Кровь черного мага 6 (СИ) - Гарднер Эрик - Страница 40

— Думаете, что вас отпустят? После всего что вы сотворили? — голос Маделиф заледенел. — На это даже не надейтесь.

— Это не только вам решать, госпожа Халевейн, — Чистослав обвел взглядом магов, избегая смотреть лишь на меня, и произнес: — Давайте я первый начну?

— Ну попробуйте, — отозвался Берне Орель, мрачно глядя на мага.

— Будем честны, — заговорил Чистослав. — Каждый из нас старался усилить свои Гильдии и своё влияние в Совете. Базилиус упразднил Гильдии в двух графствах, расширив на них влияние Прусской Гильдии. Вы, Ульрих, так вообще подмяли под себя все Гильдии при Объединении земель. Но наверное, только я готов был пойти еще дальше и получить власть над теми, кого мы так давно не замечали, избегали или преследовали. Я говорю о темных.

Чистослав сделал небольшую паузу, изучая реакцию своих коллег. Но они молчали, ожидая продолжения.

— Задача была не простая и я много думал, создавая различные варианты, но в итоге решил сперва начать с учреждения в Пражском Университете факультета для тёмных.

— Прошу прощения, но как вы думали заполучить власть над ними, дав им образование и, соответственно, сделав их тем самым сильнее? — перебил Дагоберт. — В ваших умозаключениях закралось противоречие.

— Противоречия нет, если ставить их на один уровень со светлыми и относиться уважительно, а не с присущим всем вам презрением. Вы не представляете, сколько благодарности я от них получил. Ее было больше в разы, чем от светлых студентов. Вы можете себе такое представить?

— Подростки очень быстро всё это забудут, их благодарность обратиться в пшик, когда они столкнуться с реальностью, — парировал Дагоберт. — Так что кроме как потешить честолюбие у вас ничего не вышло.

— Вы ошибаетесь, Фридемар, — в голосе Чистослава отчетливо послышалась злость. — На том факультете учились и взрослые и их было больше. Некоторые проходили обучение со своими детьми. После этого, решив, что первый опыт был весьма успешен, я пошел еще дальше и объединил этот факультет с остальными в Университете. Это было уже гораздо сложнее, но я преодолел трудности и изначальное неприятие со стороны некоторой части студентов. Теперь Пражский Университет единственный в нашей стране, который уровнял шансы для всех.

Маги посмотрели на него мрачно.

— И что — даже высшие светлые с этим примирились? — спросил Прегиль.

— Большинство. Я нашел к ним подход и нужные объяснения. Некоторые, конечно, забрали детей из Университета, прервав обучение, но их оказалось мало.

— Удивительно, что информация об этом не просочилась и не дошла до нас, — заметил Орель. — Или же вы успешно устранили всех недовольных?

— Что-то вроде того — все они изначально подписывали бумаги о неразглашении.

— Что ж, теперь вашим образовательным экспериментам придет конец, — сказал Адельман и нахмурился. — Правда, кем теперь считать тех светлых магов, что штудировали темную науку? Да и вас самого?

— Я бы повременил на вашем месте с подобными заявлениями, — произнес Чистослав с усмешкой. — Тем более, что Его Величество, несомненно проявит к этому интерес.

Я, задумчиво слушавший разговор Глав Гильдий, уставился в удивлении на Чистослава, в то время как все обратили на меня недоуменные взгляды.

— Что, простите? — произнес я, но Чистослав снова смотрел в пол. — Кажется во всех наших последних разговорах я четко выразил своё мнение, что ваша затея уравнять всех магов мне не понравилась.

— Вы просто не обдумывали это как следует, Ваше Величество, — всё также не смотря на меня произнес Чистослав. — Поверьте, вам будет выгоден мой вариант. Особенно на фоне того, что вам как-то надо получить власть над сторонниками господина Алойзиуса.

— О чём он вообще, Ваше Величество? — спросил Ульрих Адельман. — И кто такой господин Алойзиус?

— Чёрный маг, что наложил проклятие на Хайдельберг и Фризию, который практиковал некромантию и преподавал ее в Университете господина Чёрного, — ответил я. — Еще он пытался собрать вокруг себя тёмных и объединить. Чистослав полагает, что за Алойзиусом стоят еще несколько сильных чёрных магов.

В зале повисла тишина, маги поглядев друг на друга, призадумались.

— Думаю пора переключиться с темы про ваше чёртово образование на что-то более серьезное, — произнес я заледеневшим тоном. — Последнее, что я скажу про это, это то, что Алойзиус преподавал вам некромантию, которую вы использовали для создания некромагических устройств.

Прегиль даже охнул от этой новости. Я обвёл Совет взглядом.

— Господин Чёрный отдал Алойзиусу десять прототипов, изначально предназначавшихся для людей. Но черный маг «усовершенствовал» модель, и похоже где-то есть массовое производство этих устройств. В Праге оно тоже имелось, но в весьма скромных масштабах. А еще, господин Чистослав так увлекся своими идеями, что не заметил, как ему самому вырезали сердце и вставили на его место некрокапсулу, сделав марионеткой. Вас этот факт до сих пор не привел в себя, господин Чёрный?

Чистослав молчал, поджав губы.

— Это немыслимо, неприемлемо… — Дагоберт ошарашено качал головой. — О чём вы вообще думали, проигнорировав риски общения с черным магом и последствия существования подобных устройств?

— Наверное примерно о том же, когда вы заключили договор с драконом, — отозвался Чистослав. — Но мне повезло меньше. Хотя, кто знает, чем всё закончится у вас…

Я подумал, что сейчас в мой адрес со стороны Чистослава посыпятся обвинения. Однако он замолчал.

— Похоже, сказать вам больше нечего, — заметил я.

Чистослав только едва пожал плечами, всё также смотря в пол.

— Расскажите, что произошло с госпожой Хелевейн, –произнес Орель. — Вчера, она, к сожалению, не в состоянии была ответить.

— Мастер похитил ее и заменил сердце некрокапсулой, оказавшись в действительности древним некромантом, — сказал я. — Как к нему попало устройство, придуманное господином Чёрным, мы еще не выяснили. После Райнерсберга мы отправились в Прагу, в Университете нашли Алойзиуса и он провел операцию по пересадке донорского сердца госпоже Халевейн.

— Но как вы узнали, что Алойзиус в Университете? — Орель хмурясь поглядел на меня.

— Мы встречались с ним до этого — здесь в Хайдельберге в ресторане полном студентов. Так что поэтому в тот раз он ушел живым, — произнес я. — Простите, что не сказал вам, но вопрос, что жить ему осталось недолго, был решен мной давно.

— И значит, маг, который нас проклял, теперь мёртв? — спросил Ульрих, невольно содрогнувшись и видимо вспомнив о проклятии, наложенном на Хайдельберг и на него самого.

Я кивнул.

— Что ж, это хорошая новость, Ваше Величество, — произнес Прегиль.

Маделиф взглянула на меня, явно думая о духе Алойзиуса, запертом в графине, но в итоге ничего не сказала Совету.

— Вторая хорошая новость, что все фабрики в Праге по производству антимагического оборудования, способного навредить высшим светлым, уничтожены, — сказал я. — Карлфрид и Финбарр собрали там учетные книги. Изучив их, вы поймете, сколько его было произведено и куда его отправляли.

— Да, займемся этим сразу же после Совета, — Адельман кивнул.

— Что будем делать с господином Чёрным? — спросил Орель. — Его вина несомненно огромна. А изучение некромантии — недопустимо, как и изготовление некромагических устройств. Из-за вашего изобретения погибло много магов, а счет людей так и вовсе идет на сотни.

— Хотите создать прецедент для казни члена Объединенного Совета? — зло усмехнулся Чистослав.

— Для начала вы перестанете им быть, — мрачно обронил Адельман. — Но спешить нам некуда. Предлагаю изучить привезенные Его Величеством учетные книги фабрик, оценить ситуацию, задать господину Чёрному возникшие вопросы — они у нас, несомненно, появятся.

Остальные Главы согласно кивнули.

— Вы чем займетесь, Ваше Величество? — спросил Орель.

— Надеюсь, что проблемами Пруссии, — вставил Прегиль.

— Чуть позже или одновременно с прочими делами, — произнес я. — Мне нужно посетить дом.