Пять невест и одна демоница. Трилогия (СИ) - Демина Карина - Страница 249

– А тот, самый первый, – я коснулась его высохших губ. – Ты знаешь?

– Знаю, – Лассар шагнул ко мне и навис темною громадиной. – Но ты понимаешь, девочка, насколько это опасно.

– Нет.

– Вижу. Он уже может не быть человеком. Или быть, но таким… демоны никого не делают добрее. Может статься, что тот, кого ты знаешь, исчез. Или его никогда‑то не было.

Не верю.

Не хочу верить. И имею полное право не верить.

– И он просто выпьет тебя, деточка. Силу. Кровь. Жизнь. В конце концов, зачем тебе это надо?

Хороший вопрос. Самой бы понять.

Любовь?

Это… это еще не любовь. Далеко не любовь. Любовь будет позже. Если будет. Я ведь могу придумать себе самую чудесную жизнь, которая и вправду одна на двоих. Но… правда в том, что вряд ли оно сбудется.

Реальность, она другая.

– Надо, – я закрыла глаза. – Мне это надо. Мне это действительно надо и… сделаешь? Или это сложно?

Ничего сложного.

Кровь просто. Кровь льется на пол, и сама расползается, рисуя такую знакомую звезду. И теперь я нахожусь в центре её. Я и Ричард.

Пугает?

Еще как. И давлю желание выбраться. Бросить все. Сбежать. Такое… естественное, человеческое желание.

– Нужны опоры. Гаранты. Так их называли. Свидетели. Те, чья сила будет использоваться в ритуале.

– Маги?

– Не обязательно.

Артан молча встал в вершину первого луча.

Поднялась Брунгильда, но была остановлена

– Возможно, я кажусь вам смешным, моя драгоценная леди, но позвольте мне… это, безусловно, далеко не подвиг, но я чувствую за собой долг. И прошу позволить мне его исполнить.

Он склонил голову.

Тот, со шрамом, отодвинув Теттенике, занял третий луч.

– Извини, Славка, но я и вправду должен… – рыжий развел руками. – Так оно… правильно, что ли.

Ксандр встал на пятый.

– Дальше… что?

– Дальше, деточка, все зависит от тебя, – тьма окончательно развеялась. И я увидела лицо Командора. И удивилась. И… и вовсе он не грозный.

Нисколько.

Смотрит вот с печалью.

– Что мне делать?

Ведь надо же что‑то… что? Где то заклинание, которое я должна произнести. Как…

– В том и сложность, деточка, что никто не знает. Просто постарайся не потерять себя.

Он произнес слова.

Правильно. Вначале было слово. Вначале…

И второе.

Третье. Древний язык. И мир отзывается на него. Выведенная кровью и силой пентаграмма вспыхивает. И я лечу во тьму.

Я… распахиваю крылья, но те слишком слабы. И я падаю.

Падаю.

Ну не дура ли.

Глава 50. О том, что все истории заканчиваются свадьбой

«Жили они долго и счастливо».

Нереалистичный финал одной сказки  

Ричард спал.

Точнее он точно знал, что умер. Но почему‑то не до конца. И эта неокончательность смерти, признаться, несказанно раздражала.

Нет бы, чтобы совсем.

А так…

Самое странное, что он отчетливо осознавал происходящие.

Каждое слово.

Каждый вздох. Чужое тепло, которое уходило. И силу, что осталось. Зачем? Боль. Боль тоже была. Она появилась незадолго до смерти. А потом ушла, но не совсем.

– Ричард? – его имя произнесли осторожно, с явною опаской. – Ричард…

Отзываться?

Он был… в нигде.

И где‑то.

Среди тьмы. Тьма окружала мягким облаком, которое было готово принять его. И разве так не лучше?

– Ричард? Если ты не отзовешься, то я… я не знаю, что с тобой сделаю!

Что с ним еще можно сделать?

Разве что оставить. И еще недавно он бы желал этого. А сейчас сама мысль привела в ужас и…

Он обернулся.

Демоница.

Круг.

Пламя прозрачное и уловить его присутствие можно лишь по тому, как дрожит воздух по‑над кругом. Линии… смутно знакомые линии.

Его вызвали, как он когда‑то вызвал демона? Смешно.

– Ричард, я знаю, что ты здесь!

Здесь.

По другую сторону огненной черты. Ричард протянул к ней руку и кивнул. Пламя было высоким и надежно отсекало его от демоницы. Хотя в той, что стояла в круге, демонического почти не осталось. Хвост вот. Выглядывал из‑под лохмотьев и нервно подергивался.

– Ты все‑таки отозвался, – с облегчением выдохнула она. – Боги, я так переживала… я думала… иди сюда, Ричард.

Зачем?

Тьма боится огня. А ему пора. Путь предначертан. Последний из рода Архаг открыл‑таки ворота, хотя и не по своей воле. Но демоны ушли. А он умер. Пусть даже тело живо. Тело… только тело.

– Зачем? – звук собственного голоса показался резким и злым.

– За тобой. Я пришла за тобой.

– В этом нет смысла.

– Мы мир спасли.

– Я знаю.

– А теперь пытаемся спасти тебя.

– И это я знаю.

– Обряд… очень древний. Про него Лассар рассказал.

– Знаю.

– И… и все, что ты хочешь сказать?

– Нет.

Наверное, она ждет другого. Но… чего именно? Ричард не понимал.

– Если ты… если ты откажешься, то я не вернусь. Тоже умру, – она переминалась с ноги на ногу. – Это тебя не беспокоит?

И голову на бок склонила.

– Ты грязная.

– Можно подумать ты сильно чище.

Кажется, она обиделась. И от этого в груди возникло неприятное чувство. Еще не боль, но похоже. Очень похоже.

– Огонь, – Ричард протянул руку, и пламя потянулось к ней. – Здесь. Мне не пройти.

– Нет, – демоница упрямо мотнула головой. – Если бы так, то в обряде не было бы смысла. Как и не было бы выживших после него… подожди, я… сейчас.

Шаг.

И она рядом.

Действительно грязная. И… и почему‑то тянет стереть это серое пятно, то ли пыли, то ли сажи, с её щеки. Как тянет коснуться бледной кожи.

И царапин на второй щеке. Накрыть их ладонью. Сунуть пальцы в спутанную гриву волос.

В глаза заглянуть.

Но пламя…

– Она рассказывала про этот обряд, – память все‑таки вернулась полностью, но теперь, там, где был Ричард, знание не причиняло боли.

– Императрица?

– Да. О том, что в незапамятные времена только так… делили на двоих. Силу. Жизнь. И душу… только у меня души почти не осталось.

– Глупость.

– Нет, – он все яснее понимал, что должен делать. Все‑таки хорошо, когда ты не совсем жив. Яснее начинаешь мыслить.

– Глупость! – она топнула ногой и шагнула в пламя, но… осталась на границе. – Я не могу! Не получается! У меня не получается…

– Послушай меня, пожалуйста…

– Не хочу, – демоница совершенно по‑детски зажала уши ладонями. – Ты сейчас скажешь что‑то правильное и гадкое. А я… я… я хочу, чтобы ты… чтобы ты вернулся!

– Я ли?

– А кто?

– Мою душу почти сожрала нежить. Давно. По капле, понемногу. Она присосалась и тянула, тянула… долго. А потом, когда я почти умер, мать подселила ко мне демона. И лучше бы я вправду умер. Хотя теперь понятно, почему тьма мне так подчинялась.

Она и сейчас была с ним, ласковая и послушная, готовая принять, утешить, поддержать.

– Демон ушел.

– А я остался. Только… ты уверена, что хочешь столкнуться со мной, настоящим? Что если… демоны всегда меняют мир вокруг. И этот тоже…

От взгляда её укоризненного хочется спрятаться.

И Ричард отступает.

Это трусость, но и пускай. Он готов быть трусом.

– Стой! – демоница топнула ногой. Упрямая женщина. – Ричард из рода Архаг! Не смей сбегать!

– Демоны жестоки. Нежить не лучше. А моей души остались ошметки…

– Но она ведь есть!

– Что нас ждет, женщина?

– Долгая и счастливая жизнь? – теперь и в голосе демоницы звучали сомнения. – Ты… ты вернешься. И обряд этот долбаный завершиться. Мы разделим душу и…

– И ты получишь в мужья того, кто немного нежить, а еще частично демон.

– Можно подумать я тут полностью человек. И… и Ксандр, между прочим, лич.

– Но он не стремиться обзавестись женой.