Попаданка в мир мужчин. Легенда о Единой (СИ) - Гуда Хелен - Страница 12

— Вы не похожи на короля, — как-то задумчиво произносит мальчишка, а потом вдруг смутился от своих слов и покраснел. Меня позабавило его смущение.

— А ты много королей то видел? — я спрашиваю немного снисходительным тоном  и тоже принимаюсь за еду.

— Вживую ни одного, — отвечает парень, тщательно пережевывая угощение.

— А не вживую? — меня удивил его уточняющий ответ. Мой же вопрос поставил паренька в тупик, и он замешкался.

— Я много читал на картинах и гравюрах, — замямлил Стас и даже есть перестал.

— А говорил,  не умеешь читать, — попытался подловить паренька.

— Я сказал, что раньше умел, а сейчас не знаю, — если парень и врет, то хорошо запоминает своё враньё. Ладно, в замке посмотрим, что он умеет, а что нет.

Дальше мы ехали в полной тишине. Он даже ел, не издавая ни звука.

Когда с бутербродами было покончено, я предложил вина, но Стас отказался и выпил воды из своей фляги. А я с удовольствием потягивал виноградный напиток. Любил мягкое вино значительно больше, чем крепкие, так сказать, «мужские» напитки. А то, что парень от вина отказался, меня почему-то порадовало. Непадкий на хмельные напитки - хорошее качество для преданного слуги. Паренёк так и сидел, замотавшись в одеяло, и не проявлял интереса ни к чему.

— А долго до столицы? — наконец-то подал голос Стас.

Мне же почему-то хотелось поговорить.

— Сегодня прибудем, но поздно вечером. Так что увидеть город не получится, — я снова принялся рассматривать своего попутчика. Руки маленькие и нежные, явно не привык к физической работе и точно не военный. Хоть осанка и не плохая, но до военной выправки ему далеко.

— А разве вас не будут встречать с почестями?? — дивился мальчишка.

— Я не афишировал своё путешествие. Скажем так, тайком проехался по своим землям, проинспектировал, — усмехнулся своим словам.

— Король  прячется? Необычно, — паренёк был остер на язычок.

— О-о-о, на короле больше обязанностей, чем ты думаешь. И порой хочется побыть наедине с самим собой или верными друзьями, — все же в моих словах проскользнула горечь.

— А у королей  бывают друзья?? — аренёк понял суть горечи в моих словах.

— Может быть, у какого-то другого короля и бывают, но лично у меня нет, — на долю секунды я поймал сочувствие во взгляде мальчишки и разозлился.

Что это вдруг я жалуюсь на свою жизнь первому встречному, да ещё и слуге. Уловив мое изменившееся настроение, парень замолчал и не стал продолжать разговор. Отодвинул занавеску на окне кареты и тихонечко смотрел по сторонам.

Дождь возобновился и превратился в навязчивую монотонную морось, которая вводила в депрессию, а ещё довольно сильно затрудняла наше путешествие. Мы снова начали движение, и карета медленно ползла по ухабистой дороге, а я же сделал отметку в голове, что надо вызвать дорожного инспектора и поинтересоваться, куда он смотрит. Дороги в ужасном состоянии. Постоялые дворы не на всех важных транспортных развязках, а те, что есть, не всегда в должном состоянии. Ещё разбойников для полноты картины не хватает. Как раз мы покинули часть королевского леса и въехали в вольные леса.

И только я об этом подумал, как карета резко остановилась, и раздался оглушающий вой и свист. Парнишка при резкой остановке слетел с сиденья и теперь, сидя на полу, потирал ушибленные места.

— Сиди здесь и не высовывайся ни при каких обстоятельствах, — снаружи раздавался шум боя, и я, открыв дверцу кареты и оценив обстановку,  ринулся вперёд. Разглядеть точное количество нападавших я не смог, но их было явно больше десяти. Ко мне подскочил здоровяк и попытался приложить дубиной, посчитав лёгкой добычей из-за раны на лице. Я отбросил его, словно пушинку, и ринулся помогать кучеру, который был довольно пожилой старик и явно проигрывал в сноровке и силе нападавшему крепкому мужчине. Схватив за ворот куртки, я, как котёнка, отбросил нападавшего. Непонятно, по какой причине, но разбойники рвались к карете, будто знали, что там кто-то ещё есть. Меня обступили трое и оттеснили от лошадей и кареты, и я упустил момент, когда мой слуга ослушался приказа. Я лишь увидел его дерущимся с одним из разбойников. У него в руке была небольшая дубинка, которой он метко прикладывал нападавшего. Странно, раньше я у него никакого оружия не заметил. Разметав бандитов, я прорвался к мальчишке и в один удар отбросил от него его противника.

— Я где тебе велел быть?? — абросился я на мальчишку.

— Так там же разбойники были, они проникли в карету и выволокли меня, что мне было делать?? — пешил от моего наскока паренёк.

— То есть ты не геройствуешь тут?? — сомнением я посмотрел на него.

— Нет, я не воин, драться совершенно не умею, — чистосердечно признался Стас, немного смутившись при этих словах.

Я несколько удивился его словам. Как мне показалось, он довольно сноровисто отбивался от нападавших на него разбойников.

— Ладно, идем, поможем остальным, — я не успел повернуться и посмотреть, каким образом обстоят дела у остальных, как слуга закричал и взмахнул рукой, указывая на карету.

— Смотрите! Разбойники угоняют лошадей, — и действительно, бандиты, спешив всех конных сопровождающих и отцепив коней от кареты, угоняли их в лес. Мгновение, и я обернулся в пантеру, окинул взглядом окружающих, отметив ошалело испуганные глаза слуги, и рванул за угоняющими животных разбойниками.

Моя гонка продлилась недолго. В какой-то момент бандиты, оседлавшие лошадей, кинулись врассыпную, и я на мгновение растерялся. Выхватив одну цель для преследования, я рванул следом. Один прыжок и наездник валяется на земле. Подлетаю к нему и хочу учинить допрос по всей форме, но то ли мой толчок был слишком сильный, то ли от разбойника отвернулась в этот день удача, но он лежал в неестественной позе. Я обернулся человеком и склонился над ним, быстро осматривая. Невезучий бандит свернул себе шею при падении. Теперь он ответит на вопросы только прародителям.

Разочарованно взяв под уздцы лошадку, которая мирно паслась рядом, будто и не было только что гонки, я направился к карете.

Паренька нашёл сидящим на облучке рядом с кучером. При моем приближении они оба спрыгнули на землю, подошли ко мне. К нам присоединился мой верный секретарь, даже он успел поучаствовать в сражении и был изрядно потрепан.

— Сир, что же делать? Одна лошадь не сможет везти карету, — растерянно причитал секретарь, с которого придворная напыщенность слетела во время нападения.

— Я один отправлюсь в столицу и пришлю за вами подмогу. Сомневаюсь, что разбойники вернутся, — стараюсь успокоить Берна.

— Как же вы один отправитесь?? — екретарь ещё больше растерялся от моих слов.

— Лошадь одна, так что выбор невелик, — я ободряюще похлопал его по плечу.

— Ну возьмите хотя бы кого-то из свиты, — Берн осматривает ищущим взглядом моих сопровождающих, и его взгляд останавливается на Стасе.         - Вот хотя бы его. Он весит как ребёнок, и лошадь вас вдвоём выдержит, — я удивленно посмотрел на секретаря.

— Чего ты боишься, Берн?? — не понимал, зачем мне обуза в виде слуги, пусть даже и весом не больше ребёнка.

— Сир, одному опасно путешествовать. Поверьте своему старому слуге, — секретарь был настойчив, и я уступил его уговорам, только чтобы он оставил меня в покое.

Я забрал из своих вещей большой плащ и сменил одежду на сухую. Мальчишка лишь зябко поежился. За время схватки он вымок полностью, и теперь широкая одежда прилипала к его худому телу, вовсе создавая иллюзию подростка. Как он ещё дожил до своего возраста и его нигде не прихлопнули? Где он такой изнеженный рос? Я покачал головой и велел Берну найти мальчишке сухие вещи. Он справился быстро и даже какую-то курточку ему нашёл. Молодец, так как он явно не в моих вещах это отыскал, а в своих. Мои-то на пареньке можно было обернуть в три раза. Слуга скрылся в карете и быстро переоделся, и уже спустя полчаса мы направлялись в сторону столицы. Слугу я посадил сперва позади себя, но это было как-то неудобно, и спустя пару часов пути я пересадил его вперёд. Ночь вошла в свои права, и по моим подсчетам мы должны оказаться в столице к утру. Как раз городские ворота откроют для путешественников. И не придётся привлекать ненужное внимание к моей персоне. Стражники-то молчать не будут, и разнесется слух по столице, что ночью прибыл мокрый и раненый король. Смуты мне только и не хватало, а она будет, если слухи дойдут до недоброжелателей.