Дикарка для ректора Высшей академии ведьм (СИ) - Линд Алиса - Страница 27

— Предположим, — произношу с опаской.

— А что, если все это неправда? — он картинно изгибает бровь, как бывалый продавец пылесосов.

— Смотря что мне рассказывали, — тяну неуверенно.

Прислушиваюсь к его Силе. Её нет. Как и у вчерашнего помощника, который помогает непонятно кому. Сила Стефана при том на месте. Рядом. Спокойная и холодная, как всегда.

— Что вы сделали? — сама слышу нажим в голосе. Меня этот тип пугает и нервирует одновременно.

— Что сделал с чем? — Леонард будто не понимает.

— Со своей Силой, — мне уже перехотелось есть мороженое. Я хочу в поместье.

— О, так вы уже обучились кое-чему! — он красивым театральным движением снимает с руки браслет, и я начинаю снова ощущать Силу-пароход. — Блокиратор Силы.

— Зачем вы его носите? — я совсем в тупике.

Леонард заговорщически улыбается.

— А вот это, Анис, правильный вопрос!

36

Анис

— Стефан, прогуляйся, пожалуйста, — ласковым тоном просит Леонард. — Я верну Анис в поместье Теодора, когда мы закончим.

Удивленным взглядом провожаю Стефана. Он соглашается и без слов покидает кафе. Бросил меня на произвол судьбы! Хотя обещание Леонарда меня немного успокаивает.

А он снова надевает браслет.

— Я ношу это, чтобы всякие паучихи, вроде Сильвии Дэлавер за мной не шпионили, — произносит Леонард и начинает есть мороженое. Шоколадные шарики уже порядком подтаяли, и кусочки карамели погрузились глубоко в пористую гладь мороженого. — Не все разделяют мое стремление к изучению нашего генофонда, и я не свечу свое присутствие где бы то ни было.

Тоже беру ложку и ковыряю остатки своего мороженого.

— Хорошо, а я-то вам зачем? — спрашиваю и упираю в Леонарда испытующий, как мне кажется, взгляд.

— О, Анис, выходит, Теодор тебе не сказал… — сокрушенно выговаривает он. — Ты — средоточие наших надежд и чаяний. Суперведьма. Это как альфахищник среди хищников.

Половины слов не понимаю. Видимо, мое недоумевающее лицо вынуждает его пояснить.

— В тебе два направления. Ты совершенство. Лучшая. Наше будущее, — он говорит так страстно, что я начинаю верить. — И Теодор Грант присвоил наше будущее себе, — добавляет Леонард с досадой. — Он ведь сказал уже, что хочет тебя себе? Правильно?

У меня по шее мурашки бегут, спускаются на плечи, аж до пальцев достают, подушечки покалывает.

— Сказа-ал, — тяну настороженно.

— Пес на сене! Такую, как ты, ни в коем случае нельзя сажать под замок! Ты прекрасна, но я сейчас не про внешность, а про то, что ты из себя представляешь! — он порывисто хватает меня за ладонь, сжимает. У него горячая кожа, прикосновение обжигает. Но я не чувствую в нем мужского желания. Страсть у него другого порядка. — Теодор сразу распознал, кто ты. Наложил лапу. Устроил тебя в академию. Нанял преподавателей. Он старается, сукин сын, но старается для себя. Ты — его очередной трофей.

Меня уже колотит от двуличности Теодора. Но голос логики пробивается сквозь эмоции и твердит, что этот напыщенный индюк может говорить неправду.

— Откуда вы это знаете? — вырываю руку из его ладони.

— Потому что я не первый год знаю Теодора Гранта, — разочарованно отвечает Леонард. — Это одна из его забав — развлекаться со студентками. И чем более одаренная девушка ему попадается, тем выше подпрыгивает чувство его гордости. Ведь он такой крутой, разбил сердце очередной красавице.

Леонард замолкает, чтобы съесть пару ложек мороженого и продолжает.

— Он знает себе цену. Красивый, молодой, темпераментный. А ещё Физик, — последнее он говорит презрительно, будто это направление хуже остальных. — Теодор по щелчку может вызвать у женщины желание, возбуждение, довести его до пика, подарить ей оргазм, не касаясь и пальцем.

Стоп! На мне же он этого не использовал! Мог, но не делал. Или… не мог. Потому что почти все время, пока я была рядом с ним, на мне болтался амулет. Я его сняла в день, когда убежала в Астрал, а потом у Теодора не было времени издеваться надо мной.

— Стефан сказал, ты делаешь грандиозные успехи! — продолжает Леонард и снова берет меня за ладонь. Я так волнуюсь, что пальцы ледяные, и его рука согревает их. — Будет очень грустно, если Теодор так и оставит тебя при себе. Поверь, ты не сможешь сопротивляться его чарам. Он влюбит тебя в себя, как девчонку.

Леонард огорченно качает головой и принимается за мороженое.

Влюбит. Я уже влюбилась. Почувствовала это, когда Теодор защитил меня от брата и принялся ломать ему кости. В тот момент я ощутила и приняла его заботу. На душе было очень тепло. Приятно, что он не бросил меня на съедение Рорку, что готов переломать ему много костей за то, что обидел меня. Я искренне его поцеловала. Выразила благодарную нежность в сокровенном интимном жесте. А по факту, для него я — лишь очередная зарубка на память! Трофей!

В душе ядом растекается горечь. Обидно, что Теодор просто играется, записывая мое новым именем в списке порабощенных.

— У меня к тебе есть предложение, Анис, — серьезным тоном произносит Леонард, отставляя пустую вазочку из-под мороженого. — Тебе нужно будет как следует его обдумать. Ты готова его услышать?

Киваю.

Мне так обидно, что в голову закрадываются мысли сбежать прямо сегодня. Уверена, Леонард сможет подсказать, где раздобыть такой же браслет, как у него, чтобы меня никто не нашел.

— Важное условие, Сильвия не должна узнать о нашей встрече, — заговорщически произносит он. — Старая перечница не в нашем лагере. Она обожает Теодора и будет во всем ему потакать.

— Мисс Дэлавер и про вас плохо говорила, — добавляю сокрушенно.

У меня чувство, что она просто недолюбливает мужчин. Но Теодора-то она как-то среди них выделила.

— Сильвия — женщина своеобразная. У неё не сложилось в браке, и она обрела определенную неприязнь к мужчинам определенного типажа. Я под него подпадаю. Только и всего. Хочешь кофе?

Переход от рассказа о мисс Дэлавер к кофе такой резкий, что я даже не сразу осознаю вопрос. А когда осознаю, поражаюсь наблюдательности Леонарда. Последние несколько минут я шарила по столу взглядом, не понимая, чего я хочу. А он спросил — как мысли прочитал — и я поняла. Хочу именно кофе. Киваю.

Леонард машет официантке и просит два капучино.

— Так вот, Сильвия не должна узнать о нашем соглашении. Ни при каких обстоятельствах, — доверительно продолжает он. — Все должно выглядеть так, будто ты пошла прогуляться со Стефаном, вернулась и спокойно занимаешься.

То есть что? Мы сейчас просто поговорим, и все на этом закончится?

— А если я не хочу заниматься с Сильвией? — спрашиваю против воли громче, чем следует.

— Во-первых, остуди пыл. Любой план требует времени на подготовку, — теперь Леонард говорит серьезно. — А во-вторых, тебе нужно обучиться. А Сильвия — одна из лучших Оракулов в Ковене.

— Ну обучусь, и что? — злюсь на него. От нетерпения колет в солнечном сплетении.

— А то, милая Анис, что так надо. — Леонард вздыхает, как уставший уговаривать ребенка родитель. — Сейчас я тебе расскажу, как все будет.

37

Теодор

Слушание по вопросам безопасности подходит к концу, а на телефоне уже пять пропущенных от Сильвии. Уже бешусь, но перезвонить смогу, только когда выйду из огромного зала с анфиладой кресел, сценой и трибуной.

Я сегодня в дебатах не участвовал, только кивал с умным видом на пламенную речь очередного участника. Я вообще не считаю, что люди каким-то образом угрожают ведьмовскому сообществу, да и оборотни тоже нам, хоть и заклятые друзья, а торговых связей с ними воз и маленькая тележка. Только действующие лица предпочитают держать мину межвидовой ненависти и не связываются напрямую.

Я с первого звонка Сильвии сидел как на иголках, а сейчас, после пятого, тревога просто зашкаливает. Стоит господину-оркестратору всех распустить, выхожу в коридор и сразу набираю старую ведьму.