Мой обаятельный мерзавец (СИ) - Эванс Эми - Страница 3

И тогда я придумала гениальное решение. Нашла единственный выход из всех возможных.

И бросила университет, поступая в академию правопорядка.

Служители закона сковывающих браслетов не носят. Служители закона имеют власть, хоть и весьма ограниченную. Если хорошо притворяться благонадежным служителем закона, в мятеже тебя никто не заподозрит.

А когда придет время…

Когда придет время, и ты подберешься к верхушке власти так высоко, как только сможешь, ты и выполнишь свою роль…

Ровно через неделю мне сообщили о результатах отбора на должность личного помощника министра правопорядка.

В лаконичном послании, завизированном официальной печатью министерства, сообщалось, что с началом следующей недели я должна приступить к своим новым обязанностям.

Что ж, я подобралась к правящей десятке так близко, как только могла. И теперь мне только и остается ждать своего часа, когда я смогу выступить на стороне угнетенных, и оказать посильную помощь в свержении действующего правительства…

Глава 2

Первый год моей работы на сэйра Варнадо я вела себя предельно осторожно. Была примером образцового служащего системы правопорядка. С сомнительными личностями не встречалась, информационным шпионажем не промышляла, лишь работала усердно, создавая себе нужную репутацию на новом месте.

А потом, когда я сумела прижиться в министерстве, начала свою подпольную деятельность.

Действовала осторожно, без фанатизма, стараясь лишний раз не рисковать своим положением.

Всего лишь передавала Сопротивлению информацию, кое-какие документы. Так, по мелочи.

Сопротивление было подпольной политической системой, принимающей в свои ряды каждого, кто не был согласен с политикой властей. Сопротивление набирало обороты на протяжении долгих лет. Сопротивление крепло и готовилось. И не долог был час, когда Сопротивление должно было выступить.

Я примкнула к рядам сопротивленцев еще тогда, когда только переехала в столицу и стала младшим оперативником.

Сурин, один из немногих оставшихся у меня приятелей со времен прежней жизни, привел меня под лоно Сопротивления.

Там я была полезна. Там моя деятельность была нужна. Там я чувствовала себя частью чего-то большего. И там просыпалась моя вера в светлое будущее.

В общих собраниях сопротивленцев я участвовала редко. Это было опасно и весьма рискованно с учетом моей работы. А на подпольные штабы Сопротивления периодически совершались облавы.

Поэтому я поддерживала связь только с Сурином, одним из доверенных лиц лидера Сопротивления.

И наверное он был единственным нечужим для меня человеком.

С родителями я оборвала все связи еще тогда, когда только поступила в академию правопорядка. Они так радовались тому, что я, наконец, стала благоразумной, прислушалась к доводам разума и выбрала правильный путь по жизни.

В общем, слушать их было тошно.

Также тошно было работать в циничной, лицемерной и насквозь прогнившей системе. Но, сжав зубы, я работала и упорно шла к цели.

А, когда все вскроется, что произойдет рано или поздно, для семьи будет безопаснее не иметь связи со мной. А для меня так будет спокойнее.

Друзей как таковых у меня не осталось.

Кого-то убили за открытые высказывания против политики властей. Кого-то преследовали за сильный магический дар и убрали без шума. Кому-то удалось бежать из страны. Кто-то смирился с происходящим и сдался, склонившись перед системой. Ну а кто-то поступил так же, как и я, и вступил в ряды сопротивленцев.

Последних было слишком мало.

Но ради них и всех борцов за справедливость и свободу для себя и своих близких, я и терпела. И работу, от которой меня воротило. И начальство, которое я презирала всей своей душой.

И рисковала…

Куда уж без рисков.

На то, что я засиделась в министерстве до самого вечера, никто даже внимания не обратил.

Все привыкли к тому, что старательная тэра Ирис Стейб часто задерживается на рабочем месте, выполняя бесконечные поручения своего тирана-начальника.

Тщательно выверенная и усердно заработанная репутация последние два года играла мне только на руку.

На столицу опустились сумерки. И министерство правопорядка, в котором еще несколько часов назад кипела жизнь, погрузилось в тишину.

И лишь несколько таких же трудяг, как и я сама, сидели в своих кабинетах. Всего несколько человек на большое, десятиэтажное здание.

Сегодня мне предстояло вытащить из кабинета главы министерства правопорядка списки с именами тех, кого приговорили к смертной казни.

Списки эти сэйр Варнадо подписать еще не успел и сделает это лишь утром. За три года работы с ним я сумела выучить каждое его действие, узнать его привычки и начала предугадывать каждый следующий шаг.

Сопротивление старалось не рисковать теми, кто был с ними заодно. Но одиночные маги то и дело попадались на нарушении закона о неприменении магических сил. Таких мы и пытались спасти, вытащить из заточения и выторговать у самой смерти.

Иногда получалось успешно. Иногда не очень.

Но моя часть задачи была предельно проста. Забраться в кабинет сэйра Варнадо, забрать списки, сделать копии, вернуть их на место, а после встретиться с Сурином в условленном месте и передать ему документы.

Отлаженная схема. Без осечек.

Подробности того, как Сопротивление вызволяло заключенных, я не знала. И старалась не задавать лишних вопросов. Всегда есть шанс, что одного из нас поймают. И чем меньше он будет знать, тем безопаснее будет для всех остальных.

Достав из выдвижного ящика стола запасной ключ от кабинета главы министерства правопорядка, я поднялась и вышла за дверь. Оглядела темный коридор, в котором не было ни души, и толкнула дверь напротив.

Удобно быть личным помощником сэйра Варнадо. Для своих подпольных делишек даже далеко ходить не нужно. Стоит лишь в два шага пересечь коридор, и ты на месте.

Список, по обыкновению, лежал на краю рабочего стола министра правопорядка. Черная кожаная папка хранила в себе имена тех, кто со дня на день должен был лишиться жизни, если такой исход посчитает необходимым один родовитый и влиятельный сэйр.

Ненавижу сэйров. Особенно тех, что стоят у верхушки власти и пользуются всеми ее дарами, уничтожая за подобное всех неугодных.

Конкретно этого сэйра я ненавидела не меньше. На руках сэйра Варнадо было столько крови, что ему до конца веков от нее не отмыться.

Мерзавец, который ничем не лучше тех, что сидят в правящей десятке.

Но ненависть ненавистью, а от выполнения задания меня никто не освобождал.

Папка оказалась в руках. И я вышла за дверь кабинета министра правопорядка, закрывая ее за собой на ключ.

В коридоре по-прежнему было тихо.

Вернулась к себе, уселась за печатную машинку и открыла папку, вчитываясь в текст. Список на этот раз был коротким. И это радует, определенно.

Когда брат-близнец первого списка лег в недра моего рабочего стола, я вновь поднялась с места, подхватила ключ и направилась в кабинет начальника.

Сейчас верну папку со списком приговоренных к смертной казни на место, и можно отправляться на встречу с Сурином.

Взгляд на часы, висящие на стене в кабинете сэйра Варнадо. И я понимаю, что времени у меня осталось еще с запасом.

Кожаная папка вернулась на свое законное место. И я с чувством выполненного долга развернулась к двери, чтобы покинуть кабинет.

И в этот момент дверь с тихим скрипом открылась. А в дверном проеме показался тот, кого я боялась увидеть больше всего.

— Добрый вечер, сэйр Варнадо, — поприветствовала я начальника.

Голос против воли дрогнул и сорвался на писк.

Плохо, очень плохо.

— Что вы здесь делаете? — строго поинтересовался министр правопорядка, не утруждая себя любезностями.

Предосторожность сыграла мне на руку. И я вновь потянулась к столу начальника, подняла подготовленные документы и продемонстрировала их ему.