Эпоха Брежнева: советский ответ на вызовы времени, 1964-1982 - Синицын Федор Леонидович - Страница 44

Пик деятельности ИОМ КП пришелся на 1966–1967 гг., когда он работал в тандеме с Сектором изучения общественного мнения и эффективности идеологической работы Института философии АН СССР. Б.А. Грушин пытался создать аналогичную структуру и при редакции газеты «Правда», однако безуспешно — несмотря на все усилия горячо поддерживавшего эту идею главного редактора газеты А.М. Румянцева (известного своим либеральным настроем), как вспоминал Грушин, «пробиться… не удалось ни через редколлегию «Правды», ни, тем более, через лидеров партийной идеологии в ЦК КПСС»[817].

ИОМ КП провел в общей сложности 27 опросов общественного мнения. Эти исследования имели весьма острый, социально значимый характер. Большинство их содержало критический анализ обнаружившихся в стране недостатков общественного развития. Кроме того, как писал Б. А. Грушин, в этой деятельности был и «отчетливо выраженный гражданский интерес, связанный с намерением Института «приучать» общество к изучению общественного мнения как к определенной — политической и информационной — норме публичной жизни страны»[818].

Постепенно проблема общественного мнения начала интересовать и партию. В мае 1965 г. на совещании по вопросу о социологических исследованиях проблем воспитания молодежи было объявлено, что ЦК КПСС тоже изучает этот вопрос[819]. В ноябре того же года на заседании Идеологической комиссии при ЦК партии вице-президент АН СССР П.Н. Федосеев отметил положительное значение исследований общественного мнения. В том же году при Президиуме Академии наук был создан Научный совет по проблемам конкретных социологических исследований, и затем был проведен ряд научно-практических мероприятий — симпозиум в Ленинграде в феврале 1966 г., всесоюзный теоретический семинар в АОН при ЦК КПСС в июне 1966 г., совещание в Сухуми в апреле 1967 г.[820] Понимание важности общественного мнения на уровне высшего руководства СССР было видно из таких высказываний, звучавших на «закрытых» совещаниях: «Мы провозгласили, что… быстро придем к коммунизму, а через год повысили цены и знаем, какой это имело резонанс»[821] (имелись в виду события начала 1960-х гг., в первую очередь — демонстрация и расстрел в Новочеркасске в 1962 г.).

Одновременно руководство КПСС осознало, что советские социологи подошли к началу систематического получения социальной и идеологической информации стратегического характера. Кроме того, большая часть добытых ИОМ КП сведений выявила не столько успехи советского общества, сколько его неудачи и хронические болезни, а также предлагала такие решения проблем, которые несли в себе прямую угрозу советской идеологии[822].

Неподконтрольность социологической деятельности была признана недопустимой. В мае 1967 г. Г.Л. Смирнов, намекая на Б. А. Грушина и других социологов, заявил, что изучение общественного мнения в СССР отдано «на откуп людям, которые не просто стоят в стороне от партийной работы, а… находятся в состоянии какой-то оппозиции, хотя бы чисто профессиональной». Он указал, что в основе проводимых социологами опросов «лежит… ложная идея», так как нельзя при изучении общественного мнения «ставить вопрос не иначе как отношение к советской власти»[823], т. е. «политизировать» социологическую деятельность. В конце 1967 г. ИОМ КП подвергся разгрому и был закрыт.

Власти перевели исследование общественного мнения под свой контроль. В стране были созданы руководимые партией социологические учреждения, главным из которых был основанный в 1968 г. Институт конкретных социальных исследований АН СССР (ИКСИ). С самого начала он считался «партийным» учреждением, и его исследования проводились, как правило, по заказам разных структур КПСС. Деятельность Института имела несколько направлений, включая вопросы социальной структуры и социального планирования, мотивации труда и внутригрупповых отношений, моделирования социальных процессов. В этот период ситуация для советской социологической науки еще не стала плачевной. Директором ИКСИ был назначен либерально настроенный А.М. Румянцев, ушедший в 1965 г. с должности главного редактора «Правды». При нем, по выражению журналиста и социолога Б.С. Орлова, работавшего в ИКСИ, институт был «островом свободомыслия в застойном болоте», пристанищем многих прогрессивных ученых[824].

Официальное признание важности исследований общественного мнения и контроля над ними было закреплено в постановлении ЦК КПСС «О состоянии и мерах улучшения партийнополитической информации», принятом в феврале 1969 г. Власти констатировали, что «увеличивается приток информации в партийные органы снизу», и предписали «более широко использовать [эту] информацию для анализа и оценки работы» государственных и партийных органов, «при разработке решений по различным… вопросам, а также для осуществления систематического контроля за их выполнением»[825].

Практическая деятельность в сфере изучения общественного мнения была расширена. До 1974 г. ИКСИ осуществлял начатый Институтом философии АН СССР в 1967 г. генеральный проект «Общественное мнение». Заказы на социологические исследования поступали в ИКСИ также от Исполкома Моссовета, МВД СССР и даже Секретариата ЦК КПСС[826]. В 1975 г. при ЦК ВЛКСМ и Академии педагогических наук СССР был создан Совет по координации научных исследований проблем коммунистического воспитания молодежи[827]. Опросы общественного мнения проводили партийные комитеты разных уровней[828].

Одним из важнейших был «Таганрогский проект», который осуществлялся под руководством Б.А. Грушина в 1967–1974 гг. по заказу Отдела пропаганды и агитации ЦК КПСС[829]. В рамках проекта было проведено 72 исследования, взято более 10 тыс. интервью у жителей Таганрога по разным проблемам социально-экономической жизни.

Тем не менее давление на независимо мыслящих социологов продолжалось. Изданный ИКСИ в 1969 г. тираж лекций Ю.А. Левады, прочитанных им в МГУ, был уничтожен по требованию партийных органов. Выпущенная в том же году брошюра Я.С. Капелюша «Общественное мнение о выборности на производстве» была публично осуждена как «идейно и теоретически ошибочная», в результате чего ее тираж был сначала на длительный срок задержан к распространению, а затем уничтожен по прямому указанию секретаря МГК КПСС по пропаганде В.Н. Ягодкина[830].

В 1972 г. А.М. Румянцев был снят с должности директора ИКСИ. Как отмечал Б.А. Грушин, с назначением П.Н. Федосеева вице-президентом АН СССР и М.Н. Руткевича директором ИКСИ[831] ситуация для социологов изменилась в худшую сторону[832]. Академик А.Д. Александров в июле 1972 г. в статье с говорящим названием «В защиту социологии» подверг Грушина уничтожающей критике, указав, что тот «просто не понимает, что такое наука и каковы ее элементарные требования». Александров отметил, что «нельзя допустить, чтобы в советской социологии насаждался стиль, соединяющий крайнюю претенциозность с пренебрежением элементарной научностью… Перед нашей социологией стоят большие задачи, научные ее традиции развиваются, и искажение их особенно опасно»[833]. В научной литературе события 1970–1972 гг. рассматриваются как коренной перелом в развитии советской социологии, связанный с прекращением ряда прежних исследований и выдавливанием видных специалистов, в числе которых — Б.А. Грушин, Л.В. Карпинский, И.С. Кон, Н.Ф. Наумова, Ю.А. Левада[834].