Разлука Орхидеи и Повелителя демонов - Фэйсян Цзюлу - Страница 9

Дунфан Цинцан оставил вопрос без внимания. Его взгляд был прикован к книге, которую он держал в руке, уже давно не перелистывая страницу.

Ланьхуа тоже посмотрела туда. На странице виднелись восемь циклических знаков, обозначавших дату рождения женщины, и предсказание ее судьбы: «Се Ваньцин скончается в возрасте двадцати двух лет». Орхидея прочла пророчество вслух и вздохнула:

– Двадцать два года – это совсем мало. Имя такое красивое. Жаль бедняжку.

Ланьхуа почувствовала, как приподнялись уголки ее рта, и поняла, что Дунфан Цинцан улыбается.

– Тебе ее жаль? – спросил он. – Что ж, давай ее выберем.

Следующая реплика застигла Орхидею врасплох.

– Пора возвращаться в царство Людей, цветочная демоница, – сказал Дунфан Цинцан, по-прежнему улыбаясь.

Ланьхуа чувствовала, что ее мысли немного путаются. Тем временем Дунфан Цинцан поднялся и направился к двери. Однако стоило ему сделать два шага, как переполнявшие его воодушевление и радость, вызванные удачной находкой, вмиг испарились. Он схватился за стол и отчеканил с предельным терпением:

– Сделай так, чтобы левая нога Темнейшего не выглядела деревянной. Ну же, шевелись!

Услышав свирепый окрик, Орхидея замерла. Дунфан Цинцан отпустил стол и размашисто прошелся по комнате, быстро перебирая длинными ногами.

– Выноси ногу вперед, шагай шире. – Словно соревнуясь с самим собой в скорости, Повелитель демонов заставил Ланьхуа следовать за ним, не отставая. – Размахивай рукой в такт шагам. Ты что, никогда не ходила пешком? Руки и ноги Темнейшего должны двигаться попеременно!

Ланьхуа казалось, что ее душа в теле Дунфан Цинцана переворачивается вверх тормашками. Когда Повелитель демонов снова на нее наорал, Орхидея совсем растерялась. Однако, пребывая в полном смятении, она наконец смогла зашагать со своим мучителем в ногу. Возможно, тело Повелителя демонов обладало собственной памятью. Спустя некоторое время его походка выглядела почти естественно.

– Что этот демон творит в опочивальне? Похоже, он все там вверх дном перевернул.

– Кажется, ходит кругами…

– А ты уверен, что это действительно Повелитель демонов? Тот самый великий демон из древних легенд, а не какая-то безумная тварь, которая им притворяется?

До ушей Ланьхуа донесся бурный диалог двух служителей за дверьми, и Орхидея внезапно почувствовала себя виноватой перед Большим Демоном, которого из-за ее оплошности приняли за самозванца…

Дунфан Цинцан безучастно взмахнул правой рукой, и полы его одежд затрепетали. В опочивальне поднялся сильный ветер, который взмыл подобно дракону, вырвался из покоев, выбив дверные створки, сшиб с ног служителей, охранявших вход, и с воем умчался в безбрежную пустошь Загробного мира. Дунфан Цинцан вышел из опочивальни, и Ланьхуа почти инстинктивно подстроилась под его поступь. Повелитель демонов сделал глубокий вдох и тихо выдохнул, как будто наконец излечился от давней болезни. Он был доволен, чувствуя себя привычно и вольготно: он снова мог нормально ходить.

Дунфан Цинцан прошествовал мимо охранников, не удостоив их взглядом, и служитель Цзя взмолился за спиной Повелителя демонов:

– Господин, вам нельзя покидать Загробный мир…

Ланьхуа хотела обернуться и объяснить, почему ей необходимо отправиться в царство Людей, но Дунфан Цинцан продолжал идти вперед, не поворачивая головы, словно ничего не слышал.

– Смотри левым глазом вперед, – коротко приказал он.

Скошенные в разные стороны глаза Повелителя могли перепугать служителей Загробного мира, и Орхидея послушно уставилась перед собой.

Дунфан Цинцан шагал прямиком к мосту Найхэ, прислушиваясь к нараставшему шуму погони. У камня Трех Жизней путь ему преградил подоспевший Владыка Загробного мира.

– Почтеннейший Повелитель демонов, куда вы собрались? Не желаете ли погостить в Загробном мире? Служители исполнят в вашу честь особый танец…

– Пусть для тебя пляшут.

Дунфан Цинцан даже не поднял руки. Оттолкнув Владыку плечом, он пересек мост Найхэ. Впереди замаячили призрачные тени: Черный и Белый духи[21] встали на пути Повелителя демонов. Дунфан Цинцан усмехнулся:

– Желаете драться? Хорошо.

Едва его голос затих, он вскинул правую руку. Налетевший порыв урагана всколыхнул неподвижный воздух Загробного мира и прорубил в земле под ногами бездонную трещину. Врагам Повелителя демонов суждено было сгинуть на дне пропасти, если бы только она не разверзлась далеко позади Черного и Белого духов. Потому что в критический момент левая рука Повелителя демонов оттолкнула его правую руку. Было очевидно, что великий демон остановил себя сам, однако в этот момент его лицо побледнело как смерть, словно он хотел разорвать кого-то на мелкие клочья.

– Если меня не пропустят, я искромсаю Загробный мир на ломтики, как доуфу[22], – застенчиво признался Повелитель демонов дрогнувшим голосом. – Уйдите с дороги!

Возможно, это был обман зрения, однако всем показалось, что на лице Повелителя демонов промелькнуло выражение стыда и гнева, а его правая рука, застывшая в воздухе, слегка задрожала. Служители были потрясены. Неужели великий демон способен так разговаривать?

Дунфан Цинцан убрал руку и молниеносно, словно желая провалиться сквозь землю, нырнул в колодец Перерождения. Внутри колодца, где тени чередовались с проблесками света, Ланьхуа отважилась заговорить:

– Большой Демон, не хмурься. Я знаю, что поступила неправильно, когда помешала тебе подтвердить свою значимость, однако убивать всех подряд ради авторитета вовсе не обязательно. Когда ты расколол землю, они и так перепугались. Я ведь помогла тебе сохранить лицо.

Дунфан Цинцан не пожелал с ней беседовать.

Вспыхнул ослепительный белый свет, и окружающий пейзаж мгновенно переменился. Воздух, коснувшийся кончика носа, показался тяжелее обычного. Ланьхуа поняла, что достигла царства Людей, однако… Почему здешний воздух стал таким грязным? Да и ветер слишком силен…

– Господин! Господин!

Скороход, карауливший за воротами, при виде Повелителя демонов заплакал от радости. Выяснилось, что Дунфан Цинцан и Ланьхуа угодили во двор полуразрушенной усадьбы в Ечэне.

– Наконец-то вы вернулись, господин! – По лицу старика текли обильные слезы. – Ничтожный слуга вас дождался! Здесь оставаться нельзя, уйдем побыстрее.

Орхидея почуяла неладное. Она помнила, что прежде здесь повсюду копошилась нечисть, однако воздух не был таким уж скверным и непригодным для дыхания, а сейчас он почти не отличался от ци Загробного мира. Наверное, в царстве Людей так быть не должно?

Ланьхуа оглянулась и широко распахнула глаза. Что случилось? Чтобы спуститься в Загробный мир, она проделала в стене крохотное отверстие. Почему же сейчас размеры дыры в два раза превышают ее рост? Черные трещины карабкались по стене до самой крыши, словно распарывая воздух вокруг. Темная энергия инь текла из пролома, притягивая гнев и пороки царства Людей, в обилии клубившиеся по краям. Похоже, пройдет не так много времени, прежде чем здешний воздух сам собой обратится в огромное чудовище, от которого пострадают жители Ечэна.

– Что ж, отменная работа. – Дунфан Цинцан посмотрел на трещины и удовлетворенно улыбнулся. – Не ожидал, что ты сможешь запомнить массив заклинаний Темнейшего и сорвать печать Трех Царств.

Орхидея едва не разрыдалась от страха.

– Эта… эта дыра увеличивается. Почему она не закрылась?

Дунфан Цинцан усмехнулся:

– Ты думала, что печать Трех Царств сделана из плоти? И зарастет сама, если ее повредить?

Сердце Ланьхуа наполнилось ужасом.

– Все кончено! Что делать? Это же я пробила брешь. Если наставник узнает, то непременно скормит меня свиньям!

– Скорее бы, – холодно отрезал Дунфан Цинцан.

Он повернулся, чтобы уйти, но его левая нога не сдвинулась с места, намертво прикованная к земле.

– Как ты смеешь закрывать глаза на такую беду? – упрекнула его Ланьхуа. – Прореха растет. А вдруг нечисть обретет силу, что тогда будет?