Убийственно просто - Джеймс Питер - Страница 60

И тут раздался резкий звонок домофона.

– Проклятье! – испуганно выругался Марк. – Кого еще черт несет?

Эшли крепче прижала любовника к себе, впившись ногтями ему в спину.

– Не обращай внимания! – задыхаясь, прошептала она.

– А если там Майкл – проверяет, где мы и чем занимаемся?

– Тряпка! – Она разжала объятия.

Пропустив оскорбление мимо ушей, Марк встал, осторожно выскользнул из комнаты, подошел к стойке, за которой обычно сидела Эшли, и глянул в маленький черно-белый глазок видеокамеры. На тротуаре у входной двери стоял человек в мотоциклетном шлеме. В руках он держал пакет. Марк нажал кнопку интеркома.

– Да?

– Посылка для мистера Уоррена. «Дабл-Эм пропертиз».

– Бросьте в почтовый ящик!

– Мне нужна расписка.

Марк снова выругался.

– Сейчас спущусь!

Он натянул одежду, кое-как заправил рубаху в брюки и послал Эшли воздушный поцелуй.

– Я мигом!

– Не трудись! – мрачно ответила она. – Без тебя как-нибудь справлюсь.

Сбежав по лестнице, Марк открыл дверь и взял адресованный ему небольшой пакет. Никаких сведений об отправителе там не было. От могучего на вид курьера в кожаной куртке с надписью «Служба быстрой доставки» тоже ничего узнать не удалось. Марк поставил подпись, потом, получив квитанцию, запер дверь и поднялся наверх.

На бланке стояло имя отправителя: «Джей-Кей. Подряды». Марк понятия не имел, что в пакете. Сюда присылали столько строительной документации, что он буквально тонул в бумажном море. Наверное, какие-то чертежи от сметчика… Странно, правда, что прислали с курьером, а не обычной почтой. Ладно, вскрыть пакет можно и чуть позднее. Сейчас на уме у Марка только одно – обнаженная Эшли на полу в его кабинете. О, как он ее хочет! До безумия, головокружительно, неистово!

Но, неожиданно для себя, всего через несколько секунд после того, как Марк вновь лег на нее, он кончил.

– Извини, – пробормотал он, приподнимаясь на локтях. – Я…

– Тебя, оказывается, заводят байкеры? – ядовито поинтересовалась Эшли.

– Да перестань ты!

– Многие мужчины, сами того не осознавая, – скрытые гомосексуалисты. Затянутые в кожу байкеры смотрятся так эротично!

– Ты что?

– А ты как думаешь?! Я уже кончала, а ты бросил меня здесь голую, рванул вниз, увидел парня в коже и спустил курок, едва успев прикоснуться!

Марк перекатился на бок и сел рядом с ней на полу: казалось, его окутало черное облако.

– Извини, – повторил он. – Просто голова сейчас забита бог знает каким дерьмом.

– А у меня не забита?!

– Наверное, ты лучше справляешься.

– Марк, не знаю, с чем ты способен сладить, а с чем – нет. Я думала, ты – крутой, а Майкл – слабак.

Он закрыл лицо руками.

– Эшли, мы сейчас оба на взводе… Не надо.

– Тебе-то с чего быть на взводе? Ты только что испытал мощный оргазм!

– Ладно, ладно, ладно! Я уже извинился. Хочешь, я тебе помогу? Ну, знаешь… простимулирую рукой.

Она рывком вскочила, подобрав одежду:

– Даже и не думай. Мне больше не хочется.

Оба одевались молча. Первой молчание нарушила Эшли, ловко орудуя тюбиком помады:

– Знаешь поговорку, Марк? Хороший секс – один процент взаимоотношений, плохой – девяносто девять.

– У нас с тобой всегда все отлично получалось.

Она посмотрелась в ручное зеркальце, проверяя, как наложена помада, – точно собиралась на свидание.

– Да, мне тоже так казалось.

Марк подошел к ней и положил руку на плечо.

– Эшли, милая, перестань дуться! Я попросил прощения и, потом, весь издерган. Нам надо бы куда-нибудь уехать на несколько дней.

– Ну да – отлично будет выглядеть.

– Я имею в виду – когда все кончится.

Она бросила на него недобрый взгляд:

– А когда же именно это произойдет?

– Не знаю.

Эшли сунула зеркальце в сумочку.

– Марк, дорогой, пока Майкл жив, ничего не кончится, и мы оба это знаем: как-никак сами сожгли за собой мосты в четверг ночью, когда ты вытащил дыхательную трубку. – Она наспех клюнула его в щеку. – Утром увидимся.

– Ты уходишь?

– Да, ухожу. Как всегда, в конце дня. А что? Мне казалось, мы с тобой продолжаем делать вид… Или я не права?

– Да, но я… я думал…

Эшли смерила его выразительным взглядом:

– Ради бога, возьми себя в руки! Понимаешь?

Марк пробыл на работе еще час, разбирая электронную почту. Наконец, услышав гудение пылесоса, он решил на сегодня закруглиться, а оставшиеся документы прихватить домой.

Выходя, он взял доставленный курьером пакет и вскрыл обертку. Внутри лежал какой-то мелкий предмет, туго обернутый целлофаном и перетянутый скотчем.

Марк нахмурился. Что там? Новая сим-карта для мобильника? Деталь компьютера?

Взяв со стола ножницы, он разрезал клейкую ленту с одного конца и…

Вначале он решил, что кто-то глупо пошутил – прислал пластмассовый палец из магазинчика дешевых розыгрышей. Но потом увидел кровь…

– Нет, – простонал он, чувствуя, как внезапно закружилась голова. – Нет. Нет!!!

Из целлофана выпал отрезанный кончик пальца и бесшумно покатился по ковру.

Марк в ужасе отшатнулся и только тут заметил помимо «посылки» еще и конверт.

69

У самой окраины Льюиса Грейс свернул с шоссе на проселочную дорогу. Миновав магазинчик «Свежие продукты с фермы» и телефонную будку, он увидел впереди слева высокую сетчатую ограду, обнесенную поверху колючей проволокой. Местами проволока провисла. Широко распахнутые двойные ворота, видимо, не закрывались уже лет десять. К первым была прикручена вывеска с облупившимися, выцветшими буквами: «Авторемонтная мастерская Уилера». Рядом висела табличка «Осторожно, злые собаки!».

Перед Грейсом было типичное нищее подворье – он перевидал таких уйму. Хижина являла собой не просто обиталище хиллбилли,[9] но невообразимую развалюху, окруженную настоящей свалкой металлолома.

Посреди двора стоял большой синий грузовик-тягач. Вокруг него валялись полу- и совсем рассыпавшиеся остовы машин – искореженных, проржавевших до основания, но одна машинка, маленькая «тойота», выглядела так, будто ее оставили в опасном районе и воришки растащили все, что только можно было украсть.

Здесь же Грейс увидел груду распиленных и цельных бревен, деревянные козлы, ржавеющую ленточную пилу. К деревянному каркасному домику, выглядевшему так, словно вот-вот развалится, притулился трухлявый вагончик с еще заметной надписью мелом: «Распродажа елок».

Въехав в ворота и выключив мотор, Грейс услышал яростный низкий собачий лай. Сторожевой пес нарушал тишину теплого вечера. Рой благоразумно остался в машине, дожидаясь появления собаки. Но вместо этого дверь домика распахнулась, и оттуда вышел крепкий коренастый мужчина лет пятидесяти, с редеющими сальными волосами. Его обтянутое майкой внушительное «пивное» брюхо нависало над буровато-коричневыми рабочими штанами подобно шапке снега, готовой сорваться наземь.

– Мистер Уилер? – спросил Грейс.

Собака залаяла еще громче и злее.

– Да. – Лицо у мужчины было добрым, в больших глазах затаилась грусть. В крупные кисти рук намертво въелась грязь. Пахло от Уилера дегтем и машинным маслом.

Грейс достал свое удостоверение и подержал у него перед глазами.

– Детектив-суперинтендент Грейс, полиция Суссекса. Глубоко сожалею о гибели вашего сына.

Мужчина не двигался с места. Вдруг Грейс заметил, как он задрожал, руки сжались в кулаки, а в уголках глаз проступили слезинки.

– Не желаете зайти? – срывающимся голосом спросил Фил Уилер.

– Буду признателен, если вы уделите мне несколько минут.

Внутри домик был примерно таким же, как и снаружи: застарелая табачная вонь выдавала в хозяине злостного курильщика. Грейс следом за Уилером прошел в грязную гостиную, обстановку которой составляли только диван, два кресла да большой старый телевизор. На полу и на диване валялось множество журналов: в основном автомобильных и для любителей музыки в стиле кантри, а также конверты от старых виниловых пластинок. На буфете, среди фарфоровых безделушек, стояла фотография светловолосой женщины, обхватившей плечи маленького мальчика на самокате. Стены были голыми. Часы на каминной полке, вделанные в живот треснувшей фарфоровой лошади, показывали десять минут восьмого. К удивлению Грейса, они шли более-менее точно.