опомнившись, кто меня безбожно лапает, я велела мурашкам никуда не разбегаться и не наводить смуту в расстроенную нервную систему.

— Стас, нам пора, — Шаарша так и держал меня на руках. Вот ведь странный какой. Он сперва напугал, потом укачал как ребёнка и держал это все время на руках. Я его не понимала совершенно, но отогнала от себя эти размышления. Не время сейчас анализом ситуации заниматься; потом, все потом. Сейчас надо сосредоточиться на суде и держать себя в руках.

Открываю глаза и встречаюсь взглядом с глазами змея, именно змеиным взглядом, а не человеческим. Испуганно соскочила с колен мужчины, сна как не бывало.

— Ты все ещё боишься моего змея? — было видно, что королю не понравилась моя реакция, она его обижала и задевала. — Зря, он без ума от тебя и твоего запаха, никогда не обидит тебя, — Шаарша снова повторил сказанные ранее мне слова.

— Я не хочу обижать твою вторую ипостась, но змей с детства боюсь, — так себе извинение, но хоть какое-то объяснение моей реакции, а еще попробовала понюхать себя незаметно. Может, что-то с запахом все же не то, утром же мылась. Мои манипуляции заметил король и улыбнулся краешками губ, от чего я смутилась еще больше.