Мальн. Духи и Жертвы - Салье Мира - Страница 51

Арэя первой вылезла из постели и, накинув на обнаженное тело халат, прошлепала босыми ногами к двери. Судя по тому, что в окна уже проникли первые золотистые лучи, только рассвело – слишком раннее время для мальнов.

Гелиен, опасаясь худшего, прислушался.

Когда стражники сообщили, что дозорные срочно просят короля подойти к городским воротам, он начал натягивать штаны, а следом и рубашку.

– Я с тобой, – сказала Арэя, прикрыв двери. – В последний раз, когда нас просили срочно явиться на границу, погиб Элиас. – Ее голос не дрогнул, на лице не отразилось никаких эмоций, как будто она, как и раньше, пыталась нацепить холодную маску безразличия.

Но Гелиен не хотел, чтобы любимая закрывалась от него. Он приблизился и, поцеловав ее в лоб, сказал:

– Поторопись. Я подожду тебя у выхода в приемном зале.

К этому времени королевские конюхи вывели двух оседланных лошадей, и они с Арэей не мешкая отправились к городским воротам. Огромный жеребец Гелиена с блестящим белым покровом и серебристой гривой с невероятной быстротой домчал их до места. У самой границы они столкнулись с Алвисом, по виду которого сложно было понять, что его только что выдернули из постели. В отличие от Гелиена со взъерошенными волосами и наверняка заспанным лицом, Алвис, как и всегда, был опрятен и свеж.

– Что случилось? – спросил Гелиен.

– Не знаю, дозорные не сказали, – мрачно ответил Алвис.

Они выехали из города и сразу спешились. При виде короля воины тотчас расступились в стороны.

Арэя крепко стиснула его руку. Алвис выругался сквозь зубы. У Гелиена на миг скрутило все внутренности, и он хрипло прошептал:

– Райя.

Зрение наверняка обманывало его. Это невозможно…

Перед ними стояла Райя. Живая и совершенно невредимая. Взошедшее солнце играло на ее длинных угольно-черных волосах, а серебристые ободки в янтарных глазах лишь слабо блестели. Казалось, она пребыла в ступоре и не понимала, что происходит.

Нет, это не могла быть Райя! Ее тело развеяли восемнадцать лет назад над священной рекой.

– Пошлите за Стейном, – приказал Гелиен.

– Уже послали, Ваше Величество, давно послали, – ответил один из дозорных.

Какое-то время они стояли в напряженном молчании. Никто не двигался с места и даже не решался приблизиться к девушке. Каждое слово застревало у Гелиена на языке. Арэя замерла с поджатыми губами, словно один вид Райи всколыхнул в ней притупленное чувство вины. Алвис открывал и тут же закрывал рот; его горло дрогнуло.

Внезапно Райя начала озираться по сторонам, словно ее только что расколдовали.

– Почему я здесь? – тихо спросила она, поморщившись от яркого света.

– Райя, что ты… – Гелиен не договорил.

Стейн, часто моргая, будто пытался прогнать сонливость, неслышно подошел к ним сзади. Его губы без конца беззвучно шептали одно и тоже слово – ее имя. Спустя мгновение он бросился к ней как безумный и крепко прижал к себе. Райя потрясенно застыла, а когда он, зажав в ладонях ее лицо, принялся покрывать его поцелуями, она ударила его и оттолкнула с такой силой, что Стейн завалился на землю.

– Совсем из ума выжил?

– Райя, – шокированно прошептал Стейн.

– Только тронь, и я проткну тебя копьем… – Она инстинктивно завела руку за спину, но копья там, само собой, не оказалось.

Гелиен тряхнул головой, выходя из оцепенения.

– Райя, – произнес он, шагнув к ней, – ты знаешь, кто я?

Она посмотрела на него, хлопая густыми ресницами.

– Разумеется, что за глупый вопрос!

Гелиен двигался к ней шаг за шагом, медленно, будто крался к дикому животному и боялся спугнуть его резким движением.

– Что последнее ты помнишь?

– Может, вы объясните, что происходит? – вопросом на вопрос ответила Райя. – Почему я здесь и где, духи побери, лес?

Вот оно что! Ступор был вызван вовсе не ее состоянием, а непониманием того, что случилось с Мальнборном.

– Ответь на вопрос: что последнее ты помнишь?

– Я… Вчера ты потребовал, чтобы я не приближалась к ней. – Она кивнула на Арэю.

Духи его подери!

По ее взгляду и поведению Гелиен догадывался, что происходит, но теперь убедился наверняка. Она забыла целый год после смерти Кьелла, не помнила последние восемнадцать лет и то, что они со Стейном…

Друг по-прежнему лежал на земле и, видимо, отказывался поверить в происходящее. Он лишь едва заметно мотал головой.

– И у тебя совсем нет догадок, как ты сюда попала? – задал очередной вопрос Гелиен.

– Нет! – недовольно поморщилась Райя. – Вчера я легла спать, а с утра вдруг очутилась здесь! Чьи это шуточки? И что все-таки случилось с лесом?

Гелиен повернулся к стене.

В сознании всплыла картинка его первого появления у Северного леса: он как сейчас видел толстые стволы с искривленными ветвями, которые сплетались у самых вершин; плющ, обвивающий каждое дерево, густо разросшийся лишайник и мох, приглушавший шаги, чтобы не тревожить нерушимую тишину. Прекрасно помнил и то, как уничтожал Северный лес, который тысячи лет скрывал мальнов от посторонних глаз.

За прошедшие дни у него не нашлось времени осознать случившееся, но это единственное деяние смергла, о котором Гелиен не жалел и за которое не чувствовал вины. Мальны не должны быть затворниками и прятаться, словно звери в лесу. Теперь, когда светлорожденные и темнорожденные объединились, а «клетка» уничтожена, свершилось то, чего всегда хотел Кьелл.

За исключение одного: Мальнсен не стал верховным королем Оглама.

– Райя, тебя не было восемнадцать лет, – осторожно сказал Алвис, встав рядом с Гелиеном.

– Чушь! – фыркнула она.

– Мы думали, ты погибла в Сумеречных землях, – едва слышно произнесла Арэя. За все время она даже не сдвинулась с места. – Тебя ранили, и такой удар не пережил бы даже мальн, а потом ты упала… – Она замолчала, так и не договорив.

Побледневшая Райя смотрела то на город, то на Арэю, на лице которой отражалась не то тревога, не то печаль. Однако у самой Райи вид королевы по-прежнему вызывал неприязнь.

– Ты совсем ничего не помнишь? – спросил Алвис.

– Оставьте ее, – сказал Стейн, не дав Райе ответить. – Ей надо отдохнуть и прийти в себя. Не нужно вываливать все сразу.

Алвис хмуро кивнул.

Стейн поднялся с земли.

– Райя, пойдем, я отведу тебя к родителям. – Он протянул руку, но Райя, едва взглянув на него, задрала подбородок и сама направилась к выходу. Ее походка, как и прежде, отличалась красотой, изяществом и, в особенности, тишиной. Никто не умел подкрадываться так бесшумно, как она. Дикая кошечка – так всегда любил называть ее Стейн.

Когда она прошла через арку, где вместо обычных городских ворот находилось сплошное полотно, все разом выдохнули. Друзья Гелиена и он сам думали лишь об одном: если бы это была не Райя, она бы не попала в Мальнборн.

– Иди за ней, – сказал он Алвису. – Арэю и Стейна она сейчас слушать не станет.

После того как Алвис тоже скрылся за стеной, Гелиен поднял голову к небу и едва не застонал.

Все понимали, что здесь что-то не так. Осталось только выяснить, что именно, и желательно как можно скорее.

Слух уловил звук неровного дыхания и сердцебиения, которое Стейн явно не мог унять.

Гелиен заставил себя посмотреть на него.

– Главное она жива, а остальное… – Голос Стейна надорвался.

Небесно-голубые глаза Арэи были полны сочувствия, но Гелиен следил за каждым движением Стейна, прекрасно видя, что тот на грани.

Глава 26

Он швырнул копье, и оно с грохотом упало на землю. Вот уже целый час он пытался снять напряжение, но все было безуспешно. Он чувствовал, что у него раскраснелась шея, лицо и даже уши. Благо на площадке он находился совершенно один, иначе точно кого-нибудь бы придушил.