Потапыч - Беляев Павел - Страница 44

Все замерли в ожидании. И даже крысоморфы будто окаменели.

А потом эта двугорбая тварь разразилась издевательским хохотом.

Кажется, его слышал даже мент. Во всяком случае он вдруг нахмурился и принялся озираться по сторонам.

Мой план летел ко всем чертям.

— Вас ничто не изменит! — отсмеявшись, выплюнула крысиная королева. — Вы сделали свой выбор!

— Как и ты.

Все посмотрели на новенькую. Она кое‐как пробиралась сквозь толпу мальчишек и девчонок практически вдвое больше её самой.

— Ты что творишь? — зашипел на неё Глюкер и схватился за голову.

— То, что давно надо было сделать. Вы все правы, — она посмотрела куда‐то вперёд, где жались друг к дружке перепуганные дети, — мне надо было давно разобраться с этой горбатой. Она — мой кошмар. Мой. Я не должна была впускать в него всех вас.

— Ты не виновата, — попыталась возразить Соня, — тебя привезли сюда насильно и держали на лекарствах.

Но новенькая её не слушала.

— Я всё исправлю, — сказала она и, наконец, выбралась на открытое пространство.

В общей толчее один из четырёх оставшихся фонариков погас. Сел или, может, кто‐то затоптал его, а то и запнул куда. Отчего Вику было ещё сложнее разглядеть. Я видел только её сутулый силуэт и смазанные очертания медведя в правой руке. Она держала своего Потапыча за лапу так, как если бы в кулаке была бейсбольная бита, а не мягкая игрушка.

— Я не боюсь тебя, — сказала новенькая и бросилась вперёд.

Это было так неожиданно, что, кажется, опешила даже Крыса, не говоря уже о нас. В три прыжка новенькая добралась до двугорбого чудовища и отвесила этой твари такую оплеуху, что Крысу мотнуло в сторону.

Да, ту самую чудовищную Крысу-мутанта, которую не проняло от целой обоймы пуль, чуть не вырубило от обычного «леща» мягкой игрушкой.

— Чё? — озвучил Глюкер наши общие мысли.

— Это тебе за Лену! — орала новенькая и охаживала Крысу своим Потапычем, как каким‐то волшебным мечом. От Экскалибура [5], наверное, не было бы столько толка, сколько от этого медведя.

В какой‐то момент Вика с размаху так двинула, что Крыса не устояла на лапах и грохнулась на стол. Старая ДСП, из которой он был сколочен, не выдержала и с громким треском развалилась. Несколько кусков разной величины разлетелись в стороны, пристукнув пару ребят.

И мента.

Полицейскому досталось самым большим, причём по голове. И без того не до конца отошедший от отравления мужик схватился за макушку и упал на бок. Благо Мишка и Рита по-прежнему были рядом. Они смогли быстро переключить внимание с поединка на несчастного сотрудника госорганов и бросились к нему.

— Вы как? — спросил Мишка.

— Всё нормально? Поднимайтесь, — почти одновременно с ним выпалил Рита.

Полицейский отнял руки от лица, и это было просто надо видеть, как его физиономия медленно вытягивается, а потом этот бородатый серьёзный дядька отрицательно машет головой как будто не может поверить собственным глазам.

— Вы что, их видите? — настороженно спросил Мишка.

— Мать честная, — выдохнул полицейский. Если это и не следовало воспринимать как самое надёжное и стопроцентное «да», то следующее уж точно. — Не может быть!

Мент в шоке смотрел точно туда, где Крыса таки извернулась и ушла из-под очередного удара плюшевым оружием, поэтому не оставалось никакого сомнения, что первый взрослый, наконец, увидел всю картину происходящего целиком. И если судить по выражению лица, то он был готов вот-вот свихнуться.

Крыса тем временем развернулась и отвесила Вике пощёчину, от которой новенькую бросило на пол. Кажется, это был нокаут. Девчонка пыталась встать, но чувство равновесия всякий раз подводило её. Кто‐то пробежал мимо, и слабый свет дохнущего фонарика на секунду осветил растерянное лицо Вики. Наша последняя надежда на спасение была полностью дезориентирована.

Подчиняясь безмолвному приказу, крысоморфы сорвались с места и набросились на девочку со всех сторон.

Крыса явно не собиралась биться грудь на грудь в честном поединке.

И тут случилось самое невероятное событие за эту ужасную ночь. То есть мне угрожал полицейский, мне угрожал Рита, потом случился прорыв крысоморфов, двугорбая Крыса-мутант, но больше всего меня удивило это…

Глюкер заорал во всю глотку:

— Мочи гадов!

И тут же на него бросился один из крысоморфов. Уверен, что толстый уже мысленно ощутил костяное лезвие на своей шее, но в самый последний момент что‐то прилетело прямо в глаз косорукой твари. Чудовище оступилось и кубарем полетело вперёд, всего на каких‐то пару сантиметров разминувшись с Глюке-ром. Крысоморфа тут же пригвоздили к полу заточенными остриями палок Миха и Рита.

В нескольких шагах от ног толстого белела пластиковая семёрка пик, которой Сэм запустил чудовищу прямо в глаз и этим спас жизнь Глюкеру.

Глюкер ошалело посмотрел на парня.

— Ну, Натурал, спасибо! Когда всё закончится, обязательно научи меня своим фокусам!

Окрылённый такой благодарностью Сэм кивнул и тут же ловко, жестом завзятого фокусника, метнул карту в глаз очередной твари. Даже в такой темени каким‐то образом этот чувак бил без промаха. Короче, в самом деле творил нечто «Сверхъестественное».

В это время несколько ребят постарше вооружились обломками разбитого стола и под руководством ХалиГали отбили новенькую у крысоморфов.

Вика кое‐как пришла в себя, и, как только получила пространство для манёвра, в девчонке как будто сработала взведённая пружина, снова бросив новенькую прямиком на двугорбый кошмар.

Крыса попыталась уйти из-под удара и в этот раз, но кругом оказалось слишком тесно и людно, чтобы такая туша смогла хорошенько развернуться.

Над головой раздался треск, и в белом фарфоровом плафоне несколько раз мигнула лампочка. Кажется, Крыса теряла контроль над происходящим.

Это ободрило нас.

Всё больше и больше ребят поднимали с пола осколки стёкол и разбитой мебели, шприцы, ножницы и обращали это всё против захватчиков из другого мира. Даже внезапно «прозревший» полицейский присоединился к нам. Он достал запасную обойму и до последнего патрона вёл прицельный огонь. Когда же затвор отъехал назад, то этот суровый мужик принялся орудовать пистолетом как дубинкой.

Вокруг кипело натуральное побоище.

Обыкновенные лампы накаливания мигали над нашими головами, как стробоскопы, и в этом мерцании были сложно что‐либо разглядеть и нам, и чудовищам.

Подкроватные монстры было высунулись из палат на помощь своим, но периодически появляющийся свет загнал их обратно.

Весь этаж наполнился криками и истошным писком невероятных созданий.

Крыса ещё пыталась сопротивляться, но периодически получала не только от Вики, а теперь уже со всех сторон её так и норовил кто‐нибудь чем‐нибудь стукнуть. Если это и не причиняло ей серьёзного вреда, то как минимум отвлекало внимание, давая новенькой время нанести очередной удар.

Всё закончилось неожиданно.

Вдруг загорелся свет и больше не погас. Чудовища брызнули в стороны в попытках скрыться от него. В коридоре для этого оставалось мало возможности из-за того, что всё было разбито и переломано. Поэтому некоторые твари поумнее тут же втянулись в палаты и притаились там. Остальные забились по углам, откуда только скалились, но больше старались спрятаться от палящих лучей в тени своих собратьев, нежели сопротивлялись.

Крыса лежала напротив столовой совершенно недвижимая. Даже бока не поднимались, что бы сказало нам, что она дышит.

Рядом с ней лежала Вика. Она хрипло дышала и, кажется, устала до того, что не было сил даже отползти подальше от этого чудовища.

Мы с Соней бросились к ней.

— Помогите, — хрипло сказала новенькая.

Мы действительно помогли ей. Частично. Как только Вика при нашем участии сумела взгромоздиться на колени, то на четвереньках быстро доползла до своей сестры. И только когда добралась, только тогда наконец расплакалась.