Сын могильщика (ЛП) - Джонс Даринда - Страница 16

– Моего сына.

Ещё больше слёз потекло по её щекам.

– Мне так жаль.

– Вы называете нас демонами. Мы называем вас чудовищами.

Она кивнула.

– Это справедливо.

– Это был страх. И ничего больше. Мы сожалеем, что чуть не убили тебя.

Эмбер покачала головой.

–

Правда?

– Твоё горло. Мы захватили контроль. Квентин истекал кровью. Мы должны были

остановить

это.

– Тогда я благодарна.

Она окинула взглядом море лиц. Да, они были порождением кошмаров, с острыми зубами и большими блестящими глазами, но они не хотели убивать её так же, как она не хотела убивать их.

– Рун, ты знаешь что-нибудь о демоне, которого он преследует? Что он хочет?

–

Кроме

нас?

Нет.

– Тебя?

— Он голодает. За счет нашей сущности он мог бы жить веками. А теперь он увидел нас.

Чтобы прокормиться, он убьет Квентина.

– Вот почему его атаковали.

– Да. Пожалуйста, не волнуйся, Путешественница. Мы отдадим свои жизни, прежде чем

это произойдёт.

– Что? Нет. Рун, мы найдём выход.

— Возможно. Но мы не позволим Квентину умереть за нас. Он и так уже много сделал.

Эмбер задумалась. Если она сможет поговорить с этой сущностью так, как говорит с

Руном, может быть...

– Рун, ты можешь удержать Квентина здесь на какое-то время? Ну, как бы, под своим

контролем?

– Могу, но он не будет рад этому.

– Хорошо. Пусть подуется.

– Путешественница, ты когда-нибудь слышала о том, чтобы охотник на демонов дулся?

–

Нет.

– Потому что никто никогда не заставлял охотника на демонов ворчать и оставался жив, чтобы рассказать об этом.

Она рассмеялась и мысленно склонила голову.

— Спасибо, что спас ему жизнь, Рун.

– И почти забрал твою жизнь в процессе? В любое время, Путешественница. Будь

осторожна.

Этот

демон

в

ярости.

– Да, я это почувствовала.

Эмбер не могла понять, поднялась ли она из этого погружения сама или Рун отпустил её, но внезапно она снова оказалась в таверне.

— Ты что-нибудь узнала? - спросила Дора.

Эмбер моргнула и огляделась, ожидая, пока зрачки привыкнут к свету. Квентин смотрел на неё,

но его глаза были абсолютно чёрными.

– Чёрт возьми.

Она похлопала по куртке и нащупала солнцезащитные очки, которые нашла в кармане раньше. Она развернула их и надела на красивое лицо Квентина — лицо, которое пережило так много пыток.

Затем она посмотрела на

Дору.

– Сколько времени я была в отключке?

– В отключке? Что ты имеешь в виду? Ты только что перевернула две подставки.

Она откинулась назад с разочарованием.

– Ты ничего не узнала, правда?

– О, я узнала массу всего. Да уж, узнала. Если Квентин очнётся, скажи ему, что я пошла в туалет.

Кайл в панике вскочил,

когда она встала.

– Подожди, куда ты идёшь?

– В уборную. Так тебе не придется врать. Просто я собираюсь заняться этим в доме Доры.

– О, Боже.

Дора прикрыла глаза, словно это могло как-то помешать Эмбер уйти.

Эмбер тихо рассмеялась, а затем вспомнила, что собирается сделать. Это могло стать самой большой ошибкой в её жизни. И последний шанс сделать то, о чём она мечтала с самого утра. Рискуя тем, что Квентин может очнуться, она аккуратно взяла его за слегка шершавую челюсть, наклонилась и коснулась его губами.Он был теплым и слегка возбужденным, что подстегнуло ее к действию.

Сара принесла еду, как раз в тот момент, когда Эмбер схватила подставки и повернулась, собираясь уйти.

– Отлично, я скоро вернусь. Только, пожалуйста, не забирай мою тарелку, - сказала она, выбегая. Я на минутку.

Она выскочила из таверны и добежала до дома Доры, еле дыша. Обойдя дом, она подошла к задней двери, но обнаружила, что Кайл стоит на пути. Он буквально перегородил её дорогу, скрестив руки на дверном косяке, в одной руке держа планшет, а в другой —

ручку.

— Я не могу позволить вам сделать это, мисс Ковальски. Если с вами что-нибудь случится, я останусь без работы.

– Твоя забота трогает, Кайл, – произнесла она, пытаясь отдышаться. – И не скажешь, что я тебе много плачу.

– Но ты платишь. Другими способами.

Он поправил круглые очки на носу, затем вернулся к своей позе, снова положив руку на косяк двери.

– Кайл, послушай… Подожди, о каких таких способах ты говоришь? Ты что, видел меня голой?

Он прикусил нижнюю губу и покачал головой.

Какого черта?

– Ладно, не важно. Ты понимаешь, что я могу просто пройти сквозь тебя?

– Да, понимаю. Но это невежливо, и ты бы никогда…

Она прошла сквозь него и открыла заднюю дверь. Кайл потрясённо смотрел на неё.

– Прости, Чарли. Я на задании.

– Ты же погибнешь.

Она прищурилась и взглянула на окно чердака.

– Не думаю.

– И со сколькими демонами ты подружилась за последнее время?

На её лице появилась улыбка, которая была неизбежна.

– С сотней тысяч.

Он фыркнул, а потом спросил: – Серьёзно? – и уронил свой призрачный планшет. Он не издал ни звука.

Эмбер вошла в дом, стараясь не переступать черту из чёрной соли. Она прошла к центру небольшой кухни. Не представляя, сколько времени у неё есть, и как долго Рун сможет удерживать Квентина, она сделала глубокий вдох и вышла из круга.Затем закрыла глаза и замерла. Её руки дрожали, и она чуть не уронила подставки. Она уже один раз погибала от рук существа из загробного мира. Ей не хотелось повторять этот опыт.

Когда двадцать секунд спустя она еще дышала, а ее внутренности все еще были... внутри, а не снаружи, она неохотно шагнула к лестнице.И именно тогда она это услышала. Дыхание.

Хриплые вдохи и выдохи, как у раненого животного.

С трудом сглотнув, она начала подниматься по лестнице, ступая медленно, чтобы демон понял: она не угрожает ему. Однако, с другой стороны, оно уже убило как минимум троих — а если Квентин прав, то и больше. И, насколько было известно, оно ни разу не прикасалось к ним. Оно могло раздавить ей череп коллекционным пресс-папье в виде гремучей змеи или отрубить голову одним из старинных номерных знаков Нью-Мексико, висящих на стенах. Её ожидала любая из множества ужасных смертей.

Поднявшись на верхний этаж, она огляделась. Хрипы доносились из того самого угла, где демон прятался ранее, скрытый за полками с запасами и инвентарём.

Скользнув взглядом по комнате, она опустилась на пол, скрестив ноги, и взяла подставки в обе руки. Возможно, ей удастся установить с ним контакт, попытаться понять его цель, но для этого нужно было встретиться с ним взглядом. Или… может, она могла бы обойтись и без этого?

Закрыв глаза, она сосредоточилась на его дыхании. Она ощущала его энергию в комнате — тяжёлую и наполненную статическим электричеством. Она чувствовала, как электрические импульсы касаются её кожи.

Она сосредоточилась на этом. На его энергии. На дыхании. На его присутствии.

Затем она перевернула подставку и положила её на пол, а время замедлилось вокруг неё.

Воздух стал гуще, и её плечи расслабились.

Её охватила его ярость — неистовый гнев. Она позволила себе ощутить его, поглотить и попытаться понять. Почему? Почему эти жертвы? Почему здесь? Почему сейчас? Где-то вдалеке послышался щелчок, словно кто-то печатает на клавиатуре. И тогда перед её глазами начали вспыхивать лица, как кадры немого кино. Толстый бизнесмен из

Чикаго, добрый дедушка из Сиэтла, прелестная сенаторша из Кентукки. Лица тех, кого он уничтожал, одно за другим. Но оно всегда убивало не просто людей. Оно называло последних жертв «другими». И в этом потоке воспоминаний мелькнуло лицо, которое она узнала, как знакомый силуэт на экране её внутреннего взора.