«Грязные» методы - Конев Константин - Страница 13

— Система не смогла справиться с внезапным наплывом, — прокомментировал Красин, повернувшись к Валчеру.

Американец, выругался в позитивном ключе, сунул руку в карман брюк и достал кожаный кошелек. Держа его в руках, он начал неспешно отсчитывать стопку стодолларовых купюр, и с лёгкой усмешкой проговорил:

— DOS-attack. Denial-of-service. Отлично сработано.

Шахматные часы продолжали неумолимо отсчитывать время. Стрелка прошла нулевую отметку, и красный флажок тихо упал, ознаменовав конец партии.

— Кажется, в этот раз победа за мной, — с удовлетворением произнёс Красин, бросив быстрый взгляд на американца.

— Exactly, — ответил Валчер, разводя руками в знак признания.

Саша, поднял со стола выигранные часы Rolex, встал и направился к выходу. За его спиной в кабинете повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь отдалёнными звуками хаоса, который продолжал разрастаться за дверью.

1994 Речной вокзал

Над городом начинался новый день. Легкий утренний туман еще не успел рассеяться, а поливочные машины уже начали идти по улицам, смывая ночную пыль с асфальта. На горизонте солнце поднималось медленно, озаряя крыши домов и первые проблески просыпающегося города. С первыми лучами солнца редкие прохожие, спешили на работу. Кто-то бежал к остановке, догоняя автобус, который только начинал свой маршрут.

— Товарищ подполковник, а почему встречу назначили так рано? — Красин изо всех сил старался не отставать от своего наставника.

— Почему, почему… — недовольно проворчал подполковник, не замедляя шага. — Потому что туристы еще спят. Лимита, как видишь, уже на работу несется. А опера милицейские? Они свои операции, как правило, проводят по вечерам, когда бандюки активизируются.

— Так и у бандюков ведь привычная среда обитания, ну или точнее время тоже вечером. — задумчиво ответил Красин.

— Вот именно. А значит, ты наткнулся не на простых бандитов, а на кого-то, кто за ними стоит, — наставник бросил на него внимательный взгляд.

— Ну я это…

— Ты бы Саша в шахматы лучше играл. Глядишь кроме ребячества научился бы не только красивые комбинации придумывать, но и ходы наперед просчитывать.

— Ну а, — Красин запнулся. — А что в жизни все ходы можно просчитать?

— Эх, все — не все, но такие идиотские точно могли бы. — Офицер хлопнул Красина по плечу. — Пойми Саша, это и ты, да и ребятам в группе с катушек слетели. Решили, что вы все из себя особенные. К особым знаниям прикоснулись. Да, это легко может вскружить голову. Но заруби себе на носу: в шахматах всегда найдется гроссмейстер посильнее тебя. Сколько бы ты ходы ни просчитывал. И у тебя всегда должен быть здоровый страх, а не бравада. Ты сейчас как молодой летчик — «тупой, но решительный».

— Извините, — Красин опустил взгляд и больше смотрел под ноги. Потом словно придя к новой мысли, снова поднял голову и не решительно спросил — А вы часто боитесь?

— Боюсь Саша, боюсь. — Офицер слегка играл желваками. — Может по тому молодым капитаном жив остался в Бейруте. И никогда не зарекаюсь сколько еще осталось.

Они подошли к причалу прогулочного парохода.

На асфальте несколько ворон окружили чайку и уже начали дергать ее с разных сторон. Чайка пыталась реагировать на атаки, то разворачиваясь на приближающегося противника, то в обратную сторону, пытаясь вырвать из чужого клюва свое крыло.

Спутники поднялись на борт судна и за ними убрали узкий трап. Буруны пены и воды поднялись из-под винта. Пароходик начал отходить от пристани. На борту было почти пусто. Только несколько человек разбрелись по застекленной средней палубе

— Народу мало, — заметил Красин, оглядываясь.

— Ну так самый ранний рейс. — усмехнулся подполковник. — Я же говорил — спят еще туристы. Ладно давай еще раз по плану. Ты в штатском, старайся чтобы тебя не заметили. Станешь вот там у борта. Глазеешь на воду, на берег, в мою сторону голову не поворачивайся — не привлекай внимания. Единственно смотри, чтобы сумка на плече была правильно повернута. Ну и, естественно, не забудь камеру включить. Понял?

— Конечно. Как договаривались. — кивнул Красин.

— И запомни: у тебя только два правила. Чтобы не случилось, к нам не подходишь и даже не поворачиваешься в нашу сторону. Это раз. И при любых раскладах ты должен снять и сберечь запись. Это два. Отдашь ее человеку, который представится «от дяди Саши».

— В смысле? А вы? — начал было Красин.

— Это в крайнем случае. А так все по плану. Не дрейфь. Все, стой здесь.

Подполковник отошел на открытую площадку в кормовой части судна.

Речной трамвайчик пришвартовывался к очередной пристани. Красин увидел на берегу бежевый Мерседес, еще несколько иномарок и длинноволосого управляющего казино в окружении незнакомых ему людей. Александр не мог слышать, о чем они говорят, но судя по жестикуляции тот оправдывался перед молодым человеком с зализанными назад черными волосами. По мере подхода к причалу ракурс менялся, и Красин увидел еще одного знакомого — Антона Палыча.

Когда подали трап, они закончили разговор. Директор казино остался на берегу, а незнакомец и Антон Палыч поднялись на борт. Незнакомый брюнет шел не просто уверенной походкой, а скорее надменно-вызывающей. Без лишних слов в глаза бросалось его желание доминировать.

— Альфа-самец, — пробормотал себе под нос Красин. — Прям, как по учебнику.

Александр включил запись на камере.

На задней площадке не было посторонних. Подполковник встретил гостей, повернувшись так, чтобы камера могла снимать лица сбоку.

— Хороший ход подумал — Красин и наблюдая за ними по отражению в медном флотском колоколе.

Брюнет вел себя агрессивно, широко расставил ноги, уперев руки в бока и выпятив грудь. Красин не слышал точного разговора, но по обрывкам и жестикуляции было понятно, что брюнет грубил и пытался морально подавить офицера. Подполковник что-то спокойно отвечал и судя по насмешливой улыбочке подтрунивал над собеседником. Брюнет словно подкашивался во время таких нападок, замолкал на секунду не зная, что сказать. Но военный только делал легкую паузу. Опомнившись, брюнет начинал очередную атаку еще более остервенело. Казалось, он уже выходил из себя и едва не брызгал слюной.

Судно прошло под арками моста. У его ограды уже появились первые туристы. Кто-то снимал на камеру. Красин еще раз проверил положение своей собственной сумки со скрытой аппаратурой. Приподнял глаза к отражению в колоколе и увидел, как подполковник поднял край галстука разъяренного собеседника и протер ему пену на губах. Брюнет не выдержал и толкнул офицера двумя руками в грудь. Тот подался назад, потерял равновесие и опрокинулся. Как назло, в этом месте поручни прерывались, и только небольшая цепочка посередине была преградой. Подполковник споткнулся за нее коленной ямкой, но тело по инерции уже вылетело наружу. Он еще прокрутил руками круги в воздухе, но тут же улетел вниз навстречу воде.

Брюнет и Антон Палыч подбежали к ограждению и со страхом на лице посмотрели вниз. Никто не появился на поверхности, а через несколько секунд пена вырывающихся из-под кормы бурунов окрасилась красным цветом.

Брюнет изменился в лице. Его словно перекорежило в немой гримасе. Руки с согнутыми пальцами охватили голову у висков. Он резко дернул обе руки вниз и из его горла вырвалось:

— What the fuck!!!

Резко согнувшись, он едва не упал коленями на палубу.

От неожиданности увиденного Красин утратил осторожность и уже не следил за отражением в колоколе. Он резко развернулся в сторону кормовой площадки.

Брюнет увидел отблеск камеры в прорези сумки. Застывшую позу Красина и его выпученные глаза размером с блюдце. Выйдя из оцепенения, он вскочил с колен и рывком бросился в сторону Красина.

Через мгновение уже Александр понял, что происходит и резко развернувшись начал убегать вдоль борта, перепрыгивая через скрученные канаты и избегая столкновений с немногочисленными пассажирами. К счастью, некоторое расстояние дало ему форы.