Драконий отбор, или Очень хочется замуж! (СИ) - Зиздок Лена - Страница 36

— Дорогие невесты, — чопорно произнёс смотритель отбора. — Их Светлости решили исправить жуткую несправедливость, что их только двое, а вас девятнадцать. Как невесты, вы получаете прискорбно мало внимания с самого начала отбора. Поэтому сегодня до самого вечера каждой из вас предоставляется свой личный княжич. У них на руках номерки, вам нужно будет вытянуть из мешочка тот, который и станет на сегодня вашим спутником. Где-то здесь присутствуют и настоящие Донован и Рассел, вы всегда можете вообразить, что один из них достался в пару именно вам. Остальные господа большей частью из побочных веток Махагонового рода, но в любом случае все довольно знатные и знающие этикет. Можете смело общаться с ними, как общались бы с настоящими княжичами, в том не будет никакого урона вашему достоинству. Итак, прошу тянуть жребий в порядке личной нумерации. Госпожа Кармина, вы у нас первый номер, вам первой и начинать.

Напудренный напарфюмленный лакей протянул мешочек самой болтливой из нас, и та, строя глазки одновременно всем, даже Сотбису, вытащила свернутую в трубочку бумажку. Ей выпал один из «Донованов», чему болтушка весьма обрадовалась. «Донован» же вышел из общей линейки, чмокнул госпоже Кармине ладонь, помог ей усесться за стол и сам сел рядом. Так постепенно распределились все кавалеры, заняли свои места за столом рядом с дамами, а слуги принялись разносить напитки и наполнять тарелки.

Нам с Анникен достались Расселы. Мой вроде был ненастоящий, но такой же наглый и бесцеремонный. Да они все, как на подбор, отличались нахальством и замашками Казановы. Кто-то больше, кто-то меньше, но все! Руки целовали, на коленки то и дело покушались, пошлыми шутками так и сыпали. Интересно, это они настолько старательно княжичей копировали, или здесь, в Лоунде, все такие озабоченные? Хотя, вон, слуги ведут себя прилично, тихо исполняют свою работу и неприличных намёков не делают.

Слуги, кстати, тоже все были в масках, больше похожих на банданы, натянутые по самый кончик носа и с прорезями для глаз. Как разбойники или факиры какие-то. Не могу не признать — смотрелось занятно, прям как будто на тайном сборище присутствуешь.

После обеда мы перешли в большую гостиную — а, скорее, нас отвели наши «княжичи» без возможности улизнуть, — и мы принялись играть. Сначала в «Развлеки дракона», это типа нашей чепухи — пишешь на листочке два предложения, одно закрываешь и передаешь листок дальше, и обязательное условие — в тексте либо должны были хоть раз упомянуться драгоценности, либо сказано что-то про секс, но не прямо, а с намёком, ну а ведущий задавал вопросы, на которые писались ответы. В итоге выходила совершеннейшая чушь, но смешно. И, конечно же, женская половина играющих выбирала написать про изумруды или бриллианты, тогда как кавалеры наши пошлили, как толпа поручиков Ржевских. Я же говорю — озабоченные извращенцы. Не в первый раз сталкиваюсь с мыслью: а мне правда настолько хочется замуж? Пока успокаиваю себя тем, что княжичи у нас поддельные, настоящие, может, всё-таки нормальные? Мы ведь и не общались почти, чтобы судить об этом.

Затем мы играли в гибрид салок, пряток и ещё чего-то сугубо местного под названием «Догони принцессу». Было много писка, визга, все хватали всех, звуки пощёчин заглушались смехом, лёгкие поцелуи тоже случались, Сотбис сидел на диване с видом «я не с ними, меня заставили», Маршеллин азартно болела то за принцесс, то за драконов, которые их ловили, слуги умудрялись во всей этой чехарде ничего не уронить, не мешаться под ногами и вообще безукоризненно выполнять свои обязанности. Под конец в парочку последних забегов слугам тоже велели побыть драконами, некоторые невесты высокомерно протестовали, но остальные настолько вошли в азарт, что протесты были отклонены и посланы лесом. Теперь нас было по три дракона на две принцессы, убегать стало сложнее, и в итоге один из слуг сцапал-таки меня в свои объятия почти у самой стеночки, где можно было крикнуть — «Я вернулась в замок!» — и отдыхать до следующего тура.

— Попалась, феечка, — довольно рыкнул слуга мне на ухо, и я по голосу узнала того самого типа, который приставал ко мне в беседке, а ночью вылетел из окна моей спальни.

— А я смотрю, ничему тебя жизнь не учит! — я шлепнула его по плечам, чтоб не позволял себе слишком многого.

— Почему же, — слуга расплылся в довольной улыбке, — теперь я знаю, что ловить тебя безопаснее подальше от окон. И ведёр с водой.

— Ты думаешь, я без ведра не найду, чем тебя стукнуть? — я честно старалась не улыбнуться в ответ. Но получалось плохо.

— Да брось, я веду себя образцово-показательно, даже за задницу ни разу не хватанул… оп, а теперь хватанул! И раз у тебя уже есть официальный повод, пристукнешь меня при всех, или отойдём в уголок потише?

— Нет, ты невыносим! — я отпихнула наглеца и старательно нахмурила брови. Не улыбаться, главное, не улыбаться! А как тут не улыбаться, если злилась я не всерьёз. Капец, конечно, но мне весьма льстило внимание этого беспардонного типа, да и сам он, при всей своей невыносимости, притягивал к себе все мои мысли, едва появляясь поблизости.

— Это ты меня ещё плохо знаешь, — многообещающе намекнул гадский гад, снова цапнул меня пониже талии и соблазняюще прошептал, лаская горячим дыханием раскрасневшееся ушко:

— Предложение прогуляться на улицу Шалостей всё ещё в силе. Соглашайся, там будет куда веселее, вот увидишь!

И пока мои нижние чуть больше чем девяносто подвергались домогательствам, а я возмущалась, но не очень убедительно, рядом с нами промчалась к «замку» одна из «принцесс», бежавший за ней «дракон»- псевдокняжич не вписался в поворот, поскользнулся на ровном месте и налетел на моего домогателя, впечатав его в стенку всем своим весом. Ауч, это, наверное, было больно. Надеюсь, до шишки дело не дойдёт.

Я скромненько отошла в сторону, опустив глазки в пол и тщательно разглаживая платье. Я что, я ничего, это всё бабулин наговор!

В его силе убедился и сопровождающий меня сегодня «Рассел». Мы вдвоём вышли в коридор, когда в очередной игре от нас прятали вещь, которую будут загадывать в местном варианте шарад. И я совершенно не ожидала, что меня станут зажимать в уголке и пылко предлагать всякие неприличности.

— Прелестная Кира, вы вскружили мне голову сразу же, как я вас увидел ещё на маскараде! Вы самая очаровательная человечка во всём Аруме! Послушайте, зачем вам эти княжичи? Ни один, ни другой, всё равно не позовут вас замуж, даже если вы станете победительницей отбора! Поиграют с вами пару месяцев и бросят под благовидным предлогом. Я же готов взять вас постоянной любовницей. Если угодно — с договором, это почти как замуж, только не замуж. Куплю вам домик, наряды, драгоценности, найму слуг, исполню любой ваш каприз!

Вот это мне привалило щастье, прямо хватай и беги. Как инфаркт-то ещё не схватила от такого подарка судьбы. Один лапает вовсю, другой в любовницы зовёт, аж с договором. Я сегодня вся нарасхват, впору нос задрать и обзавестись электрошокером. Хотя, навряд ли здесь есть что-то подобное, а как тогда бедной попаданке честь свою защищать, если что?

Тем временем псевдоРассел разошёлся, хоть выноси. Облобызал мне руки, похватал за плечи, даже целоваться полез, но тут уж я уворачивалась всерьёз. Кажется, я догадываюсь, почему почти все парочки, выходившие в коридор до нас, возвращались раскрасневшиеся, а некоторые ещё и малость растрёпанные. Хотя, например, кавалер Анникен вернулся весь сконфуженный, баюкая правую руку и держась от игринорской княжны на почтительном расстоянии. Может, мне тоже своему врезать, чтоб отстал уже? По-простому, без изысков, коленкой между ног, раз уж простого человеческого «Нет» и «Отпустите» этот дундук не понимает?

Я пятилась, «Рассел» наступал, я чуть отступила в сторону, он шагнул следом… и со всей дури получил по лбу шваброй, забытой кем-то из служанок за портьерой. Не ожидавший такой подставы кавалер попытался схватить то ли меня, то ли ту же портьеру для удержания равновесия. В руки попалась портьера. А падающие портьеры, шторы и занавески — это у бабулиного наговора самое любимое. Тяжёлый бархат рухнул вниз вместе с красивой деревянной перекладиной — и псевдокняжичу ещё повезло, что она была не металлической.