Вы меня не знаете - Махмуд Имран - Страница 29

Я обмотал Джамиля скотчем и протер отбеливателем, пошел в большую комнату, взял горсть соды, которая лежала там повсюду, и присыпал ею влажные места. Я посыпа́л его содой, пока все не высохло. Ее запах помог замаскировать запах крови. Короче, наконец я запихнул его в куртку и застегнул, так что издалека он вроде бы выглядел не так плохо. Для трупа. Я натянул ему на глаза шапку и позвал Курта.

– Супер, – говорит Курт. – Теперь давай снимай с себя эту хрень.

Я снимаю кофту, испачканную кровью и содой, и бросаю в мусорный мешок. Я гадаю, что мне надеть, и тут Курт протягивает мне худи. Видите, это было его худи. Черное худи размера XXL с белыми иероглифами на спине. Ну, вы помните. Улика номер три, про которую талдычило обвинение. То самое худи. Я натягиваю его, не раздумывая. Курт был в этом худи три дня назад, когда мы встретились с Джамилем в районе. Свидетельница, которая видела меня тогда, скорее всего, перепутала, кто во что был одет. Не знаю, как такое может быть, но, видимо, может.

– Держи перчатки, – говорит Курт и протягивает мне пару желтых хозяйственных перчаток. Он тоже надевает такие же, и секунду мы стоим и смотрим друг на друга, оба в дурацких перчатках. Потом молча берем Джамиля под руки и тащим через два пролета на первый этаж, к выходу.

Прежде чем открыть дверь, я смотрю на Курта. Дышит он тяжело, но в остальном выглядит нормально. Даже в каком-то смысле спокойным.

– А те двое наверху? – спрашиваю я.

– Никуда не денутся. Скотч продержится еще долго, – говорит он и выталкивает тело на холодный воздух.

Блин, это было сложнее всего. Мы как будто тащили мешок цемента, пытаясь при этом держать его вертикально. На лестнице мы его пару раз уронили, и было отстойно. Каждый раз я боялся, что он сейчас закричит. Но нет. Как будто в кои-то веки встречал удары как мужик.

Мы спустились, и Курт держал его стоймя, пока я в поисках ключей шарил по карманам его куртки, перебирая смятые клочки папиросной бумаги. Потом мы вышли на холодный воздух и стали искать его тачку.

– Блин, где его тачила? – спрашиваю я, оглядываясь.

– Да просто нажми кнопку, может, бибикнет.

Я нажал, и с противоположной стороны улицы нам мигнуло два янтарных огонька. Вон он, его блестящий М3, прямо под деревом. Непонятно, как мы сами не увидели.

Что мне надо было поискать, так это его телефоны. От них точно надо было избавиться. Но я не думаю как убийца, понимаете. Мы такое не планировали. Мы хотели его ограбить, только и всего. Чтобы Ки была в безопасности. Ничего больше. Но мне не повезло. Сейчас, правда, это уже не важно. Вы же теперь все знаете. А, блин, волосы. Мои волосы у него в машине. Тогда я об этом даже не подумал. Кто будет думать о волосах, если у тебя их почти нет? Наверное, надо было застелить сиденья полиэтиленом, прежде чем садиться, или помыть потом из шланга всю машину, но, блин, у меня в голове тогда толпилось столько мыслей, что об этом я и не подумал. Так они потом тебя и находят. Как там говорится? Кое-что можно предусмотреть. Можно предусмотреть почти все. Но невозможно предусмотреть абсолютно все. Типа того. Ну, вы поняли.

Короче, мы припарковались за одним знакомым домом, вытащили Джамиля из машины и приволокли к такому типа навесу, где стоят мусорные баки. Мы понятия не имели, что с ним делать, так что просто выкинули его там. Как мешок с мусором. Он упал, и я хорошо помню тот глухой стук, как будто его здесь уже нет, как будто он уже далеко от своего тела. Я только поэтому и смог это сделать. Потому что знал, что это уже даже не он. А только его прошлое.

Мы надели на его обмотанное скотчем тело мусорный мешок, чтобы оно не бросалось в глаза, и, уходя, оглянулись. Я шепотом вроде как помолился, пытаясь представить его, но видел только кучу мусора. Помню, я тогда вспомнил вот это «прах к праху» и понял, что он ушел.

Теперь нам надо было избавиться от тачки. Уезжать далеко мы не хотели, потому что еще оставалось разобраться с Шайло и Бинксом. Так что я проехал еще немного, мы увидели другой ЖК и припарковались.

– Здесь? – спрашивает Курт.

– Че бы нет? – Я вылезаю.

– Такая тачка? Здесь? Ее ж точно угонят, – говорит он, выталкиваясь из сиденья.

– Вот именно. – Я иду к главной дороге, убедившись, что не закрыл двери и оставил ключи в зажигании.

Мы выкидываем перчатки в ближайшую мусорку, запрыгиваем в автобус и едем обратно в наш «притон». Мы медленно подходим к дому, внимательно озираясь. На всякий случай. Никогда не знаешь, вдруг кто выскочит. Но все вроде бы нормально. Все как раньше. Мы взбежали по лестнице и у двери прислушались. Как вы понимаете, не хотелось бы, чтобы на нас выпрыгнули два охеренно злых парня. Я прижимаюсь ухом к двери, но слышу только дыхание Курта. Я показываю ему большой палец, он вставляет ключ и поворачивает. На пятьдесят процентов я уверен, что их там уже нет. Но дверь открывается, и вот они – полностью очнулись и теперь мычат и извиваются в своих футлярах из скотча. Мы не обращаем на них внимания и начинаем прибираться. Мы, по сути, заливаем все моющим средством, пока в квартире не начинает пахнуть, как в бассейне. После него уж точно ничего не останется. Оно убивает девяносто девять процентов всей известной херни, это все знают. Только когда мы все отмыли, Курт наконец посмотрел на меня, а потом – на мычащих чуваков на полу. Он втащил меня в дальнюю комнату, чтобы они ничего не услышали.

– Че будем делать с этими клоунами?

– Разрежем скотч, – говорю я.

Мне просто хотелось, чтобы все кончилось. Здесь и сейчас. Чтобы они свалили. Чтобы свалил Курт. И самому свалить тоже.

– Ну а если?..

– Они ни хрена не знают. Они без сознания валялись, – говорю я.

– Но в конце концов они заинтересуются, куда подевался их босс.

– Скажем, что отвезли его к Пушкам. Может, они даже стуканут Олдам и сами начнут замес.

– Дело говоришь, – отвечает Курт, идет обратно в комнату и отклеивает скотч с их лиц. Они орут как девчонки. Курт наклоняется и зыркает на них.

– Слышьте, мудилы, еще раз увижу ваши рожи – будете пули жрать, ясно? – Он хватает их, по одному в каждую руку, и ставит на ноги.

– Где Джей Си? – Шайло потирает голову.

– У него дело с Пушками. Он у них. И на вашем месте я бы свалил отсюда на хер, пока они и вас за жопу не взяли.

Бинкс приходит в себя и становится таким же дерганым, как и раньше. Потом смотрит на свою ногу и орет.

– Бля, чувак, ты меня подстрелил, – говорит он мне и хнычет, как ребенок.

– Да, бля, подстрелил.

Они собираются уходить, но Курт хватает обоих за шкирку.

– А ну-ка, погодите. Курт вам сейчас задаст пару вопросов. И, прежде чем пиздеть, хорошенько подумайте, не то поедете на север прямо за Джей Си.

Даже мне страшно, когда Курт говорит о себе в третьем лице. Я смотрю на него, и он кивает, будто говоря: «Ага, сам знаю».

Перерыв: 11:00

22

Остальное уже детали. Мы не ожидали, что Джамиль выкинет такой фокус, понимаете. Даже близко. Да, мы подозревали, что он может попытаться что-то такое провернуть, но мы не думали, что он настолько тупой, чтобы перекрыть себе возможность покупать минимум в два раза дешевле, чем у Олдов. Он, судя по всему, ни хрена не продумал.

Правда, больше всего нас поразило, что в сумке у него реально были деньги. Не все шестьдесят косарей, а половина. Он как будто даже не боялся остаться без них. Зачем вообще их брать, если ты собираешься спереть наркоту? Сначала мы не доперли. И не то чтобы он взял кэш на всякий случай, потому что в сумке была только половина.

Шайло рассказал, что красть товар они не планировали. Они собирались отдать тридцать штук. Шайло и Бинкс начали бы барабанить в дверь, типа шухер, Курт бы растерялся, не успел пересчитать и просто отдал бы товар. Они, как оказалось, реально орали: «Тут полиция!» – или типа того, чтобы ускорить дело. Короче, Джамиль думал, что уйдет с килограммом кокса, а нас нагреет. Но не настолько, чтобы мы из-за этого замесились с Олдами. Неплохой план. Но они недооценили Курта. Он не собирался ничего передавать, пока не получит бабло. И когда Курт не запаниковал, как они рассчитывали, Джей Си достал пушку, и все завертелось само.