Прорвемся, опера! Книга 2 (СИ) - Киров Никита - Страница 28

— Кто этот информатор?

— Из того, что он рассказывал, и что сам слышал, скажу. Кличку не знаю, фамилию тоже, но Кузьма как-то раз его вытащил из КПЗ, когда тот попался. Это давно было, при Брежневе. Сначала тот парень напёрсточником был, а как повзрослел, форточником стал, тогда и попался впервые. Кузьма его вытащил подчистую, даже записей не осталось. Потом сам Кузьма говорил, что этот его человек уже в конце восьмидесятых всё-таки уехал на зону, попался на квартирной краже. Ну, — Якут что-то пробормотал про себя. — Смотри, времени прошло много, могли и выпустить, мог и умереть. Если не умер, то статьи у него для воров авторитетные, с такими легко среди них подняться, так что вряд ли он с ментом продолжит знакомства. И раз он не проходил официально, то будет всё отрицать, даже если на него и выйти. Но начинал он с рынка, там кое-какие знакомства могли остаться.

— Хм, — я облокотился на поручни и посмотрел вниз. — У Толика, помнится, был человек там, он тогда смог его завербовать, но там такой жук — всё хитрит. Старый мошенник, всё ещё промышляет на рынке. Надо его поспрашивать, он там, на этом рынке, всю жизнь, может подсказать.

— А хорошая мысль, — согласился Якут. — Я его тоже знаю, но он скользкий, как угорь. Попытайся, ты упорный, что-то да выйдет.

— Ща Толику от тебя звякну, — кивнул я.

— В прихожке телефон. Через девятку только звони, на город.

— Понял.

У самого Толяна телефона не было, поэтому мы всегда звонили его соседу. Если бы мы не работали в милиции, злой сосед точно бы не скрывал, что думает по этому поводу, но вместо этого он каждый раз только шумно выдыхал, как носорог, и топал за Толиком.

Пока я стоял в прихожке с трубкой у уха и ждал Толю, думал, что если что-то случится в городе, всем начнут звонить сразу. Артур случившегося сегодня точно не спустит, но вот узнаем ли мы об этом — труп он спрячет, к его распоряжению целое кладбище.

А если не убьёт, а просто отделает кого-то до полусмерти, врачи могут и не сообщить, особенно если их, что называется, «настоятельно» об этом попросит братва. Если не было огнестрела, то никто и не доложит.

Но пока тишина, и это меня беспокоило. Ладно, зато есть время, надо продолжать искать хвосты. Да и не только по этому поводу я хотел идти на рынок. За годы моей работы в первой жизни у меня накопилась солидная сеть информаторов, а любому оперу необходимо с ними работать. Они давали расклад по многим вопросам, они шли по нашим документам под псевдонимами, им даже платили по ведомости (копейки, конечно), как информаторам.

А сейчас у меня никого и не было, оперативную сеть надо было восстанавливать, я ведь помню, кто у меня там в ней работал. Быстренько выйду на контакт.

Самый первый — Генка Ювелир, старый пройдоха, которого всё пытался завербовать Толик, ещё когда работал в старом отделении. Толян хитрить не умел, так что Генка Ювелир только делал вид, что ему помогает, а на деле говорил много всякой ерунды, которая не подтверждалась, и вешал Толику лапшу на уши.

Потом мошенника прижал я, уже серьёзно, Ювелир перестал хитрить и стал работал на совесть. Правда, его всё равно тянуло кого-нибудь обуть, хоть по мелочи. В эти годы, как я помнил, он промышлял игрой в напёрстки, но занимался и другими вещами. Вид у него добродушный, располагающий к себе, так что жуликом он был успешным.

Сегодня у меня явно вечер хождения по гостям, потому что придётся идти и к Толику, у него же под крылом Ювелир. Если сразу приду на рынок, жулик скроется, заподозрит неладное. Так что мы просто просто сделаем вид, что пришли ему заплатить вознаграждение за сотрудничество, и сразу возьмём на крючок.

Толик ответил — сказал, что будет ждать, так что надо двигать к нему. Я распрощался с семьёй Якута, зашёл в магазин по пути и минут через двадцать добрался до нужного места.

Жил Толян в общаге-малосемейке, построенной при старом радарном заводе. Изначально там обитали работники завода, и хотя он давно закрылся, люди там пока ещё живут приличные. А вот со временем они будут продавать свои жилища, и туда начнут заселяться всякие маргинальные элементы, и уже к концу нулевых мы будем ездить туда как на работу. Чуть ли не каждую неделю там будет или труп, или износ, или тяжкие телесные, а уж коллеги-опера, которые кражами занимались, вообще могли бы там дневать и ночевать.

Коридор узкий, по обе его стороны тянулись бесконечные двери комнат. Ещё здесь санузел и кухня общие, что, конечно, было неудобно. Впрочем, Толик этого особо и не замечал, потому что он, бабник, ночевал здесь редко.

Я постучал в дверь с номером десять, не открывали. Зато скоро послышался топот за спиной.

— О, Паха, ща хавать будем! — прокричал довольный Толян.

Он в одной майке, трусах и тапочках гордо шёл по коридору, держа в руке чугунную сковородку, из которой валил пар. Но там у него только макароны, больше ничего.

Он пихнул дверь, и я вошёл вслед за ним в мелкую комнатушку. Из мебели здесь только солдатская кровать, тумбочка, шкаф с отломанной дверью, за которым видна форма и повседневная одежда, и ещё табуретка. Вместо вешалки у двери вбиты гвоздики. На кровати лежал журнал с сисястой красоткой, на который Толян стыдливо бросил полотенце, затем поставил сковородку на тумбочку, а из отделения за дверцей достал хлеб и кусочек сала.

— Генеральское ещё, осталось немного, — объяснил он.

— Да уж, — сказал я, оглядываясь в комнате, — обстановка у тебя спартанская.

— Типа того, — он хмыкнул и пододвинул к тумбочке табуретку, а сам сел на кровать. — А, где наша не пропадала. А ты пузырь принёс, да? — он показал на мою куртку, у которой оттопыривался карман…

— Не, — я достал оттуда банку тушёнки и пару чокопаек. — Ешь давай, а я у Якута пельменей наелся.

— Да ладно, Паха, зря, что ли, я готовил на двоих? — он достал из тумбочки приличный швейцарский ножик и ловко вскрыл тушёнку. Содержимое банки он высыпал в сковородку. — Приземляйся да погнали.

Ну, по таким радушным приглашениям дважды не отказывают. Я взял ложку и сел поудобнее.

— Давай завтра с тобой на рынок сгоняем, — тут же предложил я, закусывая хлебом. — Оперативные позиции надо налаживать.

— Агентурную сеть решил расширять? — он зачерпнул полную ложку. — Да надо бы, а как? Я вот только того хитрожопого Ювелира зацепил, да он пургу гонит, в основном. Толку-то от него.

— Вот с него и предлагаю начать. Завтра подойдём, якобы деньгу ему принесли, а сами прижмём — стучать будет, как дятел. Покажу пару приёмов, — я глянул на него и добавил: — которым меня Якут с батей научили.

— Ну давай, — согласился он и задумался. — А я вот думаю всё про того пацана, которого сегодня побили. И всё-то тишина в городе. А что-то по-любому стряслось, Артур же это.

Я молча поразился тому, как совпали наши мысли — мои, Толика и Якута, и кивнул:

— Вот тоже такая мысль.

— Кстати, насчёт Кузьмина, которого ты замочил, — начал Толик. — Знаешь, что я про него услышал? Что он по пьяни…

Толик не договорил и повернулся к двери. Я тоже услышал топот из коридора, кто-то торопился к нам. Вскоре дверь открылась, на пороге стоял пузатый мужик с реденькими волосами, в очках, одна дужка которых была замотана изолентой.

— Тебе опять звОнят, — пробурчал он и запыхтел как носорог.

Толя молча вышел вслед за ним, а вскоре вернулся с озадаченным видом.

— Что там? — спросил я и процитировал: — У нас труп, возможно, криминал, по коням?

— А хрен его знает, — он пожал плечами.

Не понял, о чём это я, ведь сериал-то ещё не вышел, кажется. Надо поаккуратнее с такими фразами.

— Василь Иваныч позвонил, — Толя подошёл к шкафу, — погнал я, короче, чё-то стряслось.

— Я с тобой, поехали.

Ну точно, сегодняшняя история с Артуром получила продолжение, как пить дать.

Глава 11

Верхнереченск, этим вечером

Красный джип «Шевроле» ехал окольными путями, избегая центральных улиц. За рулём сидел сам Артур, откусывая от пирожка на ходу, а два охранника находились сзади, оба внимательно пялились через окна. Один из них, Хонда, постоянно поправлял куртку, под которой держал автомат мини-Узи, второй, Башка, держался за цевьё помповика, который упёр прикладом в пол.