"Фантастика 2024-191". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Боталова Мария - Страница 54

— Но? — вкрадчиво произнес я.

— Но совсем недавно случилось неожиданное. — Шлюндт достал из коробки, лежащей на столе, новую сигару.

— Только не говорите, что в скрытую от всех тысячу лет пещеру случайно забрался маленький человечек с мохнатыми ногами, — попросил я собеседника. — Этого мне не перенести.

— Ты будешь смеяться, но что-то подобное и произошло, — расхохотался мой наниматель. — Но сначала случилось землетрясение. Да ты о нем, скорее всего, в новостях читал. В конце прошлого месяца горную систему тряхнуло как следует. 29 июня, если точнее.

— Было такое, — кивнул я. — Помню.

— А дата тебя не смутила, Максим? — хитро прищурился старичок. — А?

— Да нет, — не стал скрывать я. — С чего бы?

— И ведь ты еще неплохо подкован, — вздохнул Шлюндт. — На фоне остальных, имеется в виду. Максим, 29 июня празднуют Сварогов день. Ну, по нынешнему календарю, разумеется. Может, конечно, это и совпадение, всякое в мире случается, но если даже это и так, то все равно есть над чем поразмыслить.

— И кто же нашел слезу? — уже поняв, что именно случилось в горах в конце июня, осведомился у него я. — Геолог или турист?

— Турист, — не стал тянуть с ответом хозяин дома. — Их на Среднем Урале много бродит, там места красивые, давным-давно разведанные, более-менее населенные. Северный Урал в этом плане куда более недружелюбен.

— Опуская подробности, скажите — вы-то как узнали, что он наследие Рода подобрал? Вряд ли у вас какой-то маячок стоит, оповещающий об этом.

— Маячка нет, зато разнообразных знакомств много, — не чинясь, сообщил мне Карл Августович. — Был в том вагоне, где ехала тургруппа, один мой давний должник. Он, конечно, сам не понял, что в руках туриста увидел, но зато почувствовал силу, которую этот предмет источал. Бедняга, нашедший слезу, надумал ей хвастаться с пьяных глаз, мол, мало того, что при землетрясении выжил, так еще вон какую красоту в пещере отыскал. А мой источник, видишь ли, не совсем человек, потому в таких вопросах разбирается.

— Перевертыш, — уверенно заявил я. — Да? Эти энергетику необычных предметов за версту чуют.

— Верно, — подтвердил Шлюндт. — Вот сразу видно профессионала.

— А почему вы туриста беднягой назвали?

— Потому что он до Москвы не доехал, — пояснил мой собеседник. — Слеза Рода добралась, это точно, а вот он сам — нет. Ну а поскольку сходить по дороге он не собирался, вывод один — кто-то ему помог это сделать.

— Так может, как раз ваш источник отличился? — предположил я. — Перевертыши на такие дела горазды, им человека убить всегда в радость. Не понаслышке знаю.

— Тогда слеза уже была бы у меня, — пыхнул сигарой Шлюндт. — Уж поверь. Нет, тут кто-то другой сработал, явно не понимающий, что ему в руки попало, иначе он с этого поезда сошел бы на первой же станции, чтобы затеряться на просторах страны. А он доехал до конечной точки, до Москвы. Скорее всего, это просто дурачок, который принял редчайший артефакт за драгоценный камушек и решил его прикарманить, а после продать.

— Резонно, — кивнул я. — Скорее всего, так и есть.

— Вот мы и добрались до самого главного, — припечатал ладони к столу Карл Августович. — Максим, берешься ты за то, чтобы отыскать слезу Рода и передать ее мне за оговоренное ранее вознаграждение?

Как он сказал? Легкий заказ? Ну, по сути, так оно и есть, конечно. Нет, изначально, когда Шлюндт начал вести рассказ со времен царя Гороха, я, было, напрягся, но в финале все более-менее устаканилось. Есть отправная точка, есть свидетели, понятно, в какую сторону двигаться.

Но все равно точит внутри какой-то червячок. Явно же он не все мне рассказал, я это всем своим существом чую. Есть еще какой-то подвох.

— Карл Августович, вы точно ничего больше к своему рассказу добавить не хотите? — спросил я. — Может, есть еще какие-то нюансы, которые мне надо знать до того, как мы ударим по рукам? Просто я русский, живу по Покону, а в нем четко прописано — не должен заказчик от исполнителя таить то, что повредить жизни или разуму его может. Если такое случается, то договора все равно что и не было вовсе.

— Есть еще одна мелочь, — вздохнул старичок. — Но вряд ли она тебя остановит. Не тот ты человек.

— Внимательно слушаю, — я поставил локти на стол, подпер подбородок кулаками и уставился на хозяина дома.

Глава 17

— Дело в том, что мой информатор оказался не очень расторопен и не слишком чист на руку, — печальным тоном пояснил Шлюндт. — Относительно первого — он мог бы и сообразить, что, если непонятная вещь один раз поменяла владельца, так можно это проделать и снова.

— Резонно, — кивнул я. — Мне это тоже сразу пришло в голову. Тем более что перевертыши вообще убивают легко и просто, такова их природа.

— Но самое скверное не это. После нашего разговора он, похоже, сообразил, что вещица ему на пути попалась непростая, с историей, потому решил продать информацию о ней еще кое-кому. И этот кое-кто смог сопоставить те вопросы, которые я задавал перевертышу, с имеющимися у него исходными данными.

А вот и первое явное противоречие между услышанным мной ранее и реальным положением вещей. Говорил же, что этот старый плут замалчивает некоторые факты. Нет, не он такой первый и не он последний, конечно, другие заказчики тоже время от времени юлят и хитрят, но подобные вещи никогда мне не нравились. Мирослав, например, в таких случаях всегда говорил потенциальному клиенту «нет».

Но я не он. Наставник, ввязываясь в разные авантюры, просто разгонял скуку, для меня же это работа, я так на жизнь зарабатываю, потому в некоторых случаях принципиальностью не страдаю. Как, например, сейчас. Тем более что в данном случае речь идет не о хлебе насущном, а о давно поставленной перед собой цели.

— Выходит, все же не вы один желаете завладеть артефактом? — напрямую спросил я. — Есть и другие охотники?

— Есть, — признал Шлюндт. — Немного, пальцев на одной руке хватит, чтобы их перечесть, но — есть. И они готовы пойти на многое, чтобы первыми наложить свои лапы на слезу Рода. На многое, если не сказать на всё.

Вот теперь ряд странностей, произошедших со мной за последние дни, получил хоть какое-то разумное обоснование. Непонятные вурдалаки, полуночники, спихнувшие мою машину с дороги в кювет, гули в лифте — это все звенья одной цепи, теперь в этом нет никаких сомнений, правда, не факт, что все они служат одному хозяину. Шлюндт же сказал, что игроков несколько, но цель — да, она одинаковая. Почему? Потому что вурдалаки меня убивать не собирались, теперь это ясно, а вот гули и, возможно, полуночники стремились как раз к этому. Видно, разные инструкции им были даны. Одни должны были меня просто как следует напугать, другие — убрать как фигуру с доски насовсем. Надо полагать, хозяева последних уже проведали, кто собирается меня нанять или просто предполагали, что такое может случиться, потому решили сработать на опережение. Нет-нет, я себя не переоцениваю, лучшим из лучших не считаю и корону на голову не натягиваю. Это элементарная логика — чем меньше у противника потенциальных возможностей для маневра, тем выше шансы на собственную победу. Я одна из таких возможностей, так пусть меня лучше не будет.

И Майя, к бабке не ходи, тоже вступила в эту гонку на стороне одного из противников Шлюндта, оттуда и ее задушевный тон и трогательная забота обо мне. Хотя, если подумать, в каком-то смысле она на самом деле хотела для меня добра, уже зная, что задумай я официально играть на противоположной стороне, мне мигом вынесут смертный приговор.

Или, наоборот, желала получить меня в свое подчинение, тем самым дав понять, кто тут главный. Мол, пусть послужит у меня на посылках и выполняет всю черновую работу. С нее станется.

— Как видно, у тебя есть что рассказать, — мягко произнес Карл Августович, внимательно наблюдавший за мной. — Я не ошибаюсь?

— Есть, — подтвердил я. — Похоже, ваш заказ создал мне проблемы еще до того, как я его принял.