Драконья Эра на Руси чародейской (СИ) - Тимаков Сергей - Страница 104

Положение висело на волоске, но драконы оказались достаточно крепкими, и, даже несмотря на превосходство великанов в весе, драконья чешуя, кости и мышцы выдержали сходку «на кулачках»… и не только.

Борислав в первые же мгновения боя буквально разорвал нескольких великанов из самых главных, походя сбив войсковой удар. В дело пошли не только когти на лапах, но и клыки, крылья и хвост, которым Основатель сходу пронзил череп одного из главных вождей великанов, и на оттяге схоже пробил голову второму.

Борислав вошёл в раж, дерясь, похоже, на пробудившихся инстинктах и истовом желании защитить своих. Даже, когда он перешёл на чары, они создавались им почти также — по наитию, не теряя при этом ни в мощи, ни в искусности.

Мы же с моими жёнами ударили иначе. Пространственное смещение перенесло нас в самую гущу сражения, но, оказавшись там, мы не стали рвать и метать, как это было на Ржевском тракте. Отбросив выверенными ударами ближайших врагов, да находясь в связующем нас боевом Круге Силы, направленном на мою поддержку, нанесли сперва пробный удар по площадям, а убедившись, что с чешуи союзников сии чары стекают, как с гуся вода, я врезал уже в полную Силу. Разрозненное войско врага поджарило мощнейшими разрядами молний, оплетшими его полностью. Напоминало сильнейшую зарницу, но разразившуюся не где-то там — высоко в небесах, а стелившуюся вдоль поверхности.

Чары эти были не то чтобы сложные — аналог волны огня, но основанные на иной стихии. Я их как-то даже против пиратов использовал… Только на сей раз распределение целей почти что отсутствовало — их слишком много, создана лишь токопроводящая среда, соединяющая всех на поле боя, а вдоль поверхности, наоборот, не дающая молниям уйти в землю. В плетение вложена вся мощь Круга Силы, а в совокупности она у нас ныне превосходит и третью ступень архимага!

После удара, вокруг вдруг установилась такая… звенящая тишина! Право слово, именно в эти мгновения, я смог прочувствовать смысл сих слов особенно ясно… Или это от грома? Впрочем, я вроде как слышу… А ещё я тихо порадовался особенностям драконьего зрения, помогшим выдержать столь могучую вспышку!

Повисшую над полем боя тишину нарушил возмущённый возглас Велибора Могучего:

— Опять⁈ Да мы ж только-только добежать успели… Да как так-то⁈ Вот говорил же, что учиться надо! И ведь есть у меня сродство с Пространственными чарами, всегда было… Чего стоило немного подучиться-то, а⁈

— Борьба с твоими самыми страшными противниками, — неожиданно язвительно выдала его супруга Агния.

— Ой, не начинай! Сам знаю… И не ленивый я, просто… увлекающийся, — буркнул Велибор, развеяв заодно и напряжение от резко прервавшегося боя-свалки.

— Все целы⁈ Осмотритесь вокруг. Вдруг кому-нибудь срочно нужна помощь⁈ Как бы не выглядела рана, это ещё… — начал было я, но прервал собственные пояснения, ибо все всё прекрасно понимают.

— Дфа! Сфочно офмофритесь и дофофытесь! Т-фу! Да фо фе эфо⁈ — донеслось от Борислава Хвостова, пытающегося вытащить из своей драконьей пасти какую-то сильно пожёванную железку. Впрочем, для железки, метал слишком уж стойкий…

— Это касается всех! — громко вторил ему Влад, также находящийся в драконьем облике. После чего резко прикрыл лапой пасть, посмотрев в сторону нашего войска, где были те, кто запросто мог пострадать от драконьего голоса.

Благо, войсковые щиты хоть и изрядно просели, но всё ещё держали, а я в них внёс кое-какие правки, более-менее защищающие от дружеского оглушения и… Там много всего неприятного.

— Да-а-а! Тут хочешь не хочешь, а ударить было необходимо… Впрочем, Злат, не думаю, что от этого светопредставления будет сильно хуже. Спалённая Цитадель — смотрится всяко серьёзнее… Да и как выяснилось, драконами сие плетение воспринимается терпимо, и даже бодрит! — протянул со стороны Ратмир.

— Это было не то, о чём я тогда говорил. Так… слегка усиленный грозовой разряд, да ещё с вложенными ограничителями. Неспособный серьёзно повредить драконам! Подвернулась возможность им наподдать, и мы ей воспользовались, — коротко пояснил я.

— Подвернулась возможность⁈ Слегка? Ну, тогда ладно… — с чуть ехидными нотками протянул главный воевода Великолесья.

— Ну, может, и не слегка, но чары и впрямь ходовые — против пиратов весьма хороши… Нежке вон бить ими особенно по нраву пришлось, — хмыкнул я.

— Хороши… Но до чего воняет-то знатно! Долго теперь отмываться придётся, а то и чарами пройтись… И стоит уже сейчас подумать о том, что говорить союзникам на ближайшем военсовете, — заметил, стоявший неподалёку от побратима, Ладимир.

— Ты сам вызвался в эту говорильню, вот и… — тут же заявил Ратмир, который не особо-то любил эти сборища, хоть они напрямую касались военного дела. Ну, и отпускать всех начало, потому как предварительные доклады обнадёживали и можно было отпустить шутейку-другую…

Впрочем, долго праздновать не вышло — вести с обоих концов передовой настораживали. Главный удар, и впрямь, хотели нанести по нам, но и по обе стороны передовой, если отталкиваться от нашего расположения, приходили тревожные сообщения о множественных попытках контрнаступления и усиленных войсках великанов. Враг начал повсеместно давить на наших союзников. Видать, и им достались свежие подкрепления, а то и тылы вражины вновь оголили большой переброской сил… Может, партизанам стоит вновь там пошуровать?

* * *

Как вскоре выяснилось, на остальных участках передовой в бой шли почти обычные войска великанов, просто в гораздо большем количестве и действующие очень уж напористо. Обычные-то — обычные, но союзным войскам приходилось туго. Укреплений-то у нашего войска было немного и все они наспех сделанные.

Смысл городить серьёзные, если вскоре надо наступать и возведённые крепости в итоге останутся в тылу? Зацепились за отвоёванный участок, перевели дух, перебросили свежие силы, отправив уставших вояк восстанавливаться, и пошли на приступ новых укреплений… Вот такая вот у нас тактика. Только вот, когда противник начинает теснить уже тебя — сей подход чувствительно так аукается!

Натиск великанов вдоль всей передовой оказался столь дружным, что нам волей-неволей пришлось разделяться, спеша на подмогу сразу в несколько мест одновременно. Разве только сговорились, мол, в случае чего, не лезть особо на рожон и дождаться дополнительных подкреплений. Благо, летучие корабли позволяли более-менее уверенно держать удар и бить дальше обычного.

Недавняя сшибка, конечно, оказалась более чем эпичной и прошла для нас удачно, укрепив боевой дух, но лучше бы и дальше действовать по задуманному, а не оголтело бросаться на врага, разбираясь по ходу дела.

«Эх, нет во мне, видать, той отчаянной авантюрной жилки! Лезть-то я во всякое лезу, но перед этим всячески стараюсь схитрить да подстелить соломки…»

— А и хорошо! Это малолеткам в радость бездумно совать свой нос и другие части тела куда не попадя, а потом мужественно или не очень превозмогать, плоды собственной дурости, а ты у нас — зрелый муж! Мы вот, когда мелкими были, тоже во всякое влипали… И ещё поражались чрезмерной осмотрительности да скучности взрослых, бурчали на нравоучения с требованиями блюсти осторожность от отца. А он просто головой думал! — выдала Соколина.

— Ага! Я тоже до жути перепугалась, когда наши войска вражий удар еле-еле сдерживали, — призналась Нежка.

— А я порывалась сама открыть проход и… — повинилась Пелагея.

— Да понятно всё — чай, не чужие там… — со вздохом ответил им я, а после, встряхнувшись, начал готовиться к очередному столкновению.

* * *

Часть орудий нашего корабля теперь постоянно заряжена самыми мощными снарядами. Это даёт возможность, в случае нужды, ударить сразу, не тратя времени на перезарядку. Только вот боеприпасов второй ступени мало и их надо беречь, следовательно, предосторожность сказывается на огневой мощи обычного залпа — часть орудий-то, будучи заряженными, молчит.