Возмездие (СИ) - Двок Андрей - Страница 64

— Спасибо, Вито, можешь быть свободен, — отпустил я пажа и решительно сорвал с тубуса печать.

Письмо оказалось написано вполне в духе Ху Лао: 'Человечек, ты — забавный и немного повеселил меня в своё время. Я помню твою просьбу о допуске к Порталу Творцов, поэтому решил оказать тебе ещё одну услугу, последнюю.

Знай, что Творцами принято решение уничтожить повреждённый Портал, который расположен в Линейских болотах Рении. Он работает нештатно и слишком опасен, чтобы им пользоваться. Тем более, из него в дни осеннего и весеннего равноденствия лезет всякое, а ремонтировать его нецелесообразно.

Портал будет уничтожен после дня весеннего равноденствия. В конце цутара, по-вашему. Если хочешь покинуть Этерру, это твой последний шанс. Помни, Порталы Рошо и Гуйлиня для тебя закрыты.

Не забывай и о том, что при проходе через Портал в Линейских болотах риск погибнуть очень высок. Может, пройдёшь нормально, а может кусочки твоего тела раскидает по всей сети Порталов Творцов. Ну как, пойдешь?'

Проклятье! Почему это решили сделать именно сейчас? Я не собирался уходить с Этерры так рано. Мне бы ещё помочь детям с теми заботами, что навалились на них в связи с последними событиями. Я ещё не натетёшкался с внуками, в конце концов!

И ведь выбора мне Смотрители не оставляют: либо я ухожу сейчас, либо остаюсь на Этерре навсегда. Так-то, времени на обдумывание мне не надо. О том, воспользоваться ли Порталом, когда придёт время, я думал с того момента, когда о нём рассказал Мирослав Александрович.

Слишком привлекательна возможность вновь оказаться в молодом теле и прожить на несколько десятков лет больше. Слишком любопытно оказаться на другой планете, чтобы отказаться от такой возможности.

Так что, этот вопрос я для себя давно решил. Пока я не устану от жизни, буду стараться найти возможность пройти через Портал. Проблемы для меня остаются две. Первая — это то, что мне совсем не хочется расставаться со своей семьёй. Вторая — это слишком высокий риск для жизни из-за того, что Портал повреждён и работает с перебоями.

Конечно, детей мне и так с собой не увести. У них требования по возрасту для перехода не подходят. Но, надеюсь, хотя бы Бранка со мной уйдёт: не хочется с ней расставаться.

* * *

До дня весеннего равноденствия остаётся всего два чертога, поэтому разговор с семьёй откладывать нельзя. Жаль, Петар и Ирина сейчас не в столице. Петар во главе нашего флота и в тесной связке с тилинкитами кошмарит побережье Рении, а Ирина наводит порядок в Хетске, пока муж командует Западной армией.

С ними придётся позже пообщаться, зато Беон и Круно в столице. Но вначале мне надо с женой поговорить. Я захватил с собой письмо Ху Лао и пошёл искать Бранку. Первый же встреченный слуга подсказал, что она находится в своих покоях.

Миновав вытянувшихся в струнку королевских гвардейцев, я коротко постучал и вошёл в комнаты супруги. Бранка сидела ни низком диванчике в компании своей ближайшей подруги Юны и о чём-то с ней беседовала.

— Дамы, — я улыбнулся и коротко поклонился. — Надеюсь, я не сильно вам помешал?

Женщины переглянулись и Юна, быстро поднявшись с дивана, ответила:

— Вы вовсе не помешали, я как раз собиралась уходить. Столько дел, столько дел…

Умная девочка! Бранка, будучи ещё баронессой Аристи, взяла себе во фрейлины Юну Харшад из соседнего манора Брезны. Затем они сдружились, потом получилось так, что Юна вышла замуж за Агро Кедрика. Теперь Юна Кедрик — ближайшая подруга моей жены.

Дождавшись, когда Юна выйдет из покоев супруги, я присел на освободившееся место, завладел рукой Бранки и нежно поцеловал её запястье. Жена опустила глаза и мило порозовела, а у меня даже в груди потеплело. Столько кругов вместе прожили, а Бранка до сих пор не разучилась смущаться. Такая прелесть! Мрр-ря!

— Сержио, что-то случилось? — подняла взгляд жена и в её глазах я прочёл неприкрытое беспокойство.

— Да, как… пф-ф… — обречённо выдохнул я. — Вот, как ты это делаешь? Мне кажется, ты моё настроение чувствуешь ещё до того, как я к тебе в покои зайду.

На этот мой спич Бранка лишь улыбнулась, а я протянул ей письмо из Лаомина:

— Вот, почитай.

Внимательно прочитав письмо, супруга перевела на меня взгляд и спросила:

— Это написал тот самый Смотритель из Гуйлиня, про которого ты рассказывал, вернувшись из морского путешествия в Лаомин? Ты собираешься… уйти?

Было видно, что Бранка очень старается сохранить невозмутимый вид и говорить спокойно, но в конце её голос всё-таки дрогнул.

— Да, милая, но я не хочу с тобой расставаться. Давай уйдём вместе? Мы ведь уже не раз разговаривали с тобой об этом. Последний раз это было перед войной, по дороге на тот проклятый бал, — начал я горячо убеждать супругу. — Разве плохо получить шанс на вторую молодость и прожить на несколько десятков кругов больше?

— Мы с тобой пока ещё не старики, — грустно улыбнулась Бранка.

— Это точно… уфф-ф, — вздохнул я. — Я тоже не собирался настаивать на раннем уходе, но видишь, ведь, какая ситуация сложилась. В конце цутара Портал в Линейских болотах перестанет существовать и мы потеряем возможность покинуть Этерру.

— Я помню наш последний разговор на эту тему. И сомнения у меня всё те же: большой риск для жизни при переходе и нежелание расставаться с детьми и внуками.

— Да, риск велик, — пришлось согласиться мне. — Но в Гуйлине и Рошо нас к Порталам не подпустят.

Не хочу врать жене и не буду. Хоть и очень хочется убедить её последовать за мной.

— А как же твой земной сын Костя? Ты не хочешь его увидеть? — спросила Бранка. — Что будет, если он всё-таки появится на Этерре, доберётся до нашего дома, а нас там нет?

— Конечно же, я хочу его увидеть, но что тут можно поделать? — развёл я руками. — Он должен добраться. Я оставил ему множество подсказок для этого. А то, что нас уже здесь не будет, не страшно. Наши дети-то здесь останутся и помогут ему, как мы это и обговаривали.

— Я помню, но как его узнать? Вдруг он на тебя не похож? — спросила Бранка.

— А кто, кроме него, может заявить, что он — сын Сергея Петровича Камышева, Костя, пришедший на Этерру через межмировой Портал? — я удивлённо уставился на жену.

— Ну, да, — засмеялась Бранка. — Сержио, мне очень нравится, как у нас жизнь сложилась. Наши дети выросли хорошими людьми и у нас есть замечательные внуки. Мне очень нравится, как я сейчас живу.

— Вот именно, милая, дети выросли! Мы сделали для них всё, что необходимо. Если брать другие цели, которые не затрагивают семью, то я достиг, чего хотел. Свои амбиции я удовлетворил, пора освобождать детям дорогу.

— Всё-всё, я поняла, — остановила меня поднятой ладонью Бранка. — Обещаю, что в ближайшее время я отвечу на твоё предложение. А ты пока оставь меня, пожалуйста. Мне надо подумать.

Я поцеловал жене руку и, стараясь скрыть охватившие меня растерянность и досаду, вышел из комнаты. К сожалению, пока я не смог убедить Бранку и теперь остаётся надеяться, что любовь ко мне перевесит любовь к детям и внукам.

Через несколько дней, когда я после тяжёлого дня собирался отходить ко сну, ко мне в спальню пришла жена. Ещё до того, как я успел что-то спросить, Бранка запечатала мне уста пылким и чувственным поцелуем.

Последующая ночь вышла безумно страстной, будто мы вернулись в первые чертоги совместной жизни. Бранка любила меня так неистово и самозабвенно, словно это было в последний раз.

Не надо было быть гением, чтобы понять её ответ до того, как она его озвучит. Это отказ. Моя любимая женщина со мной прощается. Пускай до расставания у нас ещё много времени, но это оно, прощание.

На следующий день я уже собирался впасть в депрессию, но пришло письмо из штаба Западной армии за подписью командующего, графа Бедрича тер Хетск. В нём сообщалось, что король Рении Северин II признал свою вину за отправку экспедиционного корпуса в Варнию.

Граф сообщил, что Северин II просит прекращения боевых действий и готов на серьёзные репарации. Также он просит повлиять на олори и балогунов тилинкитов, чтобы как можно быстрее остановить их набеги на побережье.