Вы меня не знаете - Махмуд Имран - Страница 26

– Да нет, это идеально. Тут надо просто поработать. Сковородки есть? – говорит она, заходя на кухню. Возвращается с гримасой на лице. – Есть три больших под этими завалами. Вытащите их, отмойте и расчистите плиту.

– Ты что, хочешь, чтобы мы тут все отмыли? – спрашивает Курт, сбитый с толку.

– Не совсем. Просто все должно выглядеть так, как надо.

Мы с Куртом переглядываемся, типа, о чем это она. Ки пожимает плечами и вздыхает так, будто разговаривает с идиотами, что, в принципе, не так уж далеко от истины.

– Притон – это не просто какой-то срач. У всего в этом сраче есть назначение. Так же, как, например, на стройке. Там куча всякого барахла. Там бардак. Но все это барахло – нужное. Так что, если вам больше нечем заняться, давайте-ка подключайтесь. Быстро! – говорит она и снова принимается ходить и размахивать руками, выкрикивая указания.

Слегка ошарашенный, Курт встает. Он еще никогда не видел ее такой, в отличие от меня, хотя на этот раз она реально в ударе.

– Налейте в них воды, поставьте на плиту. Надо, чтобы вода кипела. Добавьте отбеливателя. Есть же отбеливатель? Этот стол поставьте в центр. Вокруг него должно быть много места. Стол – это рабочая зона. Все остальное – абсолютно все – нужно вынести. Уберите в другую комнату. Просто свалите там. Нет, матрас оставьте. Теперь окна. Занавески снимите. Они не подходят. Окна полностью заклейте газетами. Тот кирпич с вентиляцией тоже заклейте. Теперь порошок. Нужно что-то похожее на разбавитель. Чистящее средство. Курт, сбегай в магазин за чистящим средством. В виде порошка. И купи соды. Столько, сколько сможешь. Нам нужно много белого порошка. Магниевая соль. Что-то подобное.

– Бля, Ки!.. – Я реально офигел. – Откуда ты это взяла?

– Тут рядом есть магазин, я видела, когда мы подъезжали.

– Да не. Я про все это. Откуда ты знаешь, как должен выглядеть притон?

– Лучше тебе не знать, – сразу отвечает она. Но, помолчав, вздыхает и говорит: – Я пару разу бывала в притонах с теми уродами.

– Зачем им это?

Ки не отвечает, как будто не слыша вопроса, но как только Курт выходит, говорит:

– Нужна пара девчонок. В масках.

– Ла-а-адно, может, я кого-нибудь найду.

– Без одежды.

– Чего?

– Чтобы ничего не украли, – говорит она и смотрит мне прямо в глаза.

Бля.

– Ки. Мне так жаль, – говорю я, и мне правда жаль.

Перерыв: 15:05

19

До перерыва я рассказывал, как мы делали притон.

Тот, кто видел настоящий притон, на наш бы не купился, но мы рассчитывали на то, что настоящего притона Джамиль никогда не видел. Да, он заезжал к Олдам, когда покупал свои кэгэ, но, по слухам, он встречался с ними на парковке, куда они приезжали на своих «мерсах». К тому времени они уже стали доверять друг другу, поэтому спокойно обделывали дела таким образом. Но на производство его не пускали.

Чтобы план сработал, наш притон должен был показаться Джамилю правдоподобным. Необязательно, чтобы он был идеальным, но он должен сойти за такой при беглом осмотре. По плану Джамиль должен был пройти в дальнюю комнату мимо всего этого порошка и рабочей зоны. Мы подумали, что, если все будет выглядеть как надо, он не станет задавать вопросов. Все-таки он просто пацан. Псевдогангстер.

К нужному дню притон был полностью готов. Квартира пахла отбеливателем и другой химией, на столе в центре комнаты – гора белого порошка, в основном сода, весы, полиэтиленовые пакетики, несколько бритвенных лезвий и так далее. Все окна были заклеены, только с потолка свисала одна лампочка, которая бросала огромное пятно света на стол, а углы комнаты оставались в тени. Мне казалось, что все выглядит правдоподобно, но я ни разу не был в притоне. Но и Курт остался доволен. И Кира. А они-то знали, как все должно быть, хоть и по разным причинам.

Не хватало только девчонок. Мы не знали никого, на кого можно было бы рассчитывать в таком деле. Мы перебрали всех знакомых, но те, которые согласились бы ввязаться в такую херню, были, по сути, наркоманками, а они слишком непредсказуемы. Хрен знает, что им в голову взбредет. Я решил, что придется обойтись без них. Выбора не было.

– Скажем, что у них перерыв, – предлагаю я.

– Перерыв? Это тебе не «макдак», бро. У них не бывает перерывов. И уж точно не в одно и то же время, – говорит Курт и оценивающе оглядывает комнату.

– Но сейчас-то уже ничего не поделаешь, да? Он минут через десять придет. Ки, тебе пора делать ноги. Быстро! – кричу я в кухню, где она нагревает в сковородках воду. – И дай мне маски, пусть лежат где-нибудь тут.

Если бы это был настоящий притон, мы бы ходили в этих масках, чтобы порошок не попал в легкие, пока мы его разбавляем. Я купил их, чтобы их надели девчонки, но, как я говорил, никаких девчонок мы не нашли.

– И фартуки, – добавляю я.

В оставшиеся несколько минут я пытаюсь еще раз мысленно пробежаться по плану. В комнате все готово. Маски и фартуки есть, правда, надевать их некому. Пистолет у меня.

Из-за «Байкала» я как будто не знаю, кто я такой, но в то же время с ним я чувствую себя практически цельным. В некотором смысле я не совсем понимаю, как буду жить без него. Этот засранец по-прежнему нашептывает мне, но мы с ним нашли общий язык. Я не буду им пользоваться. Он со мной просто для подстраховки, как третий человек. Хотя, возможно, я шарахну Джамиля пистолетом по башке. Ну, если понадобится.

И тут входит Кира в бейсболке, натянутой до самых глаз, лицо закрыто маской. Я чуть было не рассмеялся, как будто она придуривается. Но я смотрю на нее снова, вижу все остальное, и меня захлестывает не только злость, но и всякие другие чувства.

– Ни хера, – говорю я. – Ты этим заниматься не будешь.

Она стягивает маску.

– Ты понятия не имеешь, чем я занималась. Не смей мне указывать. Я остаюсь. – Уже другим тоном она добавляет: – У нас что, есть выбор?

Я смотрю на Курта в надежде, что он что-нибудь скажет, но он такой типа, ну а что тут еще можно сделать.

– Чувак, ну скажи ты ей, – говорю я.

– Она права, дружище. – Курт поднимает руки вверх.

– Тогда, блин, хотя бы не пялься на нее, – говорю я и бросаю Кире фартук. – Я еще не сказал, что согласен. Надень, блин, пожалуйста, фартук, пока я думаю.

– Нечего тут думать, – отвечает она, и тут в дверь стучат.

– Это еще кто? – говорю я, бросаюсь в дальнюю комнату и прячусь за дверь. Я трогаю «Байкал», чтобы убедиться, что он на месте, и глазами ищу, что бы схватить. Нахожу среди хлама металлический гриф от гантелей и взвешиваю в руке. Увесистый, может, даже слишком.

Сердце у меня опять начинает колотиться. Бум-бум-бум. С минуту я жду и слышу, как открывается дверь. Блин, все происходит слишком быстро. Потом слышу голос Курта. Потом – Ки. Это уже странно. Она должна быть в маске, стоять за столом. Не должна говорить. Она должна играть роль забитой девки из притона, а не болтать с покупателями. Надо было втащить ее сюда. Чем я только думал?

Я заглядываю в щель, но почти ничего не видно. Курт все загораживает своей широченной спиной. Тут я слышу, что меня зовут, и кто-то подходит к двери. Я наготове сжимаю гриф. Чувствую, как кровь отливает от ладони, а в пальцах пульсирует. Первым должен войти Курт. Джамиль – за ним. Мне нужно ударить второго. И вот я вижу, как Курт заглядывает в комнату, свет из-за двери ложится цветной полоской. Что-то не так. Он зовет меня по имени. Так быть не должно. Никто не должен знать, что я здесь прячусь. Еще, блин, и с пистолетом в кармане. Может, подстава?

– Бля, чувак! Ложная тревога. Ложная. Убери давай эту штуку.

– Блин! – Я начинаю глубоко дышать. Дыхание восстанавливается не сразу. Наконец я спрашиваю: – Что там?

– Благословение.

Перерыв: 15:05

20