Сладостное заточение (ЛП) - Олтедж Нева - Страница 54

— Я буду нежен, — шепчет он, укладывая меня на кровать и зацепляя пальцами пояс моих трусиков. Медленно он стягивает их с моих ног. — Обещаю.

Глаза, темные, как бездонная пропасть, не отрывают от моих глаз, когда он опускается на меня, опираясь на локоть. Его вторая рука возвращается к моей киске, его пальцы возобновляют те порочные вещи, которые он делает. Поглаживают. Пощипывают. Затем успокаивают.

Когда я наконец чувствую кончик его члена у своего входа, я наполовину сгораю от желания, чтобы он вошел в меня. Я ждала этого так чертовски долго. Я хочу его. Я хочу всего. Прямо сейчас! Но он снова замирает, и его глаза ищут что-то в моих.

— Массимо?

— У меня нет презерватива.

— Я принимаю таблетки, — задыхаюсь я. — Пожалуйста, Массимо, поторопись.

Но он не делает этого. Осторожно, сантиметр за сантиметром он входит в меня.

Я знаю, что нужно ожидать боли в свой первый раз, но стресс от того, насколько это будет больно, даже не входит в мои планы. Все, на чем я могу сосредоточиться, — это маниакальное желание быть с ним как единое целое. Душой и телом. Мое тело гудит, ощущение за ощущением переполняют меня, не оставляя места здравому смыслу.

— Еще, — задыхаюсь я.

— Нет.

— Да! Пожалуйста! — Я пытаюсь схватить его за волосы на затылке, но они слишком коротки и выскальзывают из моих пальцев. Черт возьми!

— Полегче, ангел. Я слишком большой и не хочу причинить тебе боль.

Я приподнимаю бедра, заставляя его войти глубже.

— Черт, Захара.

Стон вырывается из глубины моей груди. Частично от боли, но в основном просто от восторга. Я чувствую себя такой полной, когда мое тело принимает его. Мое сердцебиение переходит на повышенную передачу, мчась так быстро, что может возникнуть реальная опасность того, что мое сердце взорвется. Чистая радость. Экстаз. Восторг. Во мне бурлит счастье.

Массимо почти неслышно бормочет ругательства, пытаясь сдержать себя. И в конце концов терпит неудачу. Воздух застревает в моих легких, когда он погружается в меня до самого основания.

— Малыш? — хрипло говорит Массимо, его голос звучит хрипло и напряженно. Он опирается левой рукой на изголовье кровати над нашими головами, а другой рукой обнимает мое лицо.

Наши дыхания смешиваются. Быстро и поверхностно. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох. Его грудь поднимается и опускается в параллельном резонансе с моей. Мы как две идеальные половинки, наконец-то соединенные вместе.

— Я никогда не думала, что все будет именно так, — тяжело дышу я.

Его большой палец гладит мой подбородок.

— Как будто мы одно целое?

— Да.

Твердые губы врезаются в мои, снова заявляя на меня права. Я обхватываю его шею руками, а ноги — талию, фактически прижимая его к себе. Я никогда его не отпущу. Никогда. Массимо Спада принадлежит мне. Никому другому. Не La Famiglia . Не остальному миру. Только мне. Он — та самая причина, по которой бьется мое сердце. Оно его — всегда было, всегда будет.

Пока его рот поглощает меня в полную силу, его бедра начинают плавно двигаться. Он входит в меня размеренными толчками, и каждое скольжение усиливает мое осознание его. Он повсюду — внутри и снаружи — нет ни одной части меня, которая не была бы так или иначе связана с ним. Его член, глубоко погружающийся в мое тепло. Его тело, накинутое на меня, как самое уютное одеяло. И его эмоции текут прямо через меня. Прямо в мое сердце. Я упиваюсь этим новым ощущением, что он полностью принадлежит мне. Этот человек, с его блестящим умом, нескладным характером и несокрушимым духом… он мой. Впервые он полностью мой. И каждый атом во мне чувствует это.

Я прижимаюсь губами к его руке, прямо над глазом вытатуированного там дракона, затем перехожу к ключице, где на его коже красуется еще одно существо. Следующим идет подбородок. Я осыпаю его поцелуями, а затем слегка покусываю, пока мои ладони скользят по его спине — его широкой, сильной спине, которой я люблю любоваться, — прежде чем снова переместиться к его рукам. Каждый сантиметр… Мне нужно коснуться и поцеловать каждый его сантиметр.

Мой Массимо.

Сильные мышцы его предплечий напрягаются под моими объятиями, когда Массимо увеличивает темп, погружаясь глубже с каждым толчком. Его неустанные удары приближают меня к краю. Ближе к… чему-то. Я даже не уверена, могу ли я назвать это или что именно это такое. Но это первобытно. И эпично. И я уже знаю, что это навсегда изменит меня.

Как на гребне восходящего прилива, меня заносит все выше и выше, и мои внутренние стенки начинают спазмировать вокруг его члена. Я стону, охваченная странным удивлением и абсолютным блаженством

— Вот и все, ангел. Боже, ты так чертовски красива, — рычит он, врезаясь в меня. — Кончи для меня, Захара.

Словно по его приказу, слабый крик срывается с моих губ, и я разбиваюсь вдребезги в следующее мгновение. Я не более чем клубок непонятных ощущений и онемевших конечностей, как будто у меня больше нет физического тела. Все, что я могу сделать, это держаться за Массимо изо всех сил, пока он продолжает скользить внутрь и наружу, пока дрожь сотрясает мое нутро.

Сладкие поцелуи. На моем плече. Ключице. Царапание его зубов по моему подбородку. Он повторяет поцелуи, которые я ему дарила.

— Я люблю тебя, Захара, — шепчет мне в губы.

Мои глаза распахиваются, встречаясь с его взглядом. Тепло, отражающееся в этих темных глазах, напоминает мне о растопленном шоколаде. Я никогда не видела, чтобы он смотрел на кого-то так, как сейчас смотрит на меня. Так, как он всегда смотрит на меня. Только на меня.

Я вздыхаю. И улыбаюсь.

— Я тоже тебя люблю, Массимо.

Он стоит надо мной, совершенно неподвижно, его член по-прежнему глубоко погружен в мою трепещущую киску. Каждый мускул в его теле настолько напряжен, что кажется, будто он сделан из камня. Но он не холодный. Нет, жар от его тела согревает меня так, как ничто другое никогда не согревало. Я наслаждаюсь тем, что нахожусь в центре его тлеющего взгляда, когда из его горла вырывается глубокий стон.

— Я думал, что мое заточение — это тюремные стены, Захара. Но, выйдя за них, я не смог разорвать оковы, которые держат меня в заточении — говорит он, стиснув зубы. Его голос напряженный, хриплый. — Ты, ты — мое спасение. И ты наконец-то освободила меня.

Опустив свой лоб на мой, Массимо возобновляет свои сильные толчки, заставляя меня задыхаться, когда это несомненное давление быстро нарастает у основания моего позвоночника снова. Слишком скоро меня пронзает еще один оргазм, сбивая весь мой мир. Одновременно с этим Массимо напрягается, и по комнате разносится звериный рык. Я чувствую, как дергается его член и как его горячая сперма взрывается внутри меня. Схватив его за задницу, я притягиваю его к себе, чтобы чувствовать его потную кожу и стук его сердца рядом со своим. И пока его тело дрожит в моих объятиях, его глаза не отрываются от меня.

Глава 19

Утренний солнечный свет, струящийся через окно, ласкает мою кожу, его лучи падают прямо на мою грудь, где Массимо проводит пальцем по моей ключице. Небольшая улыбка появляется на его губах, прежде чем он опускает голову и целует небольшую ложбинку у моего горла. Я извиваюсь и хихикаю, когда его щетина щекочет меня.

Он быстро отстраняется.

— Прости. Я побреюсь.

— Не надо. Мне ты нравишься таким. Грубым. Немного диким. — Я протягиваю руку и провожу костяшками пальцев по его челюсти. — Значит ли это, что мне больше не придется есть омлет на завтрак?

— Почему ты так подумала?

— Пеппе рассказал мне, как ты склонен рационализировать вещи. — Мои глаза находят его, и я сглатываю нервы, которые, кажется, осели в моем пищеводе, как свинцовый шарик. — Тебе не нужно придумывать глупые причины и оправдания, чтобы защищать меня, особенно из-за необоснованной паранойи.

— На то есть причина, ангел. Чем больше я думаю обо всем, что произошло, тем больше убеждаюсь, что меня подставили. Я уверен, что меня предал кто-то из Семьи.