Игровой практикум (СИ) - Земляной Андрей Борисович - Страница 48

Отрегулировал цвет всего комплекта на светло-синий, стоя подвигался, и кивнул.

— Отлично. Ты даже не представляешь, как мне надоело ходить голым и безоружным. Вечером ещё куплю себе кровать, и надо сделать отдельный санблок.

— Тут два десятка комнат, выбирай любую, а мастеров я пригоню.

Они вышли на улицу, и одежда кота окуталась коконом тепловой защиты. Подойдя к машине, он с интересом посмотрел на огромный рисунок на капоте, и вопросительно посмотрел на Никиту.

— Это же, я?

— Да. — Тот кивнул, смахивая с изображения лёгкий снежок. — Та встреча в подземелье, мне очень запомнилась.

— Ты даже представить себе не можешь, насколько она запомнилась мне. — Одним текучим движением урго оказался на сидении, и действуя когтями как пальцами, аккуратно вытащил ремень и пристегнулся. — У тебя отличная машина. Редкий антиквариат.

— Тогда тебя ждёт действительный сюрприз. — Никита усмехнулся. — Вокруг полно машин ещё старше, и куда более затейливого вида. А эта кстати, одна из новейших моделей.

— Атомные реакторы уже придумали?

— Да.

— А спиновые?

— Нет. Как и термоядерные… мы вообще пока в основном добываем электричество сжигая углеводороды.

— Дикость. — Кот покачал головой.

— Не дикость, а экономическая целесообразность. — Калашников пожал плечами. — Блага цивилизации не падают с неба, а зарабатываются тяжким трудом. Какой смысл массово строить атомные электростанции, при том, что углеводородные проще на два порядка и настолько же надёжнее, и дешевле? Вот доползём до дорогих углей и нефтей, и начнём сжигать уран в больших количествах и ещё что-нибудь придумаем. А пока всё работает, нечего туда лезть и ломать.

— Не бесспорная, но понятная позиция. — Грур кивнул. — А куда мы так далеко едем, и почему не летим?

— Полёты над городом разрешены только в случае особой необходимости. — пояснил Никита выруливая на трассу. — Например закрытия портала, или ещё каких срочных нужд. А нам-то куда спешить? Смотри вокруг, врастай в действительность, заодно может язык наш выучишь, начнёшь коммуницировать с людьми.

— Я прямо чувствую разведку в твоём образовании. — Кот мелко запыхтел, что у него означало смех.

— Это явно лучше, чем получать ненужные мне знания по инженерному делу, или вообще что-нибудь гуманитарное, вроде литературоведения или музыковедения. А так, у меня отличные учителя.

— Надеюсь стать одним из этой славной когорты. — Кот склонил голову в поклоне.

Центральный кооперативный рынок на Каширском шоссе, как всегда был полон народу. Люди приезжали на машинах, для основательной и вдумчивой закупки продовольствия в основном на праздники, или для ресторанов и кафе. Просто хорошее мясо лежало в любом магазине, а здесь, отоваривались гурманы, и профессионалы готовки.

Полковник в шинели, и странный чёрный кот, в плаще и чём-то сверкающем и похожем на комбинезон, произвели фурор на рынке, но толпу никто не устраивал, предпочитая смотреть издалека. И лишь пожилой грузин Гурам Магалашвили, смело вышел им на встречу.

— Заходите, уважаемые. Такого барашка как у меня нигде больше не найдёте. Ещё вчера блеял, а ночью, прилетел из Тбилиси.

— Он говорит, что у него лучшее мясо на рынке. — перевёл Никита, а в ответ урго негромко фыркнул.

— А что он может ещё сказать? Ну давай попробуем. — Кот шагнул к прилавку, и одним движением когтя, снял тонкую алую стружку с куска мяса на прилавке, и тем же движением закинул его к себе в пасть. — Хмм. А действительно очень неплохо. Ординарное конечно, без прибавок, но само по себе очень вкусное.

— Сколько тебе его нужно в день?

— Килограммов тридцать мяса, ещё килограммов пять клетчатки, и конечно воды. Хотя лучше молока.

— Так. — Никита повернулся к продавцу. — Есть кому привозить мясо на дом? Это в Переделкино, дом полковника Калашникова. Нужно тридцать килограммов мяса в день, плюс пять кило овощей и зелени, плюс свежего молока.

— Конечно дорогой. Всё сделаем. Гурам кивнул. — Прямо сейчас позвоню брату и попрошу, чтобы отвёз. А вас только баранина интересует? Есть телятина, тоже свежая, Рубику Исаковичу, привозят рыбку, прямо с дальнего Востока, а Нарине, торгует фруктами.

В целом урго весьма одобрил продукты, имевшиеся на рынке, а местный кооператив, взялся каждый день, доставлять мясо и всё остальное Никите домой.

И уже вечером, они вместе вошли в зал ресторана Сакартвело, где Нина встречалась с двумя новыми работницами Никиты.

Имплант у Грура тоже стоял непростой, поэтому он уже почти всё понимал, хотя разговаривал пока с трудом, приспосабливая свой речевой аппарат к русскому языку.

Нина уже предупреждённая кем-то из своей агентуры что Никита ездит по Москве с огромным коточеловеком, не дрогнула ни единой жилкой, а вот девушки оказались впечатлённые по самое немогу.

Рыжеволосая красавица с лицом ирландского типа, в белом деловом костюме, протянула узкую лёгкую ладонь.

— Вера Славина.

Второй встала длинноволосая брюнетка — южанка со смуглым лицом, в белом свитере и классических джинсах.

— Алиса Гонсалес.

— Никита Клашников. — Никита поклонился дамам. — Мой товарищ Грур Махар, кстати гражданин СССР. — Он сел, и внимательно посмотрел на девушек. — Я так понимаю. что предварительно разговор уже состоялся, но на всякий случай повторю. Я не партизан, и не ниспровергатель, а вполне государев человек, в звании полковника, и всё что я делаю — в рамках государственных структур. Сейчас я попросил товарища Дроздова, помочь мне кадрами для организации полноценной службы занимающейся внешними контактами с различными организациями, гражданами Союза, и всякими прочими иностранцами. А то нам как-то привезли два мешка писем на иностранных языках, так заниматься ими совершенно некому. Это не значит, что вам нужно делать это. Нет. Вам нужно организовать. Кроме этого, существет некое количество текучки с секретными материалами от Совета Обороны, и просто вал обращений от научных центров. Совсем их игнорировать нельзя, но и бегать словно собачка на каждый чих, тоже глупо. Числится будете по полку резерва Совета Обороны, должности майорские. Плюс доплаты от меня единицами прогресса.

— У нас нет имплантов. — Алиса вопросительно посмотрела на Никиту.

— Это вообще не вопрос. — Калашников улыбнулся. — Имплант, и сто единиц, как подъёмные, выдам в течение пары дней. Немного криво с единицами — придётся поехать в Китеж, сдать кое-что в доставку, и получить единицы, но другого варианта нет. Боевые часы, тоже получите в полку. Я думаю одного выезда в месяц на зачистку, будет достаточно. Квартирные и транспортные вопросы решите с Ниной. Она же будет управлять вашей работой. Если есть вопросы — задавайте.

— Зампред Комитета генерал Гаврилов, усиленно намекал, на необходимость информировать его, приватным образом. — Негромко проговорила рыженькая Вера.

— Вера, когда доберётесь до двадцатого уровня, все эти игры потеряют для вас всякую актуальность. А пока, напишите рапорт на моё имя, как члена Совета Обороны. Пусть ему товарищ Игнатов сам бубенцы оторвёт.

Когда Никита и его странный кошкочеловек ушли, девушки переглянулись.

— Ну при личном контакте, он производит сильное впечатление. — Призналась Вера. — Монолитный мужчина. Сколько ему, говоришь?

— Восемнадцать будет этим летом. Спокойно ответила Нина. — Но ты учти, что у него последний измеренный коэффициент интеллекта — что-то около двухсот. Двести десять что ли. А с такими мозгами, вся подростковая муть, просто не заводится. И он конечно видит всех нас насквозь, так что лучше не врать. Просто в один момент, окажешься на обочине, а его паровоз скроется вдали.

— А ты с ним…

— Да. — Нина мечтательно улыбнулась. — С этого мы начали. И он очень хорош. Силён как бык, а нежен, словно мальчишка. Но, сразу предупредил, чтобы я не вздумала его ревновать, и вообще выяснять отношения. Это тоже часть договора. Так что, если решите с ним упасть в койку, помните об этом. Ну и будьте готовы закрыть его своим телом, если всё пойдёт по плохому сценарию. Сейчас Никита Анатольевич, самый важный человек для страны, куда важнее чем весь Совет Обороны.