Разлука Орхидеи и Повелителя демонов - Фэйсян Цзюлу - Страница 84

Разумеется, угроза разозлила слугу в черном.

– Повелитель демонов ведет себя неподобающе!

Дунфан Цинцан скривил губы в улыбке:

– О, ты пока плохо знаешь образ действий Темнейшего.

Демон-тень в гневе выхватил меч, но Светлый владыка остановил слугу.

– Господин, дело не в том, что я скуп. А в том, что почвы сижан почти не осталось. Мое тело изготовлено из глины с примесью чудесной земли. Если ты заберешь весь запас…

Дунфан Цинцан окинул хозяина острова презрительным взглядом.

– Полагаешь, Темнейшего интересуют твои трудности?

Светлый владыка так и не смог договорить.

Тем временем Дунфан Цинцан явно терял терпение.

– Сижан или остров. Выбирай.

Глядя на мрачное лицо хозяина, Ланьхуа не выдержала, потянула Дунфан Цинцана за рукав и прошептала:

– Может быть, нам не нужно так много…

– Не лезь не в свое дело, – буркнул Повелитель демонов, скосив на цветочную фею глаза.

Затем вновь посмотрел на Светлого владыку, и воздух вокруг внезапно потяжелел.

– Похоже, что острову с горой Тысячи тайн не место в этом мире.

Слуга в черном сдвинулся с места, но Светлый владыка решительно пресек нападение. В мире, где господствует сила, можно выжить, лишь следуя правилам сильных.

Хозяин острова закрыл глаза, глубоко вздохнул и кивнул:

– Я отдам тебе землю сижан.

– Господин! – потрясенно воскликнул его верный спутник.

Светлый владыка пристально поглядел на незваного гостя и добавил:

– Но у меня есть условие.

– Говори, – приказал Дунфан Цинцан.

– Повелитель демонов разрушил скрытый на морском дне лабиринт под горой, который оберегал остров, а потом какой-то негодяй продал мошенникам Колдовского рынка карту, где указан путь к острову.

Хозяин сделал многозначительную паузу, но Дунфан Цинцан даже вида не подал, что намек адресован ему. Светлый владыка понял, что молчание затянулось, и продолжил:

– Поэтому я покорнейше прошу Повелителя демонов защитить остров от грабителей и прочих обитателей внешнего мира. Если Повелитель выполнит мою просьбу, я отдам всю почву сижан без остатка.

– Сущий пустяк! – усмехнулся Дунфан Цинцан и прикусил большой палец.

Из ранки закапала кровь. В руке Повелителя демонов появился пылающий меч, который вонзился туда, где упали алые капли. Кровь в почве вскипела, а пламя поползло во все стороны, как паутина. Однако в этот раз огонь не выжигал все живое на своем пути, поэтому деревья и трава не пострадали. Когда пламя исчезло из виду, в небе внезапно возникла гигантская магическая печать – зеркальное отражение огненной паутины, опутавшей остров. Обернувшись вокруг оси, печать бесследно исчезла.

– В течение пятисот лет ни одно существо, кроме демона-тени, не проникнет на гору Тысячи тайн.

Смелое утверждение было высказано на редкость самоуверенным тоном, однако никто не посмел в нем усомниться. Светлый владыка почтительно отвесил низкий поклон.

– Благодарю Повелителя демонов. Покорный слуга отправляется за чудесной землей. А-Ин, проводи дорогих гостей в комнату, чтобы они отдохнули.

Хозяин острова удалился, а мужчина в черном отвел Ланьхуа и Дунфан Цинцана в комнату. Как только слуга вышел, Орхидея обернулась к Повелителю демонов:

– Светлый владыка так просто отдаст волшебную почву? Может быть, он что-то задумал?

– Ты научилась соображать быстрее, – заметил Дунфан Цинцан.

Ланьхуа сперва растерялась, а потом опустила голову.

– Когда тебя то и дело обманывают, поневоле научишься соображать.

На мгновение в комнате повисла тишина. Дунфан Цинцан отвел глаза.

– Главное, чтобы он собрал и доставил землю сижан. Если у него найдутся другие скрытые таланты, пусть попробует их проявить.

Под вечер Светлый владыка передал Дунфан Цинцану все запасы волшебной земли, которые явно уменьшились с тех пор, как Ланьхуа видела их в последний раз. Оно и понятно, ведь хозяин острова тоже использовал почву сижан, чтобы выжить. Если забрать у него все без остатка…

Орхидея посмотрела на Светлого владыку. Тот почувствовал ее взгляд, улыбнулся и ушел, ничего не сказав.

На самом деле, если вдуматься, хозяин острова никогда не желал зла цветочной фее. Он всего-навсего мечтал о лучшей жизни.

Ланьхуа переплела пальцы и хотела заговорить, но Дунфан Цинцан словно прочел ее мысли и заговорил первым, попутно разминая комок волшебной почвы:

– Без почвы сижан он не умрет.

Земля сижан обладала жизненной силой и поэтому норовила принять разные формы, но в руках Дунфан Цинцана вдруг стала послушной, как тесто.

Повелитель демонов подергал Орхидею за ворот.

– Приспусти, – приказал он.

Ланьхуа спокойно повиновалась и обнажила раненое плечо, наблюдая за тем, как Дунфан Цинцан накладывает на рану слой почвы сижан. Рана, которая не болела, внезапно напомнила о себе. Жгучая боль проникла в кровь, разлилась по конечностям и костям, а затем устремилась к сердцу. Мало-помалу боль отступила, и Орхидея почувствовала у себя на плече мужскую ладонь, которая отдавала больше тепла, чем руки простых смертных.

– Демону-тени для выживания тело не требуется. Светлый владыка обладает достаточным запасом ци, чтобы жить подобно своему слуге. Вечное тело из почвы сижан – его заветная мечта, не более того. Как сказал бы ваш император, мечта Светлого владыки нарушает волю Небес.

Под звуки голоса Дунфан Цинцана тепло его ладони проникло в сердце Ланьхуа, однако теперь оно не согревало, а жгло. Орхидея подумала, что ее сердце вот-вот поджарится.

– Поэтому не беспокойся о маловажных существах, цветочная демоница. Возможно, им живется лучше, чем тебе.

Орхидея опустила голову. В лучах солнца, проникавших в окно, мужчина и девушка отбрасывали на кровать две тени, которые почти соприкасались. Почти…

– Большой Демон, – вдруг сказала она. – Наверное, я предаюсь странным фантазиям и слишком прислушиваюсь к своему настроению, но разве твоя забота обо мне… не выходит за рамки твоих интересов?

У Дунфан Цинцана едва заметно дрогнули ресницы.

– Тебе достаточно заботиться о благополучии этого тела, – пояснила Орхидея. – Не обращайся со мной так… хорошо. Иначе я могу вообразить то, чего нет.

Повелитель демонов молча убрал ладонь с плеча Ланьхуа. Кожа на плече восстановилась, стала гладкой и сияла, как белый фарфор. Дунфан Цинцан сам не заметил, что подушечки его пальцев задержались на плече Орхидеи чуть дольше, чем требовалось. Он понимал, что прикасается к земле, однако земля, ставшая частью девичьего тела, загадочным образом его притягивала.

– Все хорошо? – спросила Ланьхуа, обернувшись.

Дунфан Цинцан пришел в себя, равнодушно отвел взгляд и встал.

– Пока все в порядке. Через несколько дней этот комок полностью сольется с твоим телом.

Орхидея кивнула, посмотрела на оставшуюся землю и удивилась:

– Так много! Что ты собираешься с ней делать?

Дунфан Цинцан тоже уставился на большой ком, но ничего не ответил. Как будто… и сам не знал, зачем ему столько волшебной земли.

Орхидея привыкла к тому, что Повелитель демонов часто пропускает ее слова мимо ушей. Случись нечто подобное несколько дней назад, она бы, возможно, надула губы и выразила недовольство, однако сейчас ей этого не хотелось. Потому что теперь цветочная фея то и дело задавалась вопросами: как долго она проживет в этом теле, сохраняя сознание? Как долго ее собственные глаза смогут видеть Дунфан Цинцана?..

То ли из-за того, что тишина в комнате затянулась, или же потому, что Дунфан Цинцан слишком странно смотрел на ком самородящей почвы, Ланьхуа не выдержала и заговорила:

– Большой Демон.

Дунфан Цинцан повернулся к девушке, и в его ярко-красных глазах отразился ее силуэт. Ланьхуа забыла прикрыть белоснежное плечо. Ее огромные глаза ослепительно сверкали, а в голосе звучала хрипотца, словно девушка еще не оправилась от полученных ран.

– Большой Демон, ты правда позволишь мне умереть в угоду собственной прихоти?