Стекловата (СИ) - Ибрагим Нариман Ерболулы "RedDetonator" - Страница 82

— Ты ебанулся? — спросил Павел.

— Чего⁈ — резко развернулся Тимур. — Это ты ебанулся!

— Почему я ебанулся? — спросил Бродский.

— Ты кинул меня! — воскликнул Кузьмин.

— Когда? — спросил Павел.

— Я тут один остался! — с надрывом прокричал Тимур, а затем резко изменился в лице. — Подойди сюда…

Павел медленно приблизился к нему.

— Там кто-то есть… — прошептал ему на ухо Тимур. — Я слышал рацию…

— Нет там никого, — покачал головой Павел.

Он обхватил Кузьмина и потащил его в зал.

— Ты чего⁈ — прокричал Тимур.

— Успокойся! — крикнул ему в ухо Павел, толкая его на диван. — Надень штаны, блядь, долбоёб!

— Сам ты долбоёб! — парировал Кузьмин, падая на диван.

— Ты хули исполняешь⁈ — спросил Бродский.

— Где пипа? — вдруг забеспокоился Тимур.

— Какая, нахуй, пипа⁈ — проревел Павел. — Ты уже сам как пипа, блядь!

— Ты так не говори, — попросил его Кузьмин, поправляя член.

— Блядь, оденься! — поморщился Павел.

— Только после того, как я получу пипу, — покачал головой Тимур.

— Она у тебя в штанах, — сказал Бродский, ощупывая карман джинсов Тимура.

Кузьмин сразу же подорвался с дивана и начал лихорадочно быстро надевать свои джинсы.

— Не кури, блядь, — сказал ему Павел. — Успокойся.

— Ебанулся? — спросил его Тимур и чиркнул зажигалкой. — Не кури, блядь… Ха-ха…

— Так, останавливаемся, — сказал Павел и задул пламя зажигалки.

— Ебанулся, — констатировал Тимур. — Ладно, хуй с тобой. Что у тебя? Что случилось?

— Сиди тут, — сказал ему Павел, забрав зажигалку.

Он пошёл на кухню и достал из холодильника бутылку скотч-виски «Glenfiddich».

— На, пей, — передал он наполненный скотчем стакан Тимуру.

Кузьмин недовольно поморщился, но выпил полстакана.

— У-у-у-х, бля… — выдохнул он. — Какое же говно…

— Говно — это то, что только что произошло, — покачал головой Павел. — Ты мык поймал, бро.

— Не, я тебе отвечаю, я рацию слышал, — заверил его Кузьмин.

— А какого хуя ты голый был? — спросил его Бродский.

— Ну… Хм-хм… — замялся Тимур. — Пообещай, что не будешь угорать?

— Обещаю, — кивнул Павел.

— Короче, ты ушёл в душ, — начал Тимур. — Я поправился и решил вздрочнуть. Но вдруг, посреди процесса, я услышал рацию. Взял нож с кухни и подошёл к двери. И, одновременно, хотелось закончить начатое, и узнать, что за рацию я слышал. В связи с этим я попал в… неловкую ситуацию.

— Но это же и есть мык, — произнёс Павел. — Не было никакой рации.

— Да была! — воскликнул Тимур. — Ты в душе был, поэтому не слышал, а я слышал!

— Не было ничего, — покачал головой Павел.

— Хочешь сказать, что я пизжу⁈ — возмутился Кузьмин.

— Да, — кивнул Бродский. — Это мык, бро.

— Да иди ты нахуй! — разозлился Тимур.

— У нас вес на хате, а ты орёшь, как долбоёб, — вздохнул Павел. — Даже если бы там реально была рация, даже если бы в квартиру вошли люди — что бы ты сделал голый, с ножом и членом в руках?

У Тимура не нашлось ответа.

— Надо завязывать с солью — ты накрываешься пиздой, — продолжил Бродский. — Как солевая дура.

— Сам ты солевая дура! — резко отреагировал Тимур. — Говоришь, будто не курил со мной!

— Я не дрочил у двери с ножом, блядь! — воскликнул Павел. — Тима, ты ебанулся, как НикВик!

— Даже если так, то что⁈ — вопросил Тимур.

— Да то, что мы не сладости дома держим, — ответил на это Бродский. — В последнее время, как мы разгрузились по работе, ты всё чаще долбишь соль, как жадная свинья — это создаёт лишнее палево.

— Не, Пашкевич, — покачал головой Кузьмин. — Иди ты на хуй. Ты неправ. Всё нормально у меня. И чё ты из себя главного строишь? Как хочу — так и живу!

— Дело не во мне, а в тебе — ты солевая дура, слетевшая с катушек, — произнёс Павел.

Тимур неопределённо улыбнулся, после чего съездил ему кулаком по лицу.

— Ах ты, пидор! — ошеломлённый Павел ударил в ответ.

Началась довольно-таки неумелая и нелепая драка, которая быстро скатилась к валянию на ковре с непрямыми ударами и толчками.

— Пошёл нахуй… — отполз уставший Тимур.

— Сам иди нахуй… — ответил не менее уставший Павел.

Кузьмин достал из кармана пачку сигарет и закурил.

— Так продолжаться не может, — произнёс Бродский. — Это небезопасно — так дохуя солиться и потом орать под мыком.

— Ну и хуй с тобой, — махнул на него рукой Тимур. — Если ты такое ссыкло, то иди нахуй. В этом бизнесе нужно иметь стальные яйца, а у тебя даже кожаных нет, ссыкуха ебаная…

— Какой бизнес, блядь⁈ — с усмешкой спросил Павел. — Ты мыкующая солевая дура! Бизнесмен, нахуй, ха-ха!

— Всё, тогда расход, — твёрдо и решительно произнёс Тимур. — У меня и без тебя всё отлично налажено. Делим бабки и расходимся, как в море корабли.

— Ты в этом уверен? — спросил Бродский.

— Да, сука, уверен! — заявил Кузьмин. — Пригрел на груди змею, блядь…

— Ой, да иди ты нахуй, — отмахнулся Павел и пошёл к их сейфу с наличкой.

Открыв сейф, он вытащил из него восемь пачек по полмиллиона рублей.

— Тут четыре ляма, — сообщил он Тимуру. — В крипте у нас немного меньше четырёх. Наличку я оставляю тут, а кошельки оставляю за собой. Идёт?

— Идёт, — без раздумий ответил тот. — Люди приличные любят наличные…

— Ага-ага… — поморщился Павел. — Тачку тоже оставь себе — она на тебя оформлена.

— Не-не-не, — мотнул головой Тимур. — Тогда мы не ровно делим. Полмиллиона забирай — это типа компенсация за тачку.

Павел молча забрал одну из пачек и положил её в свой рюкзак, после чего начал собирать свои вещи по всей квартире.

За время сборов они не перекинулись ни словом. Тимур стоял на кухне и пил виски, а Павел не нашёл, что сказать ему.

Он заказал такси, а также забронировал номер в отеле.

— Ладно, бывай, — произнёс он на прощанье. — Береги себя.

— Ты тоже, — ответил Тимур.

*8 мая 2018 года, г. Санкт-Петербург, отель «Дворцовый мост»*

Павел вылез из бассейна и пошёл в сауну.

Время раннее, поэтому спа никто не пользуется — они с Анной здесь одни. Точнее, почти одни. Есть ещё какой-то очень старый дед, но он лежит на шезлонге у бассейна и не двигается.

— Так значит, вы с Тимуром больше не общаетесь? — спросила Анна, потеющая на нижней полке сауны.

— Больше не общаемся, — вздохнул Павел.

— Понятно… — ответила на это Анна. — А с Алиной?

— Ну, я с ней ещё не связывался, — произнёс Павел. — Да и не буду сегодня — у меня выходной. Пошли все в пизду.

— Это правильно, Паша, — согласилась Анна. — Тебе давно уже надо было отдохнуть. Но где ты жить будешь? Если что…

— Да сниму, — пожал плечами Бродский. — Не хочешь съехаться?

— Нет, — ответила Анна. — У меня родители сейчас напряжены — отец узнал о том, что случилось с Артуром и включил «заботливого папашу». Если я попробую куда-то уйти, родители начнут что-то подозревать.

А родителям было что подозревать — Анна с Павлом сегодня с утра снюхала больше грамма мефедрона. Бродский уже давно заметил, что без мефа вместо секса у них получается что-то не то…

— А что с бизнесом вашим? — спросила девушка.

— Разделили, — ответил Павел. — Всё по-честному. Но теперь надо больше работать. И машину придётся купить…

— Надо идти дальше, — улыбнулась Анна. — Какую машину будешь брать?

— Не знаю, я особо не разбираюсь, — признался Павел.

— О, давай Мерседес! — предложила Анна.

— Надо посмотреть, что почём, — не стал делать громких заявлений Бродский. — Если будет по разумной цене, то куплю.

— Мерседес Е200, — сказала девушка. — Прошлое поколение — хорошая, экономичная и свежая тачка. Тебе как раз удобно будет.

— А ты откуда знаешь это всё вообще? — удивился Бродский.

— Я люблю машины, — улыбнулась Анна. — Мазда уже приелась, если честно… Я уже давно прошу отца купить мне Мерс.