Развитие мертвых (СИ) - Довыдовский Кирилл - Страница 5

Мы подошли к монастырю со стороны крепостной стены и забрались на нее, пользуясь выщербленными кирпичами, как ступеньками. Сверху открылся вид на весь монастырь: на древние башни, на церковь и на…

— А там что?

— Солодежная, — ответил сторож, проследив за моим взглядом. — Одно из самых старых зданий в Москве.

Говоря это, Ван–Ваныч, будто чуть оживился. Кажется, оказавшись на территории, он почувствовал себя увереннее.

— Сейчас уже нет, конечно. Но первый этаж отремонтировали. Идем.

Спустившись по приставной лестнице, мы прошли под стеной до каморки с заколоченными дверью и окном. Снова оглянувшись, Ван-Ваныч подошел к двери… и полез по ней на крышу, чуть повозившись наверху, он произнес:

— Вход здесь.

— Умно, — похвалил я, забираясь следом.

Внутри, в кромешной темноте — я все видел через мертовзрение — Ван-Ваныч первым делом запер на пару засовов люк, а уже после зажег под потолком большой диодный фонарик. Он осветил небольшую комнату с застеленной пледом кроватью, столом с еще одной диодной лампой и книгами. Их внутри оказалось просто огромное количество: от дешевого фэнтези в мягкой обложке до… дорогого фэнтези в твердой обложке. Большинство стояло на полках, остальные лежали в картонных коробках — не вперемешку, а аккуратно, корешок к корешку. Позабавило, что Емец соседствовал с Роулинг, а Перумов с Толкином. Как я понял, не случайно.

— Хорошая библиотека.

— А? Да, люблю почитать, — Ван-Ваныч слегка улыбнулся, показав тонкие желтоватые зубы. — Раньше-то скачивал, а теперь с интернетом плохо, приходится вот… Но хоть бесплатно.

— Значит, интернета нет?

— Через спутник только, — покачал головой сторож. — А это только у ополченцев и у омонцев. Лучше у омонцев — безопасней, но до них идти дальше. У камазовцев, я слышал, тоже есть, но не люблю я их. Чай будешь?

Вытащив из-под кровати китайскую походную печку, он поставил ее на стол. Завозился, вставляя на место газовый баллон и переворачивая держатель.

— Чай, да…

По-хорошему, стоило для начала вникнуть в то, что в городе происходило, вот только в моем глобальном плане срочные дела тоже были. Каждый потраченный впустую час уменьшал шансы на благоприятный исход.

— Что ты хочешь за помощь? — спросил я.

— Если только ответы… ответить я и так могу. Ничего на надо.

Он поставил на печку небольшой алюминиевый чайничек, щелкнул включателем.

— А все–таки? Может быть, еда? Оружие? Патроны? — я оглядел еще раз жилище Ван-Ваныча. — Книги? Неужели, вообще ничего ненужно? Для меня это несложно.

Я в принципе парень добрый, но в первую очередь меня интересовала обоюдность сотрудничества.

— Книги?

Ага!

— Да, пополним твою библиотеку!

— Есть одно место, — признался после паузы Ван-Ваныч. — Хотел сам туда забраться, но мне помешали. Больше не стал рисковать. Там…

— Мертвецы?

Ну, а что еще может быть?

— Да. Мертвецы.

По сомнению в голосе я понял, что речь не о «просто мертвецах».

* * *

Конечно, я бы и за чайком Ван-Ваныча расспросил, но зачем, если все то же самое он мог рассказать во время выполнения его просьбы. Не сказать, что он так уж мне понравился, но это был человек. Землянин. Первый за долгое время, с которым я разговаривал.

— … это новостройка на самом берегу, под монастырем. А вагончики, в которых строители жили, они не прямо около домов, а подальше. Драксов там обычно не бывает. Днем там хромые ходят, но мало. А драксы… я не видел, но они могут подлететь. Потому и не рискнул. Только до самого крайнего вагончика доходил, но там генератора не было.

В общем, сторож повел меня не в «Библиотеку имени Ленина», а на ближайшую стройку, где до апокалипсиса рабочие пользовались какими-то чудесными бесшумными генераторами, а именно такой Ван-Ванычу и был нужен, чтобы заряжать гаджеты и читать через них книги, которых сторож закачал себе бесчисленное количество, пока еще интернет работал.

Ничего другого Борису Ивановичу Иванову для полноценной жизни не требовалось. Оружие и патроны у него были. Церковных запасов продовольствия должно было хватить не на один год. Тем более, на одного человека. Весь состав прихода эвакуировали почти сразу после начала. Ван-Ваныча с собой никто звал и, как выяснилось, на его счастье. Никто из уехавших не вернулся, что, вероятно, означало, что все они мертвы. Барьер вокруг Москвы за прошедшее время никуда не делся.

— Его пробовали отключить? — об этом я еще в монастыре спросил.

— Взрывали. Кажется, даже поезд пускали. Ничего не помогло.

— Но связь он пропускает?

— Спутниковые телефоны работают. Интернет тоже, но только отдельные сайты.

То есть, теоретический шанс связаться с братом оставался. Для этого нужно было раздобыть спутниковый телефон… или, точнее, модем, подключить его к ноутбуку и написать брату на одну из почт. Ну а потом… ждать, пока брат также обзаведется спутниковой связью… Черт, сложно. Хотя Глеб ведь мог написать письмо до того, как все отключилось…

— А какое число сейчас?

Это также следовало проверить. Уж коль с пространством все оказалось непросто, вдруг и на «четвертое измерение» путешествия между мирами каким-то образом влияли? Если не влияли, то по моим подсчетам сейчас должно было быть число тринадцатое или четырнадцатое.

— Четырнадцатое…

Глаз — алмаз!

— … июня.

— Июня⁈

— Да.

Это меня немного сбило с толку. Должно было пройти почти два месяца, а прошел… всего месяц? У меня вдруг сердце в пятки ушло.

— А год какой?!!

— Две тысячи…

Глава 4

— А год какой⁈

— Две тысячи…

Хоть бы не семнадцатый! Черт, да хотя бы не двадцатый или тридцатый!

— … шестнадцатый.

Фу! Получается даже хорошо. Правда, непонятно. На Земле время текло медленнее? Или дело в Острове? Ладно! Пока это ни на что не влияет, разница в месяц — терпимая.

— Для чего сейчас солодежную используют?

Если сторожа и удивил вопрос, внешне он это не показал.

— Просто комнаты, — ответил он. — Для отдыха.

— На первом этаже?

— Да.

— А подвал?

— Подвал?

Чуть ли не впервые, Ван-Ваныч, говоря, посмотрел не куда-то в сторону, а прямо мне в глаза. Впрочем, он почти сразу отвернулся.

— Просто подвал. Не знаю.

— В нем делали ремонт?

— Вряд ли. Хотя, может, трубы какие-нибудь. Можно поискать в архиве, там бланки на стройку должны быть.

— Гм… понятно.

Арку наверняка строили в тайне. Пусть это происходило в годы его работы, Ван-Ваныч вполне мог об этом не знать. Хотя слова об архиве какую-то надежду дали. Дотошные люди, разумеется, позаботились бы и о том, чтобы все документы уничтожить, но что если они были не дотошные, а хитрые? Тогда постройку арки вполне могли бы сделать частью общего ремонта здания. По смете кальянную для батюшки закладывали, а по факту к кальянной — ну или что у них там «для отдыха» — еще кое-что присовокупили. Почти идеально, особенно если с каждым из строителей после этого по несчастному случаю бы произошло. А если нет? В накладных должны были остаться имена, названия фирм и прочее. Ниточка тоненькая, но заняться нужно. Да и саму солодежную обыскать.

— Кто такие ополченцы? — спросил я Ван–Ваныча уже на пути к новостройке.

— Люди, — ответил сторож. — Выжившие.

— А омонцы?

— Тоже.

— Другая группа?

— Да.

— А сколько их всего?

— Несколько.

Без больших подробностей, но постепенно Ван-Ваныч все мне рассказал. Ну и с учетом того, что я от себя додумал, получалось примерно следующее.

Первую неделю после моего «отлета» в городе ничего особенного не происходило. Часть людей сидела по квартирам, часть пыталась вырваться и погибала под барьером. Как выяснили, под ним происходило что-то вроде нокаута. И если человека вытащить, то потом его можно вернуть в сознание. Если он там не более чем на два часа застревал. Я спросил ради интереса, как все это выяснили, и сторож сказал, что это ему у омонцев рассказали, а как они догадались, он не знал.