Офицер Империи (СИ) - Гримм Никита - Страница 67

— А… Да, Владимир Алексеевич, простите… Кстати, здравствуйте. — Ко мне наконец-то вернулась способность говорить, — Виталий, это княжич Кобылин Алексей Владимирович, руководитель силового крыла Тайного Приказа, тайный советник…

— Уже действительный тайный советник. — Продолжая улыбаться, легко поправил меня Кобылин.

— Поздравляю, Алексей Владимирович. — Я с уважением кивнул Кобылину, — Это поручик Виталий Григорьевич Березин, разведчик-боец третьей разведывательной группы отдельного разведывательного батальона.

Кобылин протянул раскрытую ладонь Виталику, и Березин с готовностью её пожал.

— Приятно познакомиться, господин поручик.

— Взаимно, господин действительный тайный советник. — Кивнул Виталик.

— Прошу прощения за бестактность, Виталий Григорьевич, но нам с Матвеем Александровичем, так сказать, пошептаться нужно. Не могли бы вы нас оставить?

— Разумеется, прошу меня простить, мне тоже пора возвращаться в расположение группы. Матвей, я заскочу через пару дней! — Согласно кивнул Виталик и повернулся ко мне.

— Принято. Термосы не забудь. — Улыбнулся я в ответ.

Мы подали с Виталиком руки, и Березин покинул палату, закрыв за собой дверь.

Мы остались с Алексеем Владимировичем в палате одни. Кобылин забрал стул от окна, на котором сидел до этого Виталик. Княжич перенес стул ближе к моей постели, и со вздохом опустился на него, положив чёрный кожаный портфель к себе на колени.

— Рад, что вы пришли в себя, Алесей Владимирович. — Улыбнулся я,- А Владимир Алексеевич?

— А уж как я этому рад, ты даже не представляешь! Хотя, как раз-таки ты — один из немногих, кто прекрасно меня понимает… Ладно, было и было. А отец тоже в себя пришел, сейчас порядок в приказе наводит, как раз в Новосибирск вылетел два дня назад. Он-то и попросил меня за тобой съездить.

— Простите, Алексей Владимирович, я не совсем понимаю, что значит «за мной», я пока что остаюсь мобилизованным военнослужащим русской императорской армии и не могу покинуть свое подразделение просто так.

— Больше нет, Матвей, — Княжич раскрыл свой портфель и достал несколько бумаг, первые три верхних листа, скреплённых между собой, он протянул мне, — Ты третий день уже как демобилизован. Твою мобилизацию признали недействительной и проведённой по ошибке в связи с тем, что начальник военного учетного стола не предоставил полностью все данные для оценки твоего правового статуса в моменте. Можешь ознакомиться с решением императорского суда.

Я взял в руки переданные бумаги, углубившись в чтение. Все сказанное Алексеем Владимировичем было правдой. Решением императорского суда, выше которого в империи было бы только личное решение самого императора Всероссийского, я был демобилизован и возвращен в статус студента третьего курса Императорского университета. Кроме того, в качестве компенсации за ошибки, допущенные в Военном Приказе, мне полагалась солидная денежная выплата, а на последнем листе была информация, что за военные заслуги мне представили к награждению правом императора, при этом информации о том, к какой награде мне представят, не было…

— Интересно, как император узнал о моих воинских заслугах? — Усмехнулся я, заканчивая чтение.

— Не смейся, доклады о результатах операции на Куршской косе уже долставлены в столицу. И твоя фамилия там довольно часто мелькает. Спас девушку, победил предводителя чудовищ, перед этим вычислил ячейку так называемого Ордена… Неплохой результат для дилетанта, уж прости. Ты, кстати, не думал о карьере в нашем Приказе?

— Спасибо, Алексей Владимирович, но нет, служить среди рыцарей плаща и кинжала явно не по мне.

— Жаль, у тебя точно есть задатки для нашей работы, я тебе как опытный сотрудник говорю. Ну, да ладно, насильно мил не будешь… Теперь перейду к неприятным новостям. — Кобылин протянул вторую пачку бумаг, оставив у себя в руках один-единственный лист с гербовым оттиском, который просвечивал сквозь тонкую бумагу.

— Так, а что это? — Тут же спросил я, даже не заглянув в новую пачку бумаг.

— Читай. — Княжич взглядом указал на документы в моих руках.

Пришлось читать. И стоило мне прочитать заголовок, я бросил один недоверчивый взгляд на Кобылина, и снова опустил глаза на бумаги. А в бумагах был разложен указ об императорской опеке для рода Волковых, представленных мною и Софьей. Император обязывал себя защищать и оберегать нас, как своих собственных родичей до того момента, пока я не закончу образование и не унаследую титул графа согласно законам империи, на нас же ложилась стандартная формулировка обязанностей в стиле «во всем слушать папу, дети, между собой не ругаться и с одноклассниками не драться»…

Прекрасно понимая, что это значит, морально я сам не готов был принять то, что мне говорил мой рассудок. Внутри всё как-то разом сжалось в тугой комок. Такой же комок подкатил к горлу. В глазах резко что-то защипало, и голос задрожал:

— Алексей Владимирович, что это значит? Что это всё значит⁈

— Прости, Матвей, но ты все равно узнаешь. И тут, как мне кажется, лучше рано, чем поздно. Мы взяли на себя ответственность подготовить все документы и тело Аристарха Прохоровича. Он ждет тебя в столице. Отец сказал, что у вас есть собственный родовой храм в поместье, в Искитиме. Его же нужно будет доставить туда, как и твоего отца. — Кобылин протянул последний лист с гербовым оттиском. В нем было указано, что Волков Аристарх Прохорович скончался первого апреля. Официальная причина смерти — угасание источника.

Я вдруг осознал, что это был за сгусток энергии, такой знакомой и родной там, на прибрежной полосе… Комок встал поперёк горла, дышать резко стало тяжело… Спасибо, деда, спасибо, за всё… Я этого никогда не забуду…

РИ, поселок Вольное, временный пункт размещения разведгруппы капитана Дятлова, 24 апреля, 15.00

— Я постараюсь быстро попрощаться, Алексей Владимирович. — Сказал я, выползая из машины.

В моих руках были бумаги с печатями командующего объединённой группировки войск Багратиона и генерал-губернатора Милославского, в них говорилось, что я вновь уволен в запас согласно имперским законам.

— Давай, я тебя подожду в машине. У тебя полчаса максимум, опаздывать на воздушный корабль нам не стоит. Могут и без нас улететь. — Кивнул Кобылин.

— Понял-принял. Полчаса максимум. — Я закрыл дверь и пошел в сторону дома.

Эх, а этот домик несколько месяцев был для меня настоящим Домом. Сказал бы мне год назад, что я всего за один год превращусь в армейского разведчика и буду сражаться с демонами на землях Российской империи… Даже при всем моем прошлом опыте, я бы, скорее всего, рассмеялся этому человеку в лицо…

Я прошел калитку, поднялся по ступеням, постучал в дверь и вошел внутрь.

— Кого к нам батька — леший притащил⁈ — В коридор из кухни — гостиной вышел улыбающийся Король, — Батюшки, да к нам сам граф Волков пожаловать изволил! Народ, Матвей приехал! Спускайтесь сверху все!

— Здравия желаю, замком. — Улыбнулся я, протягивая руку.

— Все, Шаман, тебе уже положено говорить «здравствуйте», «привет» или «доброе утро», устав над тобой не властен! По крайней мере, до новой мобилизации. — Усмехнулся Король, пожимая мою руку.

— Так точно. Уже в курсе, как я понимаю? — Усмехнулся и я в ответ.

— Конечно, нам вчера в штабе сообщили. Попрощаться заехал? — Сразу понял, зачем я приехал, Король.

— Ага… Всё-таки столько времени вместе провели…

— Верно, — Король явно был доволен моим прибытием, — И время вместе провели, и задачу выполнили поставленную, и, уж чего скрывать, все в группе понимают, что того монстра ты завалил. А то, что отделываешься общими ответами, так на то твое право, родовые секреты никто раскрывать не будет…

Народ начал спускаться. Каждый подходил и здоровался со мной. Последним спускался Дятлов Сергей Евгеньевич.

— Батюшки, кто к нам пожаловал! Я тебя мобилизовать не могу, хоть и очень хотелось бы. Такого бойца терять нам не с руки… Соболезную твоей утрате, Шаман. — Сказал Красавчик, подходя ближе.