Всадник Ветра (СИ) - Мадоши Варвара - Страница 39

Тварюшка сверху походила на раскрытый тропический цветок с красными лепестками — даже красиво. На самом деле, как я помнил из описаний, она больше напоминала комара, только с крысу размером. Как комары Кровожады и питались: нападали на людей и сосали кровь, оттого и заработали такое название. Атаку одной-двух, даже трех этих тварей здоровый взрослый человек вполне мог пережить. Но кровожады летали большими стаями в несколько сотен особей и могли за считанные секунды высосать человека досуха. Кроме того, у этих «комариков», вопреки ассоциации с насекомыми, имелась анатомическая возможность жрать любую органику, лишь бы мягкую. И они были живородящими, причем размножались очень быстро! К размножению была способна не только «матка» — на самом деле матка была скорее авианосцем, чем прародителем улья — а каждая особь, если наестся чем-нибудь органическим.

Но даже не это делало их столь неприятными. Кровожады принадлежали к разряду ульевых монстров — тип Тварей, который Орденская классификация считала самыми опасными. Древние маги, авторы Проклятья, похоже, были солидарны с современными исследователями, потому что при нападении ульевого монстра из ближайшего Убежища автоматически выдергивался большой отряд детей-волшебников.

Ульевых монстров не стоит путать с роевыми или стайными. Те просто нападают все вместе, как мошка. Тоже приятного мало, но еще полбеды. А вот ульевые умеют общаться между собой на расстоянии, координировать атаки и вообще обладают некой разновидностью разума. К счастью для человечества, весьма примитивного. Если мы когда-нибудь столкнемся с по-настоящему разумным ульевым монстром, может статься, тут-то он планету и захватит.

Пока я обо всем этом думал, мальчик и девочка в красном затеяли спор. Мальчик утверждал, что он надежно все пожег, и теперь никто не выползет, а если и выползет, то никакой органики на камнях не найдет и загнется. Девочка же настаивала, что нужно стеречь и что если мальчик такой безалаберный, то пусть летит назад, но она ему, мол, больше руки не подаст.

На спор подтянулись остальные дети-волшебники из отряда.

— Нужно не стеречь, а жечь, — пресек этот спор мальчик, одетый в формальный костюм-тройку, даже с платочком в кармане. — Чтобы дотла сгорела. Окружаем ее кольцом, все огневики жгут по периметру, мы, воздушники, их прикроем, водники пусть следят — если Кровожады начнут разбегаться, их нужно приморозить. Отдельно следите, чтобы в землю никто не зарылся, они там могут Защитников Улья вывести. И еще. Когда Морошка в нее файерболлом запулила, я видел, кусок отлетел куда-то на запад. Нужно проверить, где он упал, и сгорел ли до конца.

— Это мы сделаем, — вызвался я. — В нашем отряде нет огневиков или водников, мы вам тут особо не поможем.

— Премного благодарен, — церемонно ответил мальчик. — Меня зовут Ринат Реутов, по предмету-компаньону — Среброкрыл, — он взмахнул небольшим крылатым жезлом, что держал в левой руке. У меня он ассоциировался с эмблемой какой-то почтовой службы.

— Кирилл Ураганов, — в тон ему ответил я, — Всадник Ветра. И Девочки-Лошадки.

— О, а я читал ваш блог! — воскликнул мальчик в трико и с мечом — Только вы там в других платьях! И без мальчика! — последнее он проговорил почти обвиняюще.

— А это мы чтобы подписчикам не наскучить, — весело сказала Рина. — Извини уж, автографы давать не будем, ульевой монстр — дело серьезное. Мы полетели!

Сказано — сделано.

Мы легко нашли точку, с которой видели полет горящего куска матки, проследовали дальше по его траектории… И увидели Искровую башню, а у ее подножия — высокую насыпь с уложенной поверх двойной змеей железной дороги! При башне имелся небольшой домик для персонала, — как мы обнаружили, закрытый на амбарный замок. Видимо, саму башню построили давно, когда еще не было электронного управления, потом полностью автоматизировали, а жилье для обходчиков законсервировали.

В обе стороны от башни отходили провода, связывающие ее с другими башнями. В ту сторону, куда дорога спускалась с горы, соседнюю башню даже было видно смутным силуэтом на фоне снега.

— Неужели она умудрилась за линию башен перелететь? — недоверчиво спросила Ксения.

— Если набрала хороший разгон, могла, — ответила Ксантиппа. — Поле башен ведь замедляет монстров, но не убивает.

— Да ладно, такую мелочь, как кровожадов, и убить может… Наверное.

— Не может! Наоборот, на мелких хуже действует. Искровое поле подавляет их магию. Мощные монстры летают на магии, поэтому в нем не могут летать, а мелкие — на аэродинамике, у них вполне получается!

Не участвуя в препирательстве, Агриппина и Левкиппа полетели к железной дороге, отыскивать, не осталось ли что от того сгоревшего куска. Я призвал оставшихся девчонок к тому же.

— Я боюсь насекомых… — с несчастным видом сказала Меланиппа. — Когда они такие крупные!

— Они не насекомые, — сказал я. — Они скорее вроде таких сильно специализированных млекопитающих. Живородящие, крылья у них видоизмененные конечности…

— Да? — Меланиппа тут же повеселела. — Ну тогда ладно!

Приятно, черт побери, быть авторитетом!

Сгоревший кусок матки мы обнаружили торчащим из глубокого снега метрах в пятидесяти за железной дорогой. Наверное, единственная густо засыпанная снегом ложбинка в окрестностях, и он угодил именно туда! Снег я легко размел, и мы сгрудились вокруг осколка, оглядывая его. Вроде бы весь прогорел… Если не считать одной маленькой ячейки с самого края. Ячейка эта пустовала, и я не отказал себе в удовольствии додолбать ее окончательно воздушной пулей.

— Как думаете, из нее что-нибудь выбралось? — спросил я, показывая на то место, где была ячейка, концом глефы.

— Не исключено, — нахмурилась Агриппина. — Но… Слушайте, я правильно помню? Они же могут только кровь пить и жевать обработанную органику, типа животных экскрементов? Или приготовленных продуктов?

— Вроде, правильно, — подтвердила Ксантиппа.

— Значит, в лесу этой твари сейчас нечем поживиться! Животные спят… Разве на птиц нападет?

— Если бы хоть один кровожад был поблизости, башня бы искрила. Хоть немного, — согласилась с Риной Левкиппа. — Значит, сдохла! От голода. У них же бешеный метаболизм, жрать все время нужно.

— Если только она не попала на поезд… — проговорила Ксантиппа.

Не сговариваясь, мы одновременно посмотрели в сторону железнодорожной насыпи.

Глава 16

Гениальный хакер, стоя у произвольной точки железнодорожного полотна посреди умеренно заснеженного горного леса, наверное, смог бы по спутниковой связи войти на железнодорожный сайт, сопоставить расписания и узнать, когда тут последний раз проходил поезд. После чего понял бы, мог этот состав эвакуировать от возмездия кровожада-оппортуниста, и в какую сторону. Однако среди нас таких хакеров не было. И телефона со спутниковой связью, если подумать, тоже. Из Лошадок трое — Ксантиппа, Агриппина и Ксения — могли пользоваться сотовыми, однако у всех троих были обычные городские модели. Плюс мой коммуникатор. Он, вообще-то, ловил со спутника, но искать с него информацию было нельзя. Конечно, я мог определить наши координаты, позвонить в Службу и попросить определить насчет поездов — но я как представил, сколько мне придется объяснять, зачем мне нужна эта информация, а потом еще и ждать… Короче, куда быстрее поступить по-другому.

— Рина и Саня, вы самые быстрые, летите налево, — велел я. — В ту сторону длинный перегон, насколько я помню. Если поезд ушел туда, вы его нагоните. А я с остальными полечу в другую сторону. Там большая станция, этот, как его… — я пощелкал пальцами, пытаясь вспомнить.

— Иркоран, — подсказала Ксантиппа.

— Да, спасибо. И если увидите поезд, очень внимательно смотрите, как бы эти твари не выскакивали из окон. И в кабину к машинисту сразу бегите, пусть останавливается и не заезжает в населенные пункты.

— Ясное дело, — кивнула Рина. — А сколько нам лететь, если вдруг поезд не найдем?