Колдун одиннадцатого мира (СИ) - "Касим" - Страница 88

Одним из аспектов системы ДнД была система Навыков. Они отражают некий аспект характеристики, а владение ими демонстрировало мастерство в определенных аспектах.

Навык Восприятие, который я освоил еще в начале своего пути, давал бонус к обнаружению самых различных вещей — начиная от лишней закорючкой в тексте контракта, заканчивая прячущимися мутантами, которых не смотря на 3 часа ночи, вокруг было излишне много.

— Конечно. — Понимающе кивнула Шарлин, нажав на несколько кнопок и развернув свое кресло ко входу. — Прошу за мной.

— Как скажете. — Кивнул я, последовав за хозяйкой дома.

Внутри дом соответствовал своему внешнему виду. Большое количество дерева, старинной мебели, картин, живых растений, ковров и прочих атрибутов старинного поместья. Вот только если присмотреться, то было заметно, что здесь учатся необычные дети: картины были за тонким слоем бронированного стекла, мебель носила следы постоянного ремонта, горшки для растений были из закаленной глины, а от ковров чувствовался свежий запах моющего средства.

Одним словом — кто бы не был завхозом этого места, но с тем, чтобы сохранять атмосферу старинного поместья он справлялся на все 100 %.

— Ты ничего не поменяла. — Заметил я, задумчиво оглядываясь по сторонам. — Здесь все осталось прежним со времен твоей матери.

— Она любила этот дом. — Ответила Шарлин, поправив сползшую легкую куртку. — Это меньшее, что я могу, чтобы почтить ее память.

— Это не помешало тебе пропустить ее смерть, гуляя по Лондону, а потом годами не навещать родной дом. — Отметил я, краем глаза заметив как напряглась идущая рядом Маккой, а плечи Ксавьер невольно вздрогнули.

— Я была молода и глупа. — Но к ее чести голос у нее остался ровным и спокойным. — И совершила множество ошибок, которые стараюсь исправить до сих пор. Это школа яркий тому пример.

— Стараешься спасти тех, кого большую часть жизни игнорировала и даже использовала. — Усмехнувшись заметил я. — А ведь с твоей силой ты могла бы спасти всех мутантов буквально за пару дней. Политики, военные, богатейшие люди планеты, сильнейшие мутанты… Все они могли бы начать танцевать под твою дудку.

— Вот только quis custodiet ipsos custodes? — Спросила у меня Шарлин, процитировав крылатую фразу из Сатир римского поэта Ювенала. Кто устережёт самих сторожей? — Ты же сам много раз говорил мне и Эмме, что власть развращает, а абсолютная власть развращает абсолютно. Я всего лишь простая женщина, крестный, и знаю себя лучше, чем кто либо еще.

— Неужели боишься не справиться с возложенной ответственностью? — Уточнил я, немного нахмурившись. Что не говори, но о волевых и моральных качествах Шарлин я знал получше многих. Сравниться с ней, на моей памяти, могла только одна юная девушка, сейчас досыпающая последние месяцы во льдах Антарктики.

— Я не боюсь, крестный. — Ответила она, на секунду остановившись и посмотрев мне прямо в глаза. — Я это знаю.

Только вековой опыт и закаленный столетиями медитаций и испытаний характер позволили мне не отшатнуться. Эти карие глаза на простом женском лице, на котором уже давно появились мимические морщинки… В них бушевал настоящий океан. Океан той самой силы, которая позволяла простым смертным в одиночке повергать армии, стирать с лица Земли горы и низвергать целые империи.

Воля.

Не знаю каким чувством, но я понял, что в этом хрупком теле, одетом в простую белую блузку и штаны, скрывалась сила способная ради своей цели перевернуть целую вселенную.

Это пугало и восхищало одновременно. Разжигало у меня в груди огонь. Пламя действия, желания идти вперед не смотря ни на что. Иссушить этот океан, превратить его в песчаную пустошь.

Да, сейчас я легко бы мог свернуть Шарлин шею и никто бы не смог мне помешать, но это было бы глупо и неспортивно.

«Такого соперника нужно повергать на его поле боя» — Улыбнулся я, прилагая все силы, что бы она не перешла в оскал. Профессор Х не была моим врагом, но в будущем мы обязательно столкнемся. Ибо мои планы были далеко за гранью ее мечты о создании идеального общества, где могли жить простые люди и мутанты.

Я собирался сделать нечто настолько грандиозное, что перевернет основы этого мира.

Ведь чтобы создать что-то новое, старое придется разрушить.

— Здесь нас не потревожат. — Сказала Ксавьер, как только мы зашли в большой и просторный кабинет, в середине которого стоял большой дубовый стол, а вдоль стен стояли многочисленные шкафы с книгами, кадки с растениями и висели несколько старинных картин. Мери так и осталась за дверьми, наверняка после телепатического приказа директрисы.

— Я знаю. — Ответил я, нежно проведя пальцами по лакированной поверхности столешницы. — Ты не представляешь, сколько часов я провел здесь играя в шахматы с твоей матерью. Эх, Эльза, Эльза… Я так и не смог ее ни разу обыграть. Может быть часть она тоже была мутантом и могла предсказывать будущее?

— Это было бы очень смешно. — Фыркнув заметила Шарлин, сложив руки на животе в замок. — Женщина, которая терпеть не могла мутантов, бывшая ярой расисткой и одной из глав Ку-клукс-клана, оказалась одной из, как она говорила, ' богопротивных уродов'.

— Жизнь самый лучший сатирик. — Заметил я, подойдя к одной из висевший на стене картин. Будто подтверждая мои слова это оказалась репродукция Ге́рники, одной из самых знаменитых картин Паулы Пикассо, считающуюся страшнейшим обвинением фашизма и тоталитаризма. — Что касается Эльзы, то в ее оправдание могу сказать, что она была продуктом своей эпохи и своего общества. Ведь люди всего лишь холсты, на которых рисуют сначала их родители, а потом остальное общество.

— По такой логике можно оправдать каждого. — Ответила Шарлин, продолжая смотреть на меня задумчивым и неморгающим взглядом. — Ту же нацистскую верхушку.

— Не согласен. — Отрицательно покачал головой я. — Да, общество само задет вектор движения, но именно люди решают насколько оно свернет или отклониться от курса. Особенно это стало актуально с появлением мутантов, каждый из которых обладает силой, способной полностью поменять общественные устои.

— К чему весь этот разговор, крестный? — Устала ходить вокруг да около Ксавьер, невольно помассировав уставшие глаза. Видно, что нарушение режима не слишко хорошо сказывается на ее самочувствии. Нужно помнить, что не смотря на внешность, ей в этом году должно было исполнится 66 лет. Не девочка уже.

— К этому. — Сказал я, достав из кармана пиджака три небольших металлических шарика и бросив их на пол. Там они вместо того, чтобы раскатиться по разным сторонам комнаты, образовали ровный круг и выстелили лучами света, образовавшими отчетливую 3D-проекцию. — Что это такое, Шарлин?

На самой этой проекции велась трансляция происходящего в тысячах миль отсюда. На ней в руинах, оставшихся от первой секции моего бункера вовсю шла битва между основным составом Людей Х, состоящей из знакомой мне долгожительницы, Циклоп, Айсберг, смертного воплощения Феникса и неивестной мне новенькой против команды состоявшей из моей дочери, Кровожада, Лорензы, внучки Седовласой и новой обладательницы костюма Хлыст, и целого отделения наемников-регенераторов из VersaLife. И боюсь перевес был отнюдь не на стороне моих людей.

— Очень хорошо срежиссированный фильм. — После недолгой паузы ответила Ксавьер, наблюдая как Хоулет отрубила кусок хвоста обезумевшего ящера, который в ответ вбил ее в стену. — Хотя операторская работа так себе.

— Крестница, не начинай играй в дурочку. — Ответил я, раздражено показав на проекцию, на которой луч Циклоп отсек руку одной из наемниц, которая не растерялась и швырнула ее в сторону противников, где она взорвалась с мощностью хорошего заряда С4. — Что твоя команда забыла на моем объекте? Они положили порядка четырех сотен человек и нанесли ущерба на 200 миллионов долларов.