Разлука Орхидеи и Повелителя демонов - Фэйсян Цзюлу - Страница 103

– Беспокоиться стоит лишь об одном. О том, что Небесный император вздумает навредить нашим детям. Но Мо Си ни за что не позволит убить их. К тому же Ланьхуа тоже бродит по внешнему миру, она наверняка поладила с Повелителем демонов. С такими покровителями, как Мо Си и Дунфан Цинцан, детям ничто не грозит. Я, скорее, волнуюсь за судьбу Небесного императора. – Сы Мин сделала паузу. – А у отца неспокойно на сердце?

– Если они смогли выбраться из города Десяти Тысяч Небес, значит, они сильнее, чем я был в их возрасте.

Сы Мин промолчала и поинтересовалась:

– Не хочешь выйти и проследить за ними?

Чан Юань поставил чашку и погладил жену по голове.

– Мне достаточно того, что ты здесь.

Выбравшись из города Десяти Тысяч Небес, Чан Мин обыскал Небесное царство с помощью ци. Дети Чан Юаня обладали энергией дракона и могли почуять друг друга даже за тысячи ли. Однако в Небесном царстве юноша не обнаружил следов сестры. Подумав, что Чан Шэн могла спуститься на землю, Чан Мин нахмурился. Он шагнул вперед, и Гу Лань повторила его движение.

Чан Мин помолчал, а затем обернулся к девушке.

– Теперь ты больше не магическое оружие, ты преобразилась в духа. Раз мы выбрались из города Десяти Тысяч Небес, ты вольна идти куда хочешь.

Гу Лань опешила.

– Хозяин больше не желает меня видеть?

– Дело не в этом…

Видя, как погрустнели блестящие глаза девушки, Чан Мин запнулся и смягчил свой тон.

– Отныне ты дух, у тебя есть ноги, поэтому ты можешь сама выбирать себе путь. Если вдуматься, никакой я тебе не хозяин. Ты не обязана оставаться рядом со мной.

– Я хочу пойти туда, куда идешь ты, – прозвучал непреклонный ответ.

Чан Мин на время погрузился в молчание. Объясниться парень с девушкой не успели, потому что вдалеке послышались голоса небесных воинов:

– Из руин Десяти Тысяч Небес опять кто-то выбрался!

– Нужно быстрей доложить императору!

Чан Мин сдвинул брови. Не успел он сказать «бежим», как Гу Лань запустила в небо два потока смертоносной ци. Один из них угодил в воина, и тот упал. Его сотоварищ побледнел от страха. Глаза Гу Лань полыхнули убийственной яростью, но Чан Мин не позволил девушке атаковать снова. Он схватил спутницу за запястье, превратился в белый луч и направился в царство Людей.

Чан Мин летел очень быстро, и вскоре парень с девушкой достигли земли. Их окружала пышная растительность, поблизости журчал ручеек. Должно быть, путники и впрямь угодили в Земное царство.

– Разве можно сразу лезть в драку? – упрекнул Чан Мин девушку, как только встал на ноги. – Покинув город Десяти Тысяч Небес, мы должны соблюдать осторожность.

Пронзительный взгляд Гу Лань надолго задержался на руке, сжимавшей ее запястье. Чан Мин опомнился, отпустил девушку и прочистил горло, а Костяная Орхидея подняла голову и расплылась в улыбке:

– Я люблю, когда ко мне прикасается хозяин. По всему телу сразу разливается тепло.

Чан Мин покраснел и снова закашлялся, начисто позабыв слова упрека. Юноша попятился, желая отойти подальше от Гу Лань, но едва он шагнул назад, как та двинулась за ним. В конце концов спина Чан Мина уперлась в дерево. Отступать было некуда. Тогда юноша вытянул руку и оттолкнул девушку.

– Не подходи слишком близко.

Гу Лань заметно расстроилась и сникла.

– Ладно, – покорно сказала она.

Чан Мин вздохнул с облегчением и отправился в путь. Но едва он прошел пару чжанов, к его запястью прикоснулась чужая рука. Гу Лань незаметно нагнала юношу и по привычке приблизилась почти вплотную. Чан Мин остановился и многозначительно посмотрел на Костяную Орхидею. Та с жалобным видом попятилась. Затаенная обида в глазах девушки заставила Чан Мина почувствовать себя неуютно… Хотя он-то в чем провинился?

Покинув рощу, Чан Мин вошел в маленькую деревушку. По пути парень с девушкой ловили на себе любопытные взгляды. Наблюдая за настоящими, живыми людьми, Чан Мин осознал, что они отличаются от творений волшебной кисти. Люди из плоти и крови, рожденные по воле Небес, питались злаками и могли сойти в Загробный мир.

Заметив, что Чан Мин пристально разглядывает женщину, которая развешивала белье для просушки, держа на спине ребенка, Гу Лань удивилась:

– Хозяин?

– Пойдем, – очнулся юноша.

Чан Мин примерно понял, куда двигалась Чан Шэн. Сестра пробиралась на север, и юноша не раздумывая последовал за ней.

По дороге они услышали вести о том, что на севере свирепствует голод из-за неурожая и оттуда бегут люди. Север был охвачен хаосом, чем не преминули воспользоваться демоны. Они затесались среди людей, сеяли в человеческих сердцах смуту и разжигали вражду. Чан Мин не боялся, что демоны обидят сестренку. Скорее, он опасался, что коварные создания собьют наивную девочку с истинного пути…

Юноша нахмурился, погрузившись в тревожные мысли, и в этот миг к нему подбежал нищий в лохмотьях. Прежде чем Чан Мин понял, что происходит, Гу Лань за его спиной вскинула руку. Острый стебель стрелой рассек воздух и пронзил оборванца насквозь, пригвоздив к земле у ног Чан Мина. Юноша оторопел.

– Гу Лань! – с негодованием крикнул он.

Девушка растерялась и в недоумении уставилась на хозяина.

– Зачем ты…

Не успев договорить, Чан Мин почуял дуновение демонической ци, исходившей от трупа. Нищий был демоном…

– Он пылал яростью и хотел убить тебя… – пробормотала Гу Лань.

Костяная Орхидея чутко реагировала на любую угрозу и всегда защищала хозяина. К этому девушку призывали инстинкты, и винить ее было не за что. У Чан Мина дрогнули губы, но извиниться он не успел. Гу Лань отступила на два шага и больше не прикасалась к руке Чан Мина. Девушка опустила голову, глядя в землю и не произнося ни слова. Ее глаза слегка покраснели, как будто она вот-вот расплачется от обиды.

– Я… Хозяин, нам следует поторопиться.

Чан Мин не нашел что сказать.

К вечеру они достигли северных земель. Крупные города опустели, словно их наводнили призраки. Воздух был обильно пропитан демонической ци. Чан Мин и Гу Лань нашли обвалившийся храм на окраине города, разожгли огонь и устроились на ночлег. Гу Лань подбросила в костер дров, одиноко присела на пороге, обняла колени и уставилась на темное небо. Чан Мин долго обдумывал, что сказать, подбирая правильные слова, и наконец подошел к девушке. Вопреки ожиданиям, та не удостоила его взглядом. Юноша почесал кончик носа и бесцеремонно уселся рядом.

– М-м-м… Я зря отругал тебя сегодня, прости.

Гу Лань по-прежнему не обращала на него внимания. Она никогда не считала себя бесценным сокровищем и всегда уступала хозяину, и что в результате? Чан Мин принимал ее за негодяйку, способную лишь убивать направо и налево. Разве неясно, что она просто-напросто защищала хозяина, не желая, чтобы тот пострадал?

Чан Мин не умел извиняться и утешать. Встретив холодный прием, юноша смутился и позабыл, что собирался сказать. В глубине души он горько усмехнулся: Гу Лань постоянно называла его хозяином, но разве служанка воротит от господина нос, если ее разок отругали?

Юноша вздохнул и предложил:

– Если сердишься, можешь завтра уйти. Я же говорил, что ты вольна…

Девушка обернулась, не дожидаясь окончания фразы. Ее глаза наполнились слезами.

– Сперва отругал, а теперь гонишь прочь?

Чан Мин смотрел, как девичьи слезы капают одна за другой. Его мучили угрызения совести, одолевали растерянность и бессилие. Но он не понимал, в чем провинился, и не видел причин для стыда.

– Я… я… я… – Последний раз Чан Мин заикался в детстве, глядя в глаза Ланьхуа. – Я… – Но даже перед лицом Ланьхуа он так не волновался. – Я не это хотел сказать.

Гу Лань не расплакалась в голос, решив не позориться перед хозяином. Девушка молча отвернулась и вытерла слезы рукавом, отчего ее глаза стали еще краснее. Жалкое зрелище вызвало в сердце Чан Мина настоящую бурю. Он вспомнил слова Гу Лань о том, что прикосновение хозяина делает ее счастливой, наполняя тело теплом. Юноша присел на корточки перед девушкой и протянул руку, замер на миг и большим пальцем осторожно вытер слезы, капавшие из глаз Гу Лань.