Печать Пожирателя 3 (СИ) - Соломенный Илья - Страница 18

Илона фыркнула в тарелку, Черкасова заухмылялась, как и Салтыков.

— Осторожно, братец, — он шутливо погрозил Василию, — Марку палец в рот не клади — откусит. Это он с виду такой воспитанный и кроткий, а на деле — настоящий головорез!

— Не преувеличивай, — на этот раз рассмеялся я, — Иначе князь Василий составит о мне превратное мнение.

— Твоя репутация говорит сама за себя, — пожал плечами Пётр, — Моему брату достаточно воспользоваться поисковиком. Сколько раз с начала сентября тебя пытались убить?

— Именно убить? — я сделал вид, что задумался, — Три. Четыре, если считать покушение на тебя — но, пожалуй, не стану приписывать себе чужие заслуги.

— Даже не буду спрашивать, что случилось с теми, кто поступил столь опрометчиво.

— И правильно.

На этот раз вместе с Черкасовой прыснул и Рихтер.

Проклятье, ну и застольные разговоры у этих дворян…

Темы, разумеется, отличались от тех, что я привык слышать в том же «Аркануме» — потому что эти люди были другого калибра. Их по другому растили, воспитывали, обучали, вбивали в голову совсем другие ценности и мысли.

Долгорукие, племянница Императора, Салтыков, даже Рихтер и Черкасова — они принадлежали к столбовым дворянам. К самым древним родам, правящим страной на протяжении не то что сотен — тысячи лет!

Это для меня был не срок, а вот для людей — очень даже! И, как следствие, интересы у таких людей были… Скажем так — на порядок выше, чем у тех, кто толкался локтями за тёплое место в каком-нибудь столичном ведомстве.

И это при том, что присутствующие здесь не были главами своих семей (кроме Салтыкова) — всего лишь детьми.

— Друзья, полагаю, вам интересно узнать, чем мы тут будем заниматься? — в какой-то момент спросил Салтыков.

Все согласно закивали. Я тоже — хотя, по большому счёту, конкретный интерес лично у меня вызывали всего две вещи.

Первая — это княжна Долгорукая. Она постоянно бросала на меня свои говорящие взгляды, и я совершенно точно понимал, что девушка хочет поговорить. И как только выдастся шанс остаться наедине…

Вторая — оговорка Салтыкова во время Шабаша. «Пути Эфира неисповедимы».

Каюсь — дома я поднял вообще всю информацию о семье своего нового друга за последние двести лет, но не смог найти ничего, что указывало бы на их связь с источником Силы, о котором колдуны Земли и не подозревали. Ничего даже косвенного — кроме огромного состояния и большого влияния на политику государства.

Впрочем, это и могло быть подсказкой, но следовало убедиться.

Потому что я сильно сомневался, что это просто абстрактное высказываение…

— Так как остров завтра днём накроет буря, всё время до нового года мы проведём в поместье. Никакого режима и «обязалова», — князь ввернул грубое словечко, — Но я приготовил несколько интересных мероприятий… Завтра, например, предлагаю после обеда оценить вам продвинутую версию моей магической реальности. Не ту, что сегодня вы видели на стрельбище — это сильно упрощённая версия. То, что я предложу… Надеюсь, вам понравится.

— С радостью, братец, — согласился Василий, — Люблю острые ощущения… Если они приятные.

— Двадцать девятого мои слуги устроят на площади собственный праздник, со своими развлечениями, и мы приглашены. Это традиция, и прошу, не отказывайтесь — уверяю, вас ждёт много интересного.

— Тусоваться с простолюдинами, — снова подал голос Василий, — Я надеялся хотя бы здесь избежать этой участи, Петя…

— Тебя никто силком тащить не будет, — пожал плечами Салтыков, — Так что можешь заниматься, чем хочешь. Так, что там дальше?.. Ах да! Тридцатого устроим банный день, со всеми причудами, которые практиковали наши предки. Банщики, массажисты, различные процедуры — и древние, для нас с мужчинами, и более современные, для дорогих дам…

— О-о-о, мне это нравится! — усмехнулась Черкасова, поигрывая своими хвостиками, — Спа!

— Не просто спа, дорогая моя. Я и мои люди посвятили часть лета добыче редких трав, которые усиливают энергетику, так что… В этом есть и магическая польза. А после — приготовим привезённую из Верхоянского Урочища дичь. Как вы понимаете — тоже непростую.

А вот это хорошо, очень хорошо! Дополнительная «прокачка» мне совсем не помешает! Любопытно, ни разу не слышал, чтобы баней усиливали искру… А вот мясо обитателей Урочищ — это уже точно сильная прибавка…

Уже не зря приехал, как минимум!

— Тридцать первого, понятно, погуляем на славу, встретим Новый год. Буря закончится как раз к утру первого числа, так что потом можем выбраться на охоту. Марк, судя по твоим высказываниям на Шабаше, ты кое-что в этом смыслишь?

— Самую малость, — снова приврал я, — Но с огромным удовольствием составлю тебе компанию.

— Прекрасно! Полагаю, дамы не захотят присоединиться к такому варварскому времяпровождению?

— Мы подумаем, — спокойно ответила Долгорукая.

— Прекрасно. Второго устроим выходной, а третьего покатаемся на горных лыжах и сноубордах — опять же, на континенте. И там у меня тоже будет для вас небольшой сюрприз.

— Насыщенная программа, — заметил я, — Право, теперь мне кажется, что наш новогодний подарок для тебя недостаточно хорош.

— Брось, Марк! главное — внимание.

— Ну конечно, — рассмеялся Василий, — К тому же, сомневаюсь, что ребята могут подарить тебе что-то, чего у тебя нет.

Долгорукий уже начинал меня бесить своим слабо прикрытым пренебрежением.

— Не буду ничего утверждать, князь, — спокойно ответил я, — Но готов поспорить, что у вас такой вещицы точно нет. Впрочем, я кое-что прихватил для всех. Благо, Пётр сподобился хотя бы указать количество людей в нашей компании.

— Польщён, — Василий, кажется, удивился.

Мы просидели за столом ещё около часа, дождавшись перемены блюд. А после десерта всех разговор сам собой распался на несколько отдельных бесед. Так как Илона принялась бурно обсуждать с Черкасовой наследие Нефритовой орды, а Долгорукие ушли по своим апартаментам, я понял, что сейчас самое время, чтобы попробовать поймать княжну.

— Валюсь с ног, честно говоря, — предупредил я Рихтера и Салтыкова, — Если вы не против, пойду приму душ, освежусь и помедитирую. А после поброжу по дому.

— Разумеется! — кивнул Салтыков, — Если что, я буду в библиотеке весь вечер.

— А я, пожалуй, потренируюсь в оружейном зале, — пробасил Рихтер, — Заглядывай, там масса необычного оружия.

— Хорошо, — я кивнул, и повернулся к Илоне, — Ты пока останешься здесь?

— Пожалуй.

— Я украду её, с твоего позволения? — вопросительно усмехнулась Черкасова, — Нам, девочкам, есть о чём поболтать.

— Как вам будет угодно.

— Я попрошу одного из слуг проводить тебя в ваши комнаты, — Салтыков вызвал кого-то через линзы, и лукаво улыбнулся, — Или попросить… служанку?

— Нет уж, — рассмеялся я, — Не в моих правилах.

— Как знаешь.

М-да, а нравы у Петра весьма свободные, как погляжу…

Вскоре пожилой мужчина в ливрее проводил меня на третий этаж восточного крыла, и остановился у дальней двери.

— Вы внесены в базу гостей, господин Апостолов, — предупредил он, — Все замки реагируют на ваш идентификатор в линзах или смартфоне. Ключ для перемещения по поместью вам не нужен. Камеры также реагируют на ваше лицо.

— Благодарю.

— Если что-то понадобится — просто вызовите меня или любого другого сотрудника поместья через звонок в домашней сети.

— Ещё раз спасибо. Если вас не затруднит — подскажите, где находятся апартаменты княжны Долгорукой?

Лицо слуги не выразило ни единой эмоции в ответ на такую просьбу. Впрочем, я ничего преступного и не спросил — и даже если пойдут слухи (в чём я сомневался — штат был вышколен), придумать невинную причину, по которой я хотел поговорить с Варварой, несложно.

— Этажом ниже, господин Апостолов, в точно таких же комнатах.

— Ещё раз спасибо.

— Всего доброго.

Он поклонился и ушёл. А я, решив для начала хотя бы заглянуть в номер, повернул ручку и толкнул дверь вперёд.