Звериная страсть (СИ) - Челищева Лисавета - Страница 19

Я облачаюсь во вчерашний наряд, избегая других шикарных нарядов, висящих в гардеробе. Невыразимое беспокойство одолевает меня, когда я оглядываю спальню перед выходом.

И тут на глаза мне попадается ярко-красная роза, скромно лежащая на прикроватной тумбочке. Сердце замирает. Ее не было, когда я ложилась спать. Кто-то, должно быть, побывал в моей комнате, пока я спала, и от этого осознания меня пробирает дрожь. В беспокойстве решаю выяснить у Агния, как обстоят дела с моим ключом от комнаты, во время завтрака.

Продвигаясь по затененным коридорам старинного поместья, сквозь витражные окна различаю вдалеке движущуюся фигуру. Напрягая зрение, пытаюсь разглядеть ее, но безуспешно.

Толкнув скрипучую дверь в большую гостиную, я застаю Ратишу, раскинувшегося на кушетке с книгой.

— А, красавица Сирин! Наконец-то ты проснулась! — мальчуган приветливо улыбается, задрав голову. — Я-то думал, птицы просыпаются рано, чтобы петь свои песенки. Но ты не простая птица, да? Птичке, как ты, для такой красоты нужно гораздо больше сна.

Уже привыкнув к его своеобразным высказываниям, от которых у меня румянятся щеки, я неловко перевожу взгляд на окна. Метель, похоже, унялась.

— Рати, ничего, если я немного прогуляюсь по саду?

Мальчик захлопывает книгу и радостно вскакивает. Я удивленно моргаю, когда он подбегает ко мне и хватает за руку.

— Прогулка по саду может состояться только в том случае, если я буду сопровождать тебя в стае! — смеется он, увлекая меня в сторону парадной. — У нас есть немного времени до завтрака, я покажу тебе все вокруг, дорогая Сирин!

Когда мы выходим на морозный воздух, солнце проглядывает сквозь толщу туч, заливая заснеженную природу золотистым сиянием. Мальчик-волк ведет меня по укромным тропкам в сады имения.

Пока мы идем, меховая шубка, в которую закутал меня Рати, не дает замерзнуть на морозе.

— О, гляди, за садом ухаживает наш садист! — оживился Рати, указывая на что-то вдалеке.

Там, среди заснеженных кустов роз, Кирилл преклонил колени перед статуей мраморной богини, пребывая в состоянии глубокой задумчивости, пока его изящные пальцы бережно смахивают снег с ее ступней.

— …Ты имеешь ввиду "садовник", Рати?

— Хммм. Возможно… А может и нет!

Он проворно потянул меня за руку, и мы направились к изваянию. Кирилл не отрывался от статуи, как зачарованный, покуда его брат не нарушил тишину.

— Кирилл, прекрати изводить эту несчастную каменную женщину! Мы проголодались. Приготовь нам завтрак, — с раздражением провозгласил он.

И вот Кирилл наконец-то признал наше присутствие. Пушистые пепельные волосы обрамляли его бледное лицо, придавая ему ангельский вид. Стоило ему встретиться с моим взглядом, как в горестных глазах парня вспыхнуло удивление.

— Милая госпожа… Это вы, — прошептал он, почти беззвучно, взгляд отстраненный, но напряженный. — Это было не прекрасным сном…

Рати, не обращая внимания на весьма странное поведение брата, настоятельно попросил его отправиться домой.

— …Что бы вы предпочли на завтрак? — тихо вопрошает меланхоличный юноша.

— Кирилл, это ты вчера приготовил нам ужин? — интересуюсь, разгораясь от любопытства.

Парень сдержанно кивает.

— Ах, это было поистине восхитительно! Не думала, что парни способны так талантливо готовить. Благодарю за чудесную трапезу, — с искренней улыбкой похвалила я.

На щеках Кирилла заиграл румянец, а глаза упорно не хотели встречаться с моими.

— Благодарю вас… милая госпожа. Вы слишком добры ко мне.

***

Пока Кирилл хлопотал на кухне, пообещав приготовить сытный завтрак для столь промозглого дня, мы с Ратишей расположились у камина в гостиной.

Не интересуясь больше своей книжкой, парнишка принялся заплетать косу из моих длинных густых волос.

Мне все больше начинало казаться, что он был моим младшим братцем, хотя я знала его всего несколько дней. Да и не был он таким уж маленьким.

— Эх… Если бы только это я оказался тогда у реки!… Я бы спас тебя лучше, чем Моран. И моя метка принесла бы тебе только радость. — мечтательно протянул он, проводя нежными пальчиками по моей шее.

Я слегка хмурюсь, поворачиваясь в профиль.

— Если бы это действительно было так, ты бы снял с меня свою метку, если бы я сейчас попросила?

Последовала долгая пауза с его стороны.

— Даже не знаю, Сирин… Метка волка — сильная штука. Человек с нашей меткой придает нам больше сил. Это делает наши превращения менее болезненными и в целом, по слухам, очень… приятно. — произносит мальчик, с любованием опуская готовую косу мне на плечо.

Не слишком хорошие вести. Если эта метка настолько им благоприятна… Возможно, этот Моран пожелает и оставить ее на мне.

***

Потягивая клюквенный чай, который приготовил Кирилл, я по достоинству оценила приготовленный им завтрак. Тонкие блинчики, политые медом, превосходный омлет, посыпанный рубленым луком. У Кирилла поистине был талант к кулинарии. Сам парень ушел рано, прихватив с собой чашку чая. Сообщив нам, что ему необходимо заняться живописью, поскольку вдохновение снизошло на него.

— Но если вы все братья… Почему вы такие разные внешне? — интересуюсь я, заканчивая со своей порцией блинчиков.

Юргис сдерживает смешок, намазывая на хлеб фруктовое варенье.

— Как проницательно ты это подметила, человечка! — бормочет он, откусывая огромный кусок, и его слова заглушаются: — Видишь ли, мамашка наша гулячая была! Пхахах!

Я растерянно моргаю.

— Что ты себе позволяешь?! — прорычал Рати, сидя рядом со мной и хмуро взирая на брата.

— А что? — ехидно улыбается рыжий. — Мой моральный статус — все дозволено!

Прячу улыбку. Странно признавать, но я уже начала привыкать к их забавным препирательствам.

На этом завтраке были только они и я. Агний уединился в своем кабинете и сообщил, что не голоден. А Казимир… С той роковой ночи я его совсем не видела. Даже сомневалась, что он вообще выходил из своих покоев.

— Ой, Ратиша, ты опять забыл положить сахар в свой чай? Неудивительно, что ты всегда такой раздражительный! — не удержался Юргис, снова поддразнивая младшего брата.

— Говорят, если класть сахар в каждую чашку, то жопа слипнется. — небрежно заявил мальчик, разрезая каравай на две части. — Признайся же, Юргис, ты кладешь сахар в каждую чашку. Это прекрасно объяснит, отчего ты такой неугомонный придурок!

— Неугомон, но не душен, как некоторые!

В мгновение ока Рати снова, как и вчера, взлетает над столом, только теперь вместо вилки в его зажатом кулачке — нож, и он нацеливается им в руку Юргиса.

Рыжеголовый быстро реагирует, хватаясь за лежащую рядом книжку и заслоняясь ею. Нож вонзается в переплет.

— Ой… Ты, кажется, прикончил свою книжку. Что же ты будешь теперь читать перед сном, дитятко? — хихикнул Юргис, отшвыривая в сторону загубленную книгу.

Рати огрызается, падая обратно на сиденье.

— У-то меня хорошие отношения с Кази. Попрошу его дать мне другую книгу. Как минимум, руководство по самым мучительным пыткам в истории.

— О! Чудесная идея! С удовольствием бы посмотрел, на что вообще способны твои крохотные ручонки.

Их перепалка продолжалась, и каждый выпад был более искрометным и угрожающим, чем предыдущий.

***

После полудня я отправилась в путешествие по поместью, разглядывая богатое убранство и роскошную роспись, говорящую об ушедших летах. Рати поведал, что в библиотеке я смогу найти что-нибудь интересное к прочтению. Он хотел составить мне компанию, но Юргис прозрачно намекнул, что, если он будет повсюду таскаться за мной — это прямой путь досадить девушке. Я попыталась переубедить, но мальчик, видимо, посчитал, что Юргис отчасти прав.

Блуждая по коридорам, похожим на своеобразный лабиринт, я ощущала, как таинственность и древность переплетаются воедино в этих стенах. Дом мне полюбился. Он был похож на отдельный мирок.

Наконец я набрела на библиотеку — кладезь всевозможных учений, хранящихся на полках, уставленных пыльными томами.