"Фантастика 2025-5". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Ясинский Анджей - Страница 250

– Я же сказала…

– Ты будешь кричать. Я понял.

Он провёл своей щекой по её щеке. Аврора попыталась отстраниться, но получилось лишь всхлипнуть.

– Такая красивая, стройная. Ещё и умненькая. Очаровательный набор. Я даже благодарен Сэб, за то, что заставила меня обратить на тебя своё внимание, – его вторая рука уже отправилась исследовать изгибы её соблазнительного тела. – Ты такая гибкая, похожая на идеальную статуэтку.

– Я же сказала – отвали!

– До этого ты всего лишь угрожала, что будешь кричать. А мне не было ни капельки страшно.

– Я действительно буду кричать. Если. Ты. Не. Отпустишь. Меня. Сейчас!!! Чёрт бы тебя побрал, Бэсет! Я всё расскажу отцу! Расскажу о том, как ты обманом проник в мою комнату и напал на меня!

– Да? А я расскажу, что ты сама меня пригласила. После того, как тебя застукали выходящей из моей комнаты, кому поверят – мне или тебе, а?

– Вот и проверим!

– Хорошо. Проверим.

Он провёл рукой выше и погладил её небольшую грудь, пытаясь поцеловать, перехватить ускользающие губы. Всё происходящее и пугало, и заводили – одновременно.

Но затем воспоминание о том, что она только что наговорила ему, думая, что он Дженни, подействовало, как холодный душ.

– Ты правда сволочь.

– Да. Наверное, всё так и есть. Всегда им был. Или правильнее сказать – ею? Ну, в смысле – сволочью? – усмехнулся он, дунув ей в лицо.

– И что дальше? – перестав вырываться, глянула на него с вызовом Аврора.

Хотя бросать вызов, будучи поверженным на обе лопатки в прямом и переносном смысле – та ещё задачка, но трудности ведь и существуют для того, чтобы героически их преодолевать.

– Насиловать будешь?

– Нет, – лениво протянул Бэсет, приподнимаясь на локтях и глядя ей в лицо. – Насилие – это слишком пошло. Мы, аристократы, до такого не опускаемся.

– Рада слышать. Тогда, может быть, слезешь с меня и дашь подняться?

– Ты же только что упала, – засмеялся Дарк. – Куда торопиться?

– Ты сам сказал, что до насилия не опустишься?

– Не думаю, что придётся. Я мастер соблазна.

– Пф–ф! Ты хоть сам понимаешь, как смешно и пафосно сейчас звучишь?

– Мне больше нравится, когда ты смеёшься, чем, когда набрасываешься на меня с кулаками.

Вместо того, чтобы отодвинуться, он устроился поудобнее, одной рукой подперев голову, а второй продолжая обнимать девушку.

– Что на тебе сейчас надето?

– Одежда. И если ты думаешь, что после своей дикой выходки можешь соблазнить меня такими вопросами, то ты странный тип, Дарк Бэсет.

– Да, я такой. Значит, вопросами тебя соблазнить не получится? – он пододвинулся к ней ближе. – А если так? – рука сдвинулась с талии и заскользила по волнующим изгибам её фигуры, поднимаясь по бедру, опускаясь по ягодице, туда, где заканчивалась юбка и оставалась лишь тонкая преграда в виде капроновых чулок.

Его дыхание щекотало ей кожу. Пальцы были тёплыми, чуткими и нежными.

– Аврора, – её имя, произнесённое хрипловатым шёпотом, звучало возбуждающе. И это было очень странно.

Сердце снова забилось чаще, когда его пальцы вновь начали свой танец по её коже.

Если бы можно было просто закрыть глаза, довериться, не готовиться каждую секунду к какой–нибудь подлянке.

Глаза она всё–таки закрыла, почувствовав мягкое прикосновение его губ к чувствительной точке на шее, рядом с маленьким аккуратным ушком. Он был везде, вокруг неё и рядом. И её дыхание ускорялось вместе с сердцем, когда он наклонился, чтобы поцеловать её.

– Нет!

К её удивлению, как и в прошлый раз, он позволил ей выскользнуть из кольца своих рук. К облегчению, что он считается с её желаниями, значит, может быть, не такой уж и конченный типа, примешивалась досада. Теперь, когда она стояла в полный рост и его руки больше не обнимали её, стало холодно, будто вокруг вились сквозняки.

– Ты всерьёз думаешь, что я позволю тебе продолжить меня лапать?! В трёх шагах от спящей Лайвли? Зная о том, что ты играешь против меня в партии Сэб Уолш?

– Я не играю с ней против тебя. И Уолш не имеет к происходящему ни малейшего отношения.

– Конечно–конечно. Я тебе верю, – с сарказмом протянула Аврора.

– Подумай сама – ну, с какой стати мне плясать под её дудку?

– Не хочу так напрягаться.

– Дело не столько в Уолш, сколько в том, что, приняв меня за свою подружку, ты выболтала мне свою печальную тайну? Я и сам заметил, что иллюзия была очень живой. Такое возможно лишь при очень большой эмоциональной вовлеченности.

– Скажешь ещё хоть слово – и я за себя не отвечаю! Даже не знаю, что я сделаю.

– Ничего. Ты не сделаешь ничего. Что мы можешь сделать? Расслабься, Мэйсон. Я не собираюсь осыпать тебя насмешками или предавать твою тайну огласке. Я умею молчать. И даже не стану за сохранность твоей тайны требовать поцелуев. И, хотя мне совершенно непонятно, как такая девушка как ты, способна увлечься маленьким мотогонщиком из провинциального городка, я готов выразить соболезнования.

– И куда мне их приложить? К какому месту?

– Я бы сказал, да боюсь, ты сочтёшь меня пошляком.

– Дарк, уходи. Тебя мне сегодня более, чем достаточно. Ты залез мне в душу, выцепил ценную информацию для сучки Сэб, почти забрался в трусы. Ты кругом победитель. Так что можешь гордиться собой. А теперь… оставь меня, пожалуйста.

Аврора дрожала. Каждая клеточка её тела гудела от переживаний, стыда, горечи, ярости и волнения.

– Я лгал себе, что иду сюда потому, что ты меня задела. Ты и правда… задела. Но я не хочу тебе мстить. Я…

Он улыбнулся какой–то странной, печальной и, в то же время, злой улыбкой:

– Я хочу узнать тебя ближе.

– Это что ещё за игры? Зачем тебе узнавать меня ближе? Хочешь, чтобы я поверила, что один поцелуй, далёкий от нежности и романтики, настолько застил тебе голову? Ты всерьёз думаешь, что я на это куплюсь?

– Я не хочу играть в игры.

– Тогда зачем играешь?

– Я не играю. Я пришёл сюда потому, что эта ваша дурацкая девчоновья возня отличный повод приблизиться, прикоснуться к тебе, поцеловать тебя.

– Всё. Хватит. Я не знаю, почему ты это делаешь, но раз уж ты разбил мои иллюзии, то я сброшу и последние маски. Я знаю об условии Сабрины – соблазнишь меня, получишь её. И вот что я тебе скажу: тебе придётся найти другой способ, чтобы до неё достучаться.

– Это просто смешно! Я не хочу Сабрину. И никогда не хотел.

– Сегодня утром ты говорил ей другое. И, если честно, ты подходишь ей абсолютно идеально, даже больше, чем две половинки. Вы до ужаса одинаковые и вместе составите могущественную, хоть и тошнотворную парочку.

Дарк Бэсет сощурился и глядел на неё зло, почти угрожающе:

– Может и так, но это не отменяет того факта, что ты хочешь меня. Тихая, скромная ректорская дочка, королева иллюзий. Только я за всеми твоими масками отлично вижу тебя настоящую. Что могло заставить тебя связаться со смертным? Любовь? Не смеши! Да, возможно тебя мучает совесть, и ты чувствуешь свою вину, потому что для них такие как мы – верная смерть. Мы разбиваем им сердца, а без сердца никто долго прожить не может.

– Почему же? Ты вот, например, живёшь?..

– Считаешь меня бессердечным животным? Тебя это возбуждает, маленькая шлюшка? Тебя тянет ко мне по той же причине, что тянуло ко мне? Нравится запретный плод? И что? Если завтра я разобьюсь на мотоцикле, будешь по мне скорбеть так же, как сейчас скорбишь по нему?

– Ах та мразь!.. – задохнулась Аврора.

Она потом, и сама не могла понять, почему его слова так больно ранили.

– Сначала разбейся, потому посмотрим, – бросила она в сердцах.

В чёрных глазах полыхнула ярость. В голосе его зазвенел металл и лёд.

– Сначала я тебя поимею. А там посмотрим.

– Ну, тогда тебе придётся жить вечно.

– Не будь такой самоуверенной.

– О, да! Ты изобретателен. Я это поняла.

– Мне не придётся ничего изобретать. Игра будет честной.

– Всё–таки – игра? – с презрением передёрнула плечом Аврора.