Душеприказчик поневоле (СИ) - Котляров Лев - Страница 61

А потом все закончилось.

Я с трудом открыл глаза и без единого шороха в голове смотрел на низкое графитовое небо. Мне понадобилась целая минута, чтобы понять, что я лежу на Изнанке.

Как я здесь очутился?

Тишина.

Приподнявшись на локте, я заметил вдалеке сидящую на валуне Грету. И только сейчас подумал, что этот здоровенный булыжник всегда появлялся там же, где и она.

Дальше развивать мысль не было сил.

Заметив, что я пришел в себя, беловолосая подошла ко мне и присела рядом.

— Ты как? — тихо спросила она, погладив меня по щеке. — Устал?

— Очень, — выдохнул я.

— Как же тебя так угораздило?

— Отпустил душу.

Слова давались нелегко, они царапали глотку и оседали на языке вкусом пепла.

— Я скучала.

Я поднял голову и увидел ее печальные глаза.

— Что случилось? — с тревогой спросил я.

— Теперь все хорошо, Вик. Просто тебя не было несколько лет.

— Что⁈ — я вскочил и тут же осел от сильного головокружения. — Как это несколько лет⁈

Вместо ответа Грета заливисто рассмеялась.

— Сколько лет прошло, а все равно всегда эта шутка остается очень смешной.

В голову тут же ударила набатом злость. Дыхание перехватило, и даже мысли быстро собрались в стройные ряды.

— Шутки шутить решила? — грозно сказал я.

— Конечно. А то, чего ты валяешься без признаков жизни на земле. Теперь вот, уже готов метать молнии в меня. Эта фраза давно меня выручает.

Я схватился за голову и, наконец, поднялся, встав рядом с ней. Злость быстро выветрилась, оставив после себя пустоту.

— Кого ты отпустил, что тебя аж на Изнанку забросило?

— Сам не понял. Вроде в парне совсем не было магии, — пожал я плечами. — Он сказал, что поделиться со мной лишь частью силы. Даже представить страшно, какого это получить ее всю.

— Вечно тебе везет на какие-то особенные души, — сказала Грета и отвернулась.

— Ладно тебе, будто сама не попадала в такие ситуации.

— Конечно, попадала. Но это результат больших усилий, а не просто увидел, отпустил и получил тележку пряников.

— А ты видишь, что это за пряники?

— К сожалению, вижу.

Я закатил глаза, благо она не видела мое лицо. Теперь и из нее мне клещами нужно тащить информацию.

— Грета, милая, а что ты видишь? — ласково спросил я.

— Тот парень был потенциально сильным магом, — нехотя ответила она. — Его способности не развивали, но ему достался дар видеть правду.

Что-то похожее говорили и его сестры.

— Но почему же я оказался здесь? — спросил я и тут же понял.

Когда ко мне перешла сила Германа, я собирался вернуться сюда. Видимо, эти два события объединились. Надо впредь быть аккуратнее в своих желаниях.

— Я видел лица, и слышал голос Изнанки. Она что-то нашептывала мне, помогала оставаться в сознании.

— Она давно тебя приняла. И теперь хочет оставить себе. Каждая душа, которую ты отпустишь, будет только сильнее привязывать тебя к этому месту.

— И что мне теперь оставить это занятие?

— Зачем? Здесь же хорошо.

— Но там у меня еще куча дел!

— Тогда учись. Возьми под контроль и стань главным. Это борьба силы воли.

— Легче мне от твоих слов совсем не стало, — вздохнул я. — Кстати, а можно и мне такой посох, как у тебя?

— Зачем тебе? — засмеялась Грета. — Найди свое оружие. А лучше сделай сам. Может тебе именно посох и не подойдет.

— А что он делает?

— Помогает находиться здесь, возвращаться и не терять голову.

— А как же борьба силы воли? — усмехнулся я.

— Доживешь до моих лет, узнаешь, — немного сварливо ответила она и сразу же обожгла меня взглядом. — Даже не думай спрашивать сколько мне лет!

— Не собирался, — я широко улыбнулся. — Так значит, теперь я могу видеть правду? Интересно, как это работает.

— Иди и проверь. Чего ты здесь стоишь-то? — теперь уже она закатила глаза, а я рассмеялся.

Действительно, пора бы уже и вернуться.

— И последнее, — спросил я перед тем, как закрыть глаза. — Ты всегда появляешься там, где перешла?

— Нет, я здесь появляюсь целиком. Думаю, ты и сам уже можешь такое повторить.

— Собственно, это я и хотел сделать.

— Представь то место, в котором хочешь оказаться, — подсказала она. — Только все должно быть в деталях, а то можешь промахнуться и застрять между стенами.

Она говорила предельно серьезно, но я понял, что она врет.

— Снова шутить изволишь?

— Проверяла, работает ли твой дар, — она улыбнулась. — А теперь все, иди уже. Надоел ты мне.

«Снова ложь,» — я не обиделся, а вернул ей улыбку.

А затем закрыл глаза и представил крошечную комнатку в домике охраны.

В следующее мгновение я оказался в плотном коконе. Он, как слой воды, не давал мне нормально двигаться.

«Имение Васильева, комната, светлые обои, картина на стене с вазой, кровать, синие простыни.» — как заклинание твердил я.

Постепенно давление на грудь стало исчезать, и я осторожно открыл глаза.

— Получилось! — вырвалось из моей груди.

Я, действительно, оказался там, где хотел, аж от сердца отлегло. Никогда не думал, что буду рад видеть эти унылые стены.

В голове уже вырисовывался план действий, осталось его только осуществить. Поэтому я вскочил с кровати, быстро привел себя в порядок и вышел из комнаты.

Мне нужно было увидеть Владимира.

— Я не могу понять, почему ты снова спрашиваешь об этом! Мы же уже не один раз все обсудили, — раздраженно говорил Владимир, глядя на меня.

Вокруг него стали расползаться вихри магии. Ему совсем не нравился наш разговор. А что мне оставалось делать? Пришлось прикидываться дурачком и наворачивать словесные круги на тему силы и браслета.

И сделать весьма однозначный вывод: Владимир Семенович Васильев врет как сивый мерин.

Интересно, сколько еще времени он водил бы нас всех за нос? Этого я, конечно же, спрашивать не стал, а с большими глазами слушал его.

В какой-то момент я понял, что уже не могу больше ломать комедию. Изменив выражение лица, я серьезно спросил у него:

— Владимир, как же вам в голову пришло украсть браслет? Вы же давно знали, что он обладает особой силой, да?

Мой вопрос застал его врасплох.

— Чушь! — нервно ответил дядя. — Абсолютная чушь!

— Тогда зачем вы все время трогаете свою руку? — я давно заметил, но не придавал этому значения.

Владимир дернул плечом и забарабанил пальцами по столу. Я не торопил его. Нечасто мне выпадало удовольствие поймать лжеца в его же собственном поле. Если не считать, конечно, старосту. Его ловить было сплошное удовольствие.

— Так, Виктор, не понимаю, о чем ты говоришь, но я не знаю, с чего ты решил, что я забрал браслет.

«Врет.»

— Владимир Семенович, давайте уже начистоту. Устал я от всей этой лжи, — я откинулся на спинку кресла и только сейчас понял, что сидел все время в напряжении. — Кроме вас, некому. Да и сила у вас так и закручивается тугими спиралями.

Я посмотрел на темно-синие вихри над его головой, а Владимир начал усиленно дышать, чтобы взять себя под контроль.

— Не пытайтесь, я давно наблюдаю за вами, — пожал я плечами. — И мне очень интересно, зачем вы это сделали.

Владимир еще с минуту сверкал глазами, а потом разом сник, разом растеряв весь запал.

— Этот разговор должен остаться между нами, — пробормотал Владимир. — Никто, подчеркиваю, никто не должен знать.

— Сейчас от ваших слов зависит судьба всей семьи, Владимир Семенович. Не забывайте это.

— Да, я понимаю, — он выглядел потерянным. — Да, ты прав, я действительно забрал тогда браслет у полоумной бабки. И да, я давно знал, что он из себя представляет. Валерий очень долго собирал о нем информацию, потратил на это не один месяц, но так его и не заметил у себя под носом. И я все удивлялся, ведь эта, на первый взгляд обычная безделушка, источала стать моей. Лера, сам того не зная, выложил свою теорию, которая лишь подтвердила мои выводы.