Точка Бифуркации XI (СИ) - Смит Дейлор - Страница 47

Слова Андрея повисли в воздухе, давая пищу для размышления каждому из присутствующих. Я смотрел на своих товарищей, пытаясь понять их мысли. Максим казался задумчивым, а Степан слегка нахмурился, явно взвешивая все «за» и «против».

— Значит, штаб? — тихо произнёс я, глядя на Андрея. — Хорошо. И как именно ты это себе представляешь?

Андрей слегка усмехнулся, но в его взгляде появилась тень загадочности:

— С твоими ресурсами, Лёха, и моей силой, — на этих словах я не сдержался и закашлялся, с трудом подавляя смех. — Ну прости-прости, — Белорецкий тут же поправился, — и нашими силами, мы им такую кузькину мать покажем!

Глава 19

Небо затянуло серыми облаками, из которых медленно сыпался снег. Он кружился в воздухе, ложился на землю, но тут же исчезал, оставляя после себя лишь тонкую водяную плёнку. Древний турецкий город, раскинувшийся в предгорной местности, смотрелся одновременно уютно и настороженно. Небольшие дома с плоскими крышами прятались за холмами, а в низинах текла широкая река, которая, казалось, помнила все секреты здешних мест. Ветра почти не было, и тишина казалась абсолютной, нарушаемой лишь редкими шорохами падающего с веток снега.

Под этим, казалось бы, обычным пейзажем прятался тщательно скрытый от посторонних бункер. Глубоко под землёй, защищённый несколькими слоями бронированных дверей и каскадом пропускных пунктов, разместился главный штаб турецкой армии. Просторное помещение, заполненное современной техникой и оборудованием, являлось сердцем стратегического управления и военной машиной страны.

Потолок целиком освещался яркими люминесцентными лампами, создавая резкий контраст с серыми бетонными стенами. Просторный зал, с десятками рабочих мест, выглядел как пчелиный улей, в котором кипела напряжённая работа. Каждый шаг по гладкому полу отдавался гулким эхом, наполняя пространство особым ритмом.

Огромные экраны вдоль стен транслировали карты местности, а на некоторых воспроизводились кадры с дронов-наблюдателей. На одном мониторе бесконечно повторялся короткий ролик — запись начала вражеской операции, которая завершилась полным уничтожением турецкой перевалочной военной базы. Последние секунды ролика завершались кадрами взрыва, за которым мелькнула чёрная тень, и изображение обрывалось — дрон был уничтожен. Офицеры в униформе склонились над консолями, передавая приказы и анализируя данные. Их движения были слаженными, но нервными, как у людей, осознающих масштаб произошедшего.

В правой части зала, за стеклянной стеной, на втором уровне находился ряд помещений, одним из которых был кабинет начальника штабов вооруженных сил Османской Империи. Там за большим овальным столом десятки военных чиновников обсуждали случившееся. Их голоса звучали сдержанно, но в них сквозили тревога и гнев. Тема обсуждения не оставляла сомнений: враг умело воспользовался их уязвимостью, что привело к катастрофическим последствиям. Бумаги и планшеты, разбросанные по столу, только добавляли хаоса к волнительной атмосфере.

В мерный шум обсуждений внезапно вклинился неожиданный звук — протяжный низкий гневный рык. На нижнем ярусе откуда ни возьмись появился высокий светловолосый мужчина. Его вид казался более чем странным: тело обёрнуто в простыню, завязанную через плечо на манер римской тоги, на ногах высокие армейские берцы, и больше ничего. В руках — мобильный телефон.

Пошатываясь, человек сделал несколько шагов вперёд, затем взобрался на один из столов, сверкнув голыми ягодицами и вызывая недоумение у всех присутствующих, что-то пробубнил себе под нос.

— Ви недобитый собак! Я биться пришёл воин самый сильный ваш! — глухо прогремело по залу.

Слова с чудовищным русским акцентом заставили всех замереть. Мужчина вальяжно оглядел помещение, словно наслаждаясь эффектом.

В штабе повисла тишина. Связисты, ит-специалисты, офицеры, каждый из присутствующих прекратил свою работу, в изумлении глядя на незваного гостя. За стеклянной стеной чиновники и генералы тоже замолкли, растерянно переглядываясь. Весь зал наполнился шёпотом.

— Это кто такой? — рыкнул один из военных и тут же добавил: — Где охрана⁈ Быстро взять его!

— Я повторить! Шакальские морда! Искать хочу сильны воин ваш, чистить рыло ему чтобы! Выходи, подлый трус, негодяй! — гневно выкрикнул незнакомец, постоянно подглядывая что-то в своём телефоне. Его голос эхом разнёсся по всему залу.

— Он же голый! — прикрыв ладошками глаза, возмущённо пискнула одна из девушек, сидящих за компьютером неподалёку. Её лицо вспыхнуло от смущения, и она поспешила отвернуться.

Сначала никто не решался подойти к странному мужчине. Несколько офицеров бросились к дверям, но, к их ужасу, те оказались заморожены. Толстый слой льда сковал металл, не позволяя выбраться наружу. Ещё несколько человек схватились за рации, но ответа не последовало.

— Смели ходить на русский земля вы! Должен я мстить! — вновь прокричал мужчина, его голос звенел уверенностью и вызовом.

Военные недоумённо переглядывались между собой и рассматривали странного молодого мужчину, неизвестно как оказавшегося на секретной военной базе.

— Он психопат?

— Это русский⁈ — выдавил кто-то, глядя на незнакомца.

— Откуда на базе в Анкаре взяться русскому?

— Похож…

— Да плевать кто это… Как он здесь оказался⁈ Схватить его срочно!

Охрана всё не появлялась, а ломившиеся наружу люди так и не смогли открыть двери, намертво примороженные к стенам.

Вдруг мужчина поднял руку и указал пальцем на стеклянную перегородку, из-за которой за ним наблюдала едва ли не вся военная элита Османской империи:

— Ти! — выкрикнул он, обращаясь к одному из генералов. — Ко мне!

На этом моменте тело пожилого офицера буквально вырвало с того места, где он находился, и пробивая толстый слой стекла, рвануло через весь зал к полуголому дебоширу.

Тут-то чиновники и поняли, что одной болтовней этот в высшей степени странный незнакомец ограничиваться не собирается. Разом шагнув к выломанному проёму и не замечая кусков разбитого стекла на полу, мужчины вытянули руки в сторону неведомо как ворвавшегося в их святая святых безумца, и попытались прижать его к земле.

Оказавшийся у ног нарушителя офицер, прежде на всей скорости впечатался лбом в бетонный пол, да так и остался лежать на нём же, будучи намертво прижатым силой молодого мужчины.

В огромном помещении штаба на несколько секунд снова повисла звонкая тишина, во время которой группа военных чиновников упёрлась взглядом в молодое лицо с коротко остриженными волосами. Губы мужчины задрожали, что следом передалось на подбородок, а затем и на его руки. Колоссальная нагрузка упала на его плечи, отчего стол под ногами неизвестного вмиг треснул, сложился, а затем и вовсе вмялся в пол. Сам же гость оказался не по возрасту сильным одарённым и сумел не только выстоять на ногах, но и сдержать напор объединившихся в группу офицеров. Правда, при таких вводных данных, будь этот человек хоть самим императором в ранге Абсолют, долго продержаться против объединённой атаки вытянувших в его сторону руки людей, ему не судьба.

Секунды растягивались в бесконечность, и казалось, что время будто остановилось. На помощь своему начальству стали подключаться те редкие штабные офицеры, которые имели хоть какую-то силу. Они вытягивали руки и пыжились изо всех сил.

Вдруг, в руках мужчины откуда ни возьмись оказалась стеклянная бутылка, явно для хранения алкоголя. Старательно делая вид, что с лёгкостью справляется с напором врага, мужчина откупорил её и сделал демонстративный глоток, после чего резким движением разбил стеклянную тару о затылок сумевшего оторвать голову от пола генерала.

Несколько часов назад

Я развалился на широком удобном кресле, вытянув ноги, и лениво поглаживая опустевшую кружку. Потрескивание горевших дровин приятно воздействовало на слух, а в голове крутились странные весёлые мысли. Андрей сидел напротив, задумчиво уставившись в пустоту. По его лицу было видно — мысли где-то далеко, неподвижные глаза практические не моргали. Максим, оглядывая массивные брёвна, выглядел слегка потерянным. Его внимание явно привлекали интерьер и конструкция бани, но вслух он это никак не комментировал. А вот Степан, сидевший в углу, выглядел так, будто готов был всех нас пожурить за расслабленность — товарищ был явно не в восторге от прозвучавших идей.